Проснулся Степан Сидоров сразу, если что-то и снилось, то растаяло быстро как дым, не оставив о себе ни какого чёткого воспоминания. Тем не менее, в этом месте надо отметить, что сон или точнее сказать сновидение - это то, что всегда было для Степана Ивановича Сидорова недоступным, непонятным и даже, в чём-то, загадочным явлением. Прожив на свете, почти восемнадцать с половиной лет, он ни разу не видел снов. На самом деле, просыпаясь, Степан иногда ощущал какие-то смутные образы, но при этом их сюжет и смысл безвозвратно ускользал; стоило ему, открыв глаза, попробовать, что нибудь вспомнить. Возможно, поэтому очнувшись, Степан отнёсся к произошедшим накануне загадочным событиям, достаточно спокойно - ведь откуда ему было знать, какие бывают сны?
Небольшая комната, где он пришёл в себя, не имела окон; однако, круглая лампа, закреплённая на потолке, будучи несколько тускловатой, всё же, вполне справлялась с ролью единственного в помещение источника света. Вдоль стен напротив друг друга располагались две простые панцирные кровати, а между ними в узком проёме стояла железная тумбочка, неказистого вида. В целом, обстановка в помещении выглядела достаточно обыкновенно и напоминала камеру в полковой гауптвахте, где Степан однажды дежурил, принимая участие в патрулировании гарнизона. Правда, он не мог вспомнить, как и когда здесь очутился, но разве такие мелочи могли помешать радости возвращения домой - пусть даже и через полковую гауптвахту.
Степан, тихо скрипнув стальными пружинами своей кровати, осторожно сел. Верхней одежды на нём не было, только серая казённая майка, да такие же чёрные трусы, выданные полгода назад в ротной каптёрке. На соседней койке повернувшись лицом к стене, накрытый серым покрывалом мирно спал человек. Сидоров поёжился, в каморке было довольно прохладно. Надо бы одеться решил он и, протянув руку к аккуратно сложенной на стуле за грядушкой его кровати одежде, нащупал рукой, лежавший сверху ремень. Затем он бодро поднял правую руку вверх и замер... массивная пряжка с гербом символизирующим "влиятельный род дневальных Сидоровых" "издевательски" светилась в полутьме помещения, будто флуоресцентная ёлочная игрушка.
-Ценная вещь,- раздался за спиной парня ломающийся юношеский голос.
Степан, понемногу выходя из охватившего его ступора, растерянно повернул голову в сторону появившегося звука. Мальчишка, недавно пойманный капитаном на палубе корабля и сданный на поруки Якову, полулежал в кровати напротив Сидорова и с интересом разглядывал, зажатый в его правой руке ремень.
-А что означают три щита со звёздами внутри на твоём гербе? Я, таких символов раньше нигде не встречал,- поинтересовался он, не обращая никакого внимания на состояние своего невольного соседа.
Сидоров инстинктивно посмотрел на пряжку: три щита со звёздами на каждом, под ними змея с раскрытой пастью, а по краям четыре меча упирающиеся концами в её углы. Без сомнения, это был, тот же герб, что украшал его ремень с самого первого момента появления Сидорова в этом мире; но никаких мыслей по его поводу у Степана как тогда, так и сейчас не возникало. Он, молча, встал и принялся не спеша одеваться, показательно игнорируя чересчур любознательного подростка, в надежде на то, что тот отстанет от него сам. Но мальчишка и не думал униматься.
-Вот видел!- весело воскликнул он, выхватив откуда-то из-под матраса короткий кинжал и, сверкнув острым лезвием, ловко покрутил его перед носом побледневшего Степана: - Это, мой герб!
Сидоров застыл, ожидая худшего, но подросток, не спрашивая у него разрешения, просто вложил ему в правую руку свой нож и как, ни в чём не бывало, стал быстро одеваться. Короткая изящная ручка и светящаяся знакомым белым светом лезвие. Парень вспомнил, что такой же нож он уже видел в руках Яна, когда капитан притащил его нынешнего соседа с собой в большой зал, расположенный в глубине этого корабля.
-Не уж - то вернули? - удивился он.
-Ага, щас! – криво усмехнулся мальчишка, быстро облачаясь в свой чёрный костюм, делавший его на пару лет старше своего возраста. - Это другой! Ты лучше посмотри на мой герб. Как он тебе?
На изящном лезвии, действительно, располагалось искусно выполненное изображение огнедышащего дракона, летящего на фоне гор.
-Красиво, - согласился Степан, - и что это значит?
-А что означает твой герб?- хитро улыбаясь, ответил вопросом на вопрос юноша.
-Слушай, как тебя зовут?
-Дима.
«Ух, ты! Нормальное имя, надо же, - удивился про себя молодой человек».
- Слушай Дима - это не мой герб, так случилось, что я понятие не имею, что этот чёртов герб означает. И вообще, я не местный и боюсь, что очень, сильно, не местный; даже скажу тебе больше я совсем не из этого мира - понял!
Степан решительно протянул кинжал его владельцу и сосредоточился на своей новой одежде. К тому же, как, оказалось, застегнуть все многочисленные пуговицы на средневековом камзоле не такое уж и простое дело.
-Так ты, тоже пассажир!- неподдельно удивился Дмитрий.- А я думал, ты из команды проклятого Джека.
- Кого?
-Да ты что и, правда, не знаешь? - ещё сильнее удивился юноша, посмотрев с сомнением на своего соседа. - Это же «Звезда хаоса». Первый раз вижу человека не слышавшего, о проклятом корабле.
-Ну, что же поделаешь, всегда, что ни будь приходиться, делать в первый раз,- усмехнулся Степан. Он, конечно, помнил, как Ян рассказывал ему вчера историю ихнего корабля; но решил, что послушать еще, кого нибудь будет очень полезно.- Может, расскажешь, что это за корабль такой?
Юноша задумчиво повертел в руках свой светящийся кинжал с гербом-драконом и, вздохнув, сказал:
-Да я знаю не больше других, так бабкины сказки ...
-Ну, давай сказки, хоть что-то.
- Ладно, как скажешь. Хотя, по-моему, вся эта история, какая-то уж сильно мутная. Вроде бы тыщу лет назад капитана этого самого корабля прокляли боги Халза, чо - то он, там с ними не поделил, ну давно это было, я думаю, никто об этом толком щас и не знает. Ну и теперь, значит, он и вся его команда обречены этими, ну богами, вечно скитаться по миру на своём дымолёте, неся страшные кары и разрушения, тем, кто попадается им на пути. В общем, как я и сказал, так бабкины россказни. Короче, в большинстве миров "Звезду хаоса", бояться как огня. Хотя вот местные завры почему-то верят, что если ночью потереться правой щекой о правый борт корабля, то большая удача в жизни будет им обязательно обеспеченна. Настоящие болваны.
Подросток замолчал. Сидоров почувствовал какую-то недосказанность в словах Димы, будто, тот решает про себя говорить ему дальше или нет.
-Это всё? - переспросил Степан.
-Нет... Рассказывают ещё, что попасть на борт «Звезды» просто так невозможно, из-за мощного эндопроклятия окружающего судно. Ну и даже, если обладатель дара, привлечённый силой Халза, случайно окажется на его борту, то он обречён стать навсегда частью его проклятой команды.
Юноша, закончив говорить, усмехнулся каким-то своим мыслям и с интересом посмотрел на Степана, пытаясь, по-видимому, определить какое впечатление произвели на того, его последние слова.
-Ты же говорил, что всё это просто сказки, - удивился Степан.
-Ну, да, только про силу эндопроклятия этого корабля мне рассказывал настоящий творец жизни, мой учитель, а он никогда меня не обманывал, - серьёзно ответил Дмитрий.
Степан Сидоров задумался, рассказ паренька хоть и расходился в некоторых важных деталях с повествованием старшего механика, но также и не сильно противоречил ему. Ну а то, что Дима называет корабль почему-то «Звездой хаоса», Степан решил пока не обращать внимани; что бы уж совсем «не упасть», в глазах мальчишки, из-за своего полного незнания местной жизни.
- Сам - то ты, как я посмотрю, не очень-то расстроился, что сюда попал.
-Это да, - криво усмехнулся подросток.- Оказаться здесь для меня большая удача. Проклятый корабль одно из тех редких мест, где мой дражайший родитель, наверняка достать меня не сможет.
-Что, проблемы в семье?- удивился Степан, для которого семья была всегда чем-то далёким и непостижимым как, практически, для любого детдомовца.
Юноша неожиданно зло сверкнул глазами. Сидоров нервно поёжился, такой взгляд он уже видел, когда упирающегося изо всех сил Дмитрия тащил капитан.
-А тебе какое дело? Ты, вон, даже имени мне своего не назвал.
Это было справедливое замечание. Степан задумался, вспоминая, как его тут только не величали и, осторожно подбирая слова, ответил:
-Меня зовут Стан, и ещё, я кажется, Зем.
-Зем!- воскликнул мальчишка и присвистнул. - Ты ещё скажи, что прибыл сюда прямиком из Сибирии!
-Надо же! - несказанно удивился Степан неожиданным познаниям своего юного соседа.- Действительно из Сибири. А ты, откуда знаешь про Сибирь?
Ответом ему был громкий ничем не сдерживаемый хохот, неожиданно вырвавшийся из юношеской груди Дмитрия. И потом Сидоров ещё несколько минут, молча, наблюдал за своим смеющемся соседом, думая о том, как всё-таки переменчиво настроение у подростков в этом юном возрасте. Дима, немного успокоившись, откашлялся и, видя удивление Степана, весело воскликнул:
- Ты же не думал, что я поверю, будто ты повелитель мира, явившийся к нам из мифической страны и всё такое!- и, вытерев выступившие на лице от смеха слёзы, добавил:- Только маленькие дети, да тупые травры, верят в такие сказки.
Молодой человек не зная, что на это ответить, молча и несколько потерянно, пожал плечами. Подросток импульсивно вскочил со своей кровати и, поправив свой чёрный камзол, добавил примиряюще:
- Не обижайся. Я сам, бывало, когда приспичит, выдумывал и не такие дикие штуки,- и покровительственно похлопал по плечу сидящего на койке, совсем растерявшегося соседа.
Громкий щелчок-вспышка - короткий выкрик и на мгновение - темнота; ощущение было такое, словно Степана Сидорова ударило мощным разрядом тока. Он резко вскочил на ноги. Его правая рука от кончиков пальцев до того места где её коснулся мальчишка - светилась, а кисть, будто покалывали сотни невидимых иголочек. Степан испуганно огляделся, ища глазами оголённый провод, приведший к такому неожиданному развитию событий, но никаких проводов или даже электрических розеток вокруг видно не было. Однако он обнаружил, прямо перед собой, лежащего на полу, Дмитрия. Подросток лежал лицом вниз без признаков жизни, а вся его по-мальчишески угловатая фигура, странно светилась; и по ней, словно помехи по не настроенному телевизору, то и дело пробегали, тихо потрескивая, световые волны.
Рядовой Сидоров, растерянно замер над загадочно светящейся фигурой лежавшего на полу юноши, пытаясь лихорадочно сообразить, как ему быть дальше. Его правая рука, довольно быстро пришла в норму и больше не светилась, да и неприятные ощущения, связанные с неожиданным ударом током почти полностью пропали. Переведя дух, и немного успокоившись, Степан наклонился над телом Димы, он подумал, что должен как-то помочь бедному юноше. Парень, как мог, осторожно перевернул Дмитрия на спину, бережно придерживая его голову. Он заметил, что свечение и другие пугающие эффекты постепенно угасали, оставляя после себя пострадавшему неестественно белый цвет кожи и отсутствие, каких бы - то ни было, признаков жизни. Лихорадочно обдумав сложившуюся ситуацию, Степан пришёл к выводу, что юноше срочно необходимо сделать искусственное дыхание, он дрожащими руками расстегнул ворот чёрного камзола мальчишки. К большому сожалению знания Сидорова, в этой области медицины ограничивались, лишь парой пропущенных им в школе уроков по ОБЖ, и полузабытым отрывком из какого - то старого телесериала про спасателей. Так или иначе, но в тот момент, когда молодой человек наклонился, чтобы" вдохнуть жизнь", как ему казалось в бездыханное тело - юноша неожиданно открыл глаза.
Дима с шумом вздохнул и, хватая воздух ртом, тут же захрипел, будто утопающий, которого только что вытащили из воды на берег сердобольные спасатели. После чего, мальчишка ещё несколько минут громко и хрипло кашлял, пытаясь восстановить сбившееся дыхание; при этом Степан Сидоров осторожно и терпеливо придерживал его сзади за плечи, не давая ослабевшему телу упасть.
-Что это было?- с трудом выговорил подросток, рассматривая свои дрожащие - белые, как снег руки.
Рядовой Сидоров молчал, ответа на этот животрепещущий вопрос у него, не было. Подросток что-то невнятное пробормотал себе под нос, и неожиданно выхватил из-за пазухи - нож. Степан инстинктивно отпустил мальчишку и резко, насколько это возможно в узком проходе между кроватями, откинулся назад. Однако юноша не обратил на него, никакого внимания, он поднёс свой сверкающий, как зеркало, кинжал к глазам и простонал:
-Глаза! Что у меня с глазами?
Сидоров встал и осторожно сверху заглянул в лицо, сидящему на полу перепуганному мальчишке; оно, за несколько прошедших после обморока секунд, совершенно преобразилось; и виной тому были его глаза, светившиеся холодным белым светом с еле заметным синеватым оттенком. А потом, Степан с удивлением некоторое время наблюдал, как на, и без того подвижном худощавом лице подростка, чувства страха, надежды, и радости быстро сменяли друг друга, словно, в каком-то безумном, головокружительном калейдоскопе.
Степану было жаль парнишку, но он понятия не имел, как тому помочь. В этот момент стена, находящаяся за его спиной, тихо скрипнув, ушла вверх; пропуская в их замкнутый, и тесный" мужской мирок", улыбающуюся зелёноглазую девушку.
-Доброе утро, - сказала Тара, сверкнув своими загадочными изумрудными глазами.- А я думала, вы ещё спите.
Степан смущенно кивнул и, пробормотав в ответ, что-то невразумительное, пропустил девушку вперёд. Она легко «проплыла» мимо него, оставляя после себя приятный запах свежемолотого кофе и ещё чего-то неопределённо тонкого.
-Пожалуйста, вы, не могли бы отдать мне, ваш, нож?- обратилась Тара, мило улыбаясь, к сидевшему на полу Дмитрию, державшему кинжал в правой руке. - И прошу вас, не сидите на полу. У нас здесь такие сквозняки.
К своему удивлению, Сидоров обнаружил, что подросток совершенно успокоился. На его, неожиданно, счастливом лице, помимо светящихся глаз, появилась ещё довольно глупая улыбка. Он, словно, находясь под воздействием гипноза, покорно отдал молодой девушке кинжал, с родовым гербом на лезвии и, как ни в чём не бывало, тихо уселся на своей кровати. "Нет,- подумал парень, наблюдая за этой немой сценой, – видимо всё-таки, мне никогда не понять, творящегося в этом месте безумия".
-Вы, наверное, проголодались? - спросила девушка и, не дожидаясь ответа, добавила: - Завтрак ждёт вас, прошу пройти за мной.
Она развернулась и, мило улыбаясь, так же как появилась, быстро покинула комнату.
................................................................................1
Рядовой Сидоров был совсем не против перекусить; усилия по разрешению постоянно возникающих здесь проблем, требовали от него много калорий, к тому же кормили тут, не в пример его родной части, просто, замечательно. Он вопросительно посмотрел на своего юного соседа. Подросток спокойно сидел на своей кровати с блаженной улыбкой на лице и, казалось, не на что не реагировал. Белая кожа и свет, так неожиданно вспыхнувший в глазах юноши; добавляли его новому образу таинственности и какой-то отрешённости от окружающего мира.
-Ты как? Может, пойдём, перекусим?- обратился к нему Степан, надеясь вывести Дмитрия из странного состояния, в котором прибывал мальчишка последние несколько минут.
-Большое спасибо - большое спасибо, - монотонно пробормотал тот в ответ.
Степан пожал плечами и, не зная, что ещё можно сделать, поспешил вслед за девушкой.
Переступив порог своей тесной комнаты, парень обнаружил, что до сих пор находится в помещение, где они с Яном, ещё совсем недавно, дружно боролись за выживание падающего корабля. Яркий свет, исходящий от множества круглых лампочек распложенных вдоль высокого потолка, освещал знакомую объёмную дымоголограмму, раскинувшуюся на столе, посередине комнаты. Экран, так удививший его в прошлый раз, отсутствовал, в место него напротив "красовалась" глухая стена.
-А где ваш сосед, он, что не голоден? - спросила девушка. Она стояла, рядом с небольшой конструкцией, закреплённой в нише на противоположной стене; в которой парень узнал; видимую им раньше, пищевую машину.
-Он, наверное... устал, - ответил Степан после некоторой паузы, и, чувствуя, что ответ выглядит странно, быстро добавил:- Сказал, что не выспался, да и глаза... вроде, болят.
-Понимаю, - ответила сочувственно Тара, - я сама через всё это прошла, а он ведь почти ребёнок.
Сидоров, вспомнил острый взгляд и не менее острый нож в ловких руках этого "почти ребёнка", но вслух ничего не сказал. В этот момент пищевая машина тихонько звякнула, предупреждая, по-видимому, что еда готова. Девушка проделала с машиной знакомую Степану, по прошлой трапезе в большом зале, процедуру и, вытащив из нижней части раскрывшейся конструкции поднос с двумя тарелками, легко доставила его к центру комнаты. Запах яичницы с ветчиной наполнил окружающее пространство. Молодой человек, подгоняемый не на шутку разыгравшимся аппетитом, поспешил за девушкой. На половине пути между дымоголограммой и пищевой машиной, она остановилась и, неожиданно, резко топнула по полу правой ногой. Большая квадратная плитка, казавшаяся до сих пор парню просто украшением пола, поднялась вверх на полметра, и, превратившись в небольшой четырёхугольный столбик, быстро приобрела форму небольшого круглого стола. Степан удивлённо огляделся вокруг, пол в помещении был облицован серыми квадратными плитками разных размеров; выходило так, что они были здесь не только в роли простого украшения.
-С начало надо ударить по поверхности квадрата, а потом мысленно дать установку, для создания формы нужного вам предмета,- сказала девушка, заметив проявленный Степаном интерес к её действиям. - Попробуйте сами Стан, это вовсе не трудно.
Тара поставила поднос с едой на стол и продемонстрировала сказанное, создав из плитки, поменьше, изящный стул. У рядового Сидорова с третьего раза получился полуметровый четырёхугольный столб, который, как назло, никак, не хотел приобретать вид задуманного им стула. Первый помощник старшего механика, тихо хихикнула и, грациозно хлопнув ладонью правой руки по поверхности, созданного им столба, исправила конструкцию.
-Недостаточно просто воздействовать на поверхность предмета, надо ещё мысленно дать ему команду - измениться до задуманной вами формы, - объяснила она.- Со временем, я уверенно, у вас обязательно получится. Степан, молча, пожал плечами, в данный момент, он больше всего хотел есть.
Сидоров с удовольствием быстро проглотил предложенною ему пищу, ещё раз похвалив про себя отличную местную кухню, и пока девушка носила еду его юному соседу, попытался привести свои спутавшиеся мысли в порядок. Произошедшая после сна история поставило перед ним много новых дополнительных вопросов, на которые, как и раньше у него не было никаких вразумительных ответов. Во всяком случае, Степан решил по возможности не прикасаться к окружающим его людям и надеется, что странное "замыкание" больше не повториться. Тем не менее, информация, о проклятом корабле и загадочных творцах жизни полученная от Дмитрия показалась парню достаточно интересной, хоть и несколько сбивчивой. Ну, а выяснять, откуда мальчишка знает о существовании Сибири, он даже и не стал пытаться, отнеся это к другим необъяснимым вещам и явлениям, встреченным им здесь и не поддающимся, во всяком случае, пока, разумным объяснениям.
Девушка задумчиво вошла в комнату. Сидоров отметил про себя, что стал спокойнее воспринимать её необычную, яркую внешность, которая произвела на него сильное впечатление, при первой встречи. К тому же сейчас, присмотревшись к ней чуть поближе, он заметил, что она на самом деле, не на много старше, его юного соседа. Кроме того, Тара держала себя так, словно закончила с отличием школу благородных девиц, а это выглядело несколько забавно, из-за её рабочей одежды состоящей из серого, невзрачного комбинезона и белой, как у её шефа, кружевной рубашке.
Девушка, молча, подошла к дымоголограмме и провела рукой над раскинувшейся по столу мини пустыней. В сантиметрах двадцати, над поверхностью, под её ладонью, вспыхнула и быстро разбежалась светящимися линиями параллельно столу сетка координат. Потом, немного поразмыслив, она прикоснулась к светящейся сетке указательным пальцем; и в том месте, как по волшебству, возникла и слабо запульсировала знакомая Сидорову по прошлому разу красная точка.
-Это наш корабль, - тихо сказала Тара, обращаясь к Степану.
Она осторожно провела другой рукой от красной точки до места, где дымоголограмма упиралась в противоположную стену, и на светящейся сетке координат возникла такая же светящаяся линия, а над ней прямо в воздухе загорелись цифры.
- А это время, оставшееся до точки, где мы должны выйти на границу с Тёмным миром. Наша первостепенная задача следить за часами и если время начнёт убыстряться или наоборот тормозить, заметить это и быстро доложить капитану о происходящих изменениях. Ну, здесь вы у нас главный спец как я поняла, так значит вам как обладателю дара творца времени и карты в руки.
Степан встал и подошёл ближе - выходило, что до этой загадочной точки оставалось пять часов тридцать минут, и десять секунд. "Интересно,- подумал он, - как это может быть, что бы время могло изменять свою скорость? Да творец времени из меня пока что никакой.
Тара внимательно посмотрела на Степана, с интересомразглядывавшего, запущенные ею светящиеся часы и, немного помедлив, будто подбирая нужные слова, спросила:
-Ваш сосед ведёт себя очень странно. Вы не могли бы рассказать, что у вас, там с ним произошло?
-Да вроде нечего особенного. Он просто показывал мне свой редкий кинжал, когда вы вошли,- соврал парень, решив не рассказывать, на всякий случай, того, чего сам не может объяснить.
-Ну да, кинжал действительно ценный,- улыбнулась девушка. Она достала, из кармана своего серого комбинезона, тот самый нож, со светящимся лезвием и продемонстрировала его Сидорову. - Дракон, летящий на фоне гор - это герб повелителя Тёмного мира; местные металлические мастера ставят его на оружие, как знак, говорящий о высоком качестве их продукции. Я думаю, нож достался ему по наследству, от какого-то богатого родственника, хотя я совсем не удивлюсь, если вдруг выяснится, что он его просто стащил.
-А как же первый кинжал, который отобрал у него капитан, он тоже его украл?
-Почему бы и нет, мальчишка мне показался довольно шустрым,- серьезно ответила девушка.- К тому же, его энд недавно проявился; вы же сами видели; у него глаза и кожа металогорца, а им палец в рот лучше не класть откусят не задумываясь.
Молодой человек не знал, что на это ответить и потому предпочел, как и раньше, когда речь здесь заходила о неизвестных ему вещах, просто молча согласиться.
-И всё же, он, очень странно себя ведёт,- задумчиво сказала Тара,- бормочет, что-то про повелителя мира вернувшего ему жизнь и, ещё про мифическую Сибирию. Вы понимаете, о чём он говорит?
Рядовой Сидоров, как мог, "простодушно" улыбнулся девушке:
- Первый раз слышу, - и чтобы сменить щекотливую для него тему, спросил:- Неужели у вас, все девушки, так хорошо разбираются в холодном оружие?
Тара, неожиданно возмущенно сверкнула изумрудными глазами, выпрямилась и, предав своей фигуре соответствующую позу, гордо ответила:
-Я не все! Я Тара Вейнд - дочь и наследница императора Тамкероуна, разбираться в оружии, как и в других важных вещах, для меня привычное дело.
Степан с удивлением посмотрел на принцессу - механика и чтобы загладить свою невольную оплошность встал и, не найдя ничего лучше, неловко поклонился.
-Простите, я не хотел вас обидеть, ваше вели... то есть высочество,
Девушка в сером рабочем комбинезоне, не чем, не напоминавшим наряд принцессы, улыбнулась одной из своих очаровательных улыбок и, сменив гнев на милость, произнесла:
-А ведь прав наш, дорогой начальник мех, вы действительно настоящая загадка.
Рядовой Сидоров, чувствовавший себя идиотом из-за нелепой попытки изобразить собой героя старого рыцарского романа, покраснел.
-Удивительно, но вы первый, кто на борту этого дрындолёта признал меня принцессой, - сказала Тара печально, не обращая никакого внимание на его смущение.- Я здесь уже полтора года, но никто тут, так и не поверил, что я дочь зелёного императора. Конечно, их можно понять, какая-то вздорная девчонка невесть откуда свалившаяся к ним на голову и вдруг - наследница повелителя миров. Признаюсь вам Стан, сначала я даже плакала от обиды и хотела, как тот мальчишка, прикончить этих наглых, неотёсанных болванов, однако, оказалось, что всё не так уж и плохо. Что не говори, но на самом деле жизнь подарила мне редкою возможность увидеть мир с другой, неизвестной мне раньше стороны. И вот, посмотрите на меня сейчас, я первый помощник старшего механика, и скажу вам честно, я совсем неплохо чувствую себя в этой, ещё недавно поверти абсолютно невероятной для меня, роли.
Молодой человек, немного успокоившись, с удивлением слушал неожиданное признание девушки. Он подумал о своей серой жизни в самой, что ни на есть, глухой Советской провинции, где наиболее ярким его воспоминаниям; были проводы в армию с последующей гулянкой в одном из дешёвых Красноярских ресторанов. По всему выходило так, что именно сейчас с ним происходили по настоящему интересные события, которые возможно он ещё будет вспоминать, как самые яркие в его жизни, если конечно сумеет, когда ни - будь, вернуться домой.
Неожиданно в комнате раздался тихий звонок, и красная точка над дымоголограммой, обозначавшая их корабль, стала не только мигать, но и издавать звук, похожий на монотонную работу невидимого зуммера. Степан и Тара одновременно повернулись в сторону источника звука.
-Ну вот, опять! - воскликнула девушка, рассматривая цифры отсчитывающие время до их подлёта к загадочной границе, - Второй раз за сутки, такое... Ох! Джек будет очень не доволен.
-Что случилось? - спросил с опаской парень, вспомнив какие не приятные последствия, принёс этот звук в прошлый раз.
-У нас снова исчез целый час! Надо срочно сообщить капитану о случившемся.
Она подбежала к выходу из каюты и, резко хлопнув рукой посередине панели, служившей дверью, через которую Степан и Ян несколько часов назад попали в это помещение, громко сказала:
-Идите Стан, передайте капитану, что осталось четыре часа, до выхода к границе тёмного мира, пусть будут повнимательнее; а я останусь и прослежу за нашим маршрутом.
- Как это! У вас, разве нет связи с капитаном?- громко запротестовал Сидоров,- Да и куда идти? Здесь же лабиринт, какой - то, мне прошлый раз, чудом удалось найти дорогу.
Однако неожиданно ответ, на его резкий протест, дал вид за открывшейся, перед ними, входной панелью, где на фоне ярко- голубого неба стояли спиной к ним люди и о чём-то разговаривали.
-Давайте,- улыбнувшись, подбодрила его Тара, - вы уже всех нашли. Не забудьте сказать, что у нас пропал час.
Делать было нечего; Степан вздохнул и нехотя двинулся к выходу.
Дверь ведущая, как думал парень в длинный коридор, привела его на этот раз, прямо на корму корабля. Оказавшись там, он растерянно остановился, уставившись в волосатую спину громадного, трёхметрового существа, стоявшего в пяти метрах от входа.
-Что такое? - недовольно спросил капитан, повернувшись к побледневшему Степану. Он находился, справа от баргона вместе с Яковом и что - то рассматривал впереди.
Степан, с трудом справившись с охватившем его внезапно приступом страха, и вспомнив, зачем пришёл, громко сказал:
-Осталось четыре часа, и ещё Тара просила передать, что у нас пропал целый час.
-Отлично!- воскликнул капитан. - Вторая смена реальности за сутки. Тарг всё это побери!
Он повернулся в сторону палубы и громко крикнул:
-Эй! Ян, быстро давай сюда, у нас опять временной сбой!
Сидоров, стоя на корме, постепенно приходил в себя яркий свет солнца, заливавший всё окружающее пространство и лёгкий прохладный ветерок, как могли, способствовали этому. И наконец, переведя дух, и взяв себя в руки, он осторожно подошёл к капитану. Оказавшись не далеко от баргона, парень с удивлением обнаружил, что тот не просто так стоял на карме судна, а держал в своих огромных лапах штурвал корабля, совершенно невидимый сзади, из-за его исполинской фигуры. " Этого просто не может быть! Поставить у руля корабля – Кинг Конга! - удивился он про себя, разглядывая необычного рулевого». Прошло ещё несколько минут, прежде чем, послышались лёгкие и в тоже время уверенные шаги, и перед ними, предстал, как всегда улыбающийся, старший механик "Звезды Халлаза".
-Я проверил, так и есть, опять сбой реальности,- легко отчеканил он, словно и не было, только что, быстрого подъёма с палубы вверх на корму. - Но теперь, без всякого перехода из вне, такое ощущение, будто у нас произошёл неконтролируемый выброс энда.
- Ну, что на это скажешь, первый помощник? Ты ведь, вроде бы у нас большой мастер по части, таких загадок, - спросил капитан, доставая из огромного кармана своих широких серых штанов длинную курительную трубку.
- Чего тут гадать, скорее всего, это чёртово проклятие потеряло стабильность из-за массового прибытия новых пассажиров, - усмехнулся Яков, - К тому же кто-то, из них решил, что он великий творец, но так и не смог справиться с силой нашего эндополя, отсюда и новый всплеск, приведший к потере времени.
-Так ты думаешь, что виноват кто-то из вновь прибывших? - спокойно спросил Джек и выпустил небольшое облачко, белого дыма.
-Конечно, большее некому. Надо было сразу поступить, как я предлагал, в смысле за борт и все дела. Кстати, и, сейчас, это сделать не поздно.
Все замолчали и дружно посмотрели на Сидорова, стоявшего сзади. Молодой человек, почувствовав, куда идёт дело, собрался и как можно твёрже произнёс:
-Извините, конечно, но я нечего, такого не делал. Я про ваше... это, эндополе, совершенно, ничего не знаю.
-А ты, что думаешь, мех?- обратился капитан к старшему механику.
- Если вы считаете, что наш новый член команды способен использовать Энд в своих целях, то это, абсолютно исключено, - тихо, но уверенно ответил Ян.- Уровень энда в нём, так мал, что его даже не хватает, чтобы вернуть его глазам внутренний свет. Сами понимаете, дорогие мои, без этого как-либо воздействовать на сам дым, практически невозможно.
Степан с благодарностью посмотрел на старшего механика он, конечно, ничего не понял из слов Яна, однако его поддержка Сидорова пришлась как никогда кстати. Капитан, выпустив ещё одно небольшое облачко дыма, задумчиво произнёс:
-Да, ты, прав... пожалуй. Я тоже, ничего такого не вижу.
-Разве это не странно?- не сдавался Яков, - Он же вроде, как мы все недавно убедились, творец времени и должен был обладать даром воздействия на Энд, раз оказался здесь, или я чего-то не понимаю?
- Возможно время проявления в нём Энда, ещё не пришло, - ответил Ян. - У нашей, дорогой Тары, это случилось, только на третий день после прибытия к нам.
- Ладно!- прервал их спор капитан.- По-настоящему мы даже точно не знаем, что случилось. Пока придётся остановиться и хорошенько обо всём подумать. Давай, Ур, снижайся, надо выйти из основного потока и сделать небольшую остановку.
Волосатый гигант издал низкий грудной звук: Ур р.! - и Сидоров почувствовал, как под ногами тихо задрожал корпус корабля, и нос "Звезды Халлаза", стал, еле заметно, наклоняться вниз.
Всё время пока корабль снижался, Степан Сидоров стоял на корме дымолёта, словно заворожённый, крепко схватившись обеими руками за поручень, тянувшийся вдоль кормы. Глаза молодого человека почти приспособились к яркому, солнечному свету, заливавшему всё окружающее пространство; что позволило ему потрясённо наблюдать, за невероятно захватывающей картиной полёта парусного судна, над раскинувшейся внизу пустыней. В своей жизни рядовой Сидоров никогда не летал; но сейчас был абсолютно уверен; что полёт на самолёте не идёт, не в какое сравнение с полётом на этом старинном корабле, который одним своим видом нарушал все возможные представления о том, как должен выглядеть настоящий летательный аппарат. Когда же "Звезда Халлаза" застыл в двух метрах от ближайшего к ним бархана, Степан понял, что был не прав по поводу гигантского рулевого этого корабля. Надо было отдать должное, чудище отлично знало своё дело.
Парень огляделся по сторонам, внизу: насколько хватало глаз, тянулась бесконечная пустыня, покрытая удивительно ярким жёлтым песком.
- Ну, как вам вид?- спросил его Яков, закончив обсуждать с Яном какие - то технические вопросы.
-Не плохо,- осторожно ответил парень, ожидая, привычного уже в их недолгих отношениях, подвоха.
-Да, эта тень, самая яркая из всех, что есть на Халлазе,- согласился первый помощник - Как сказал поэт-"Слияние золота и серебра здесь, словно игра где нет зла и добра».
Степан промолчал, лишь, одобрительно улыбнувшись. Он прекрасно понял, кому в этой странной компании - как заметила недавно зеленоглазая Тара - нельзя класть палец в рот. Кроме того, сделав неожиданную карьеру от рядового-дневального, до младшего помощника – механика, он совсем не разбирался в местной субординации; а тёмноглазый Яков, что не говори, был явно выше его званием.
-Вы правы, однако, лучший вид здесь, по-моему, открывается утром, - вмешался в их разговор Ян, - когда большое золотое солнце уже загорелось, а диск серебреного светила ещё только начинает разгораться в голубом небе.
-Ну да... не плохо сказано, - согласился первый помощник и, усмехнувшись, добавил: - не часто встретишь меха с таким чувством прекрасного как у вас дорогой Ян.
Рядовой Сидоров посмотрел вверх: над его головой, как ни в чём не бывало, располагаясь на противоположных концах горизонта, безмятежно, горели два ослепительных солнца... Он схватился за поручень, чтобы не упасть от, неожиданно, свалившегося на него открытия. Оказывается, всё время, пока Степан восхищённо любовался окружающим миром, он был - слеп.
Прошло несколько минут, прежде чем молодой человек смог прийти в себя. Остальные члены команды не обратили на странное поведение парня никакого внимания; к тому же, появившееся на корме девушка, сказала, что-то про дымоголограмму и вся компания скрылась в небольшой надстройке на корме. Баргон, оказавшийся не удел, удивительно легко для своего огромного роста и веса, быстро спустился вниз на палубу, оставив парня на корме зависшего в воздухе судна в полном одиночестве.
Степан Сидоров, возможно впервые за всё время пребывания в этом странном месте, по-настоящему почувствовал, что оказался в чужом и далёком от Земли мире. Когда-то в детдоме, будучи мальчишкой, он много и с увлечением читал о невероятных приключениях в загадочных, фантастических мирах, что позволяло ему хотя бы иногда вырываться из серой, и однообразной действительности свойственной для, подобных, казённых заведений. И всё же, Сидоров вырос не питая иллюзий, насчёт своего будущего; и уж точно, став на пол ставки учеником машиниста большого экскаватора, он никак не планировал оказаться в конце концов - космонавтом. Поэтому, парень никак не мог определиться со странным чувством, появившимся у него при взгляде на окружающий не земной пейзаж. К тому же Степан продолжал всё ещё надеяться, на то, что всё - таки он спит, а значит рано или поздно проснётся и избавится, наконец, от захватившего его таинственного наваждения.
........................................................................2
В небе, над голово молодого человека, погружённого в свои мысли, появились и стали формироваться небольшие белые барашки кучевых облаков - и вдруг - буквально в считанные минуты, они стали быстро разрастаться, образуя над кораблём, приличных размеров темную, по-видимому, дождевую тучу. Прошло ещё немного времени, и в потемневшем пространстве над кормой запахло озоном, и начался настоящий ливень. Сидоров, не ожидавший столь бурного развития событий, опрометью бросился к ближайшему от него укрытию, которым оказался небольшой козырёк над кормовой пристройкой. Однако, не одна капля воды, не упала на деревянную палубу корабля. Степан с большим удивлением выглянул из-под козырька: неестественно тихо шелестя капли дождя, метрах в десяти над его головой, ударяясь о невидимую глазу преграду, стекали вниз, образуя вокруг "Звезды Халлаза" - сферу. «Чёрт! Это ещё что такое?- мелькнуло у него в голове - Вот только что думал о том, что больше ничем здесь нельзя меня удивить, как вдруг снова стою в полной растерянности". Степану, даже на секунду привиделось, словно кто-то, невидимый, осторожно и незаметно ведёт его за собой, открывая постепенно перед ним удивительные чудеса чужого, таинственного мира.
Тем временем, ливень вокруг корабля усиливался. Парень осторожно покинул своё укрытие, так как прятаться, там от дождя, который никак не мог преодолеть невидимую преграду, не было совершенно никакого смысла. Удивительно во всём этом было то, что в воздухе вокруг пахло озоном, и даже небольшой прохладный ветерок приятно холодил кожу; но вода, падающая, практически, потоком на "Звезду Халлаза", всё равно, не достигала его палубы. Степан ощущал себя в середине огромного пузыря, который, каким-то волшебным образом, неизвестная сила поместила вокруг этого корабля. Он вспомнил слова Дмитрия про эндопроклятие и о загадочных творцах, и решил, что только подобными невероятными вещами, можно объяснить, такие странные чудеса.
Дождь, хлеставший за пределами невидимого силового поля, прекратился почти мгновенно, будто кто-то наверху просто взял и перекрыл невидимый кран. Яркий свет с удвоенной силой местных солнц, резко ворвался на корму корабля, заставив Степана зажмуриться. После нескольких минут привыкания к новому освещению, зрение полностью вернулось к нему; и Степан смог осторожно оглядеться. Вокруг него было: всё тоже ярко - голубое небо, два солнца, над, тем же горизонтом, и полное отсутствие признаков жизни, на палубе корабля. "Интересно, куда они все подевались?- подумал парень". Ему пришло на ум, что неплохо бы было заняться, каким ни будь делом; так как работа всегда была для него лучшим способом отвлечься от тяжелых мыслей. Тем не менее, не его нового начальника-робота, не капитана корабля, способных дать ему, эту самую, работу, видно не было.
Степан решил, что для младшего помощника старшего механика, было бы неплохо ознакомиться с системой управления судном, благо, она находится в трёх шагах от него. Огромный штурвал корабля, с литыми металлическими ручками, производил сильное впечатление; а вот знакомая парню по комнате, с дымоголограммой, гора рычагов, хаотично торчащих сбоку от штурвала,- приводила в полное замешательство. Он, как и раньше даже представить себе не мог, для чего был нужен летающему парусному судну - этот набор "юного тракториста".
По началу Сидоров, увлечённый исследованием системы управления инопланетного корабля, лишь почувствовал, что за его спиной что-то происходит. Но потом, когда Степан, прервав изучение рулевого механизма, внимательно осмотрелся по сторонам, он заметил, как очень далеко практически у самого горизонта действительно появилось какое-то еле заметное глазу неясное движение. Затем, он с нарастающим беспокойством наблюдал; как возникшая на горизонте маленькая тёмная точка, приближаясь, стала быстро расти, постепенно превращаясь в небольшой серебристый шар, с неопределёнными по краям контурами. И вот, неопознанный объект, напоминавший земную шаровую молнию и имевший метра полтора в поперечнике, завис, прямо над его головой. Рядовой Сидоров, находясь в лёгкой панике, подумал, что надо бы сообщить о появившемся объекте капитану, но как осуществить это действие на практике он в данный момент не знал.
Тем временем, серебристый шар метрах в десяти от палубы корабля наткнулся на невидимую преграду и, сверкнув, "недовольно" снопом белых искр, отскочил, будто резиновый мячик от твёрдой стены, метров на пять назад. После чего, застыв на месте, на несколько минут, он снова ожил, и медленно облетев вокруг "Звезды Халлаза", опять приблизился к границе "силового поля". Степан отметил про себя разумное поведение золотистого шара, ему даже показалось, будто тот ищет слабое место в окружающем защитном поле судна. Так или иначе, но оказавшись снова у барьера, отделяющего его от палубы корабля объект опять замер.
Сначала, посередине шара образовалось небольшое чёрное пятно, затем быстро заполняя собой пространство внутри объекта, чёрная масса достигла границ шара и вдруг - неожиданно, словно чернила из перевёрнутой чернильнице, пролилась на корму корабля огромной, тёмной кляксой. Всё это захватывающее действие произошло, буквально, в пяти метрах от оторопевшего парня. Причем, тёмная клякса, достигнув кормы, зависла в нескольких сантиметрах от её поверхности, и как показалось пристально наблюдавшему за объектом Сидорову, совершено, не желала растекаться по палубе. Прошло ещё несколько долгих секунд, прежде чем внутри неё что-то тихонько сверкнуло, и клякса быстро стала изменяться, приобретая при этом загадочном действии новую сложную форму и изменяя свой прежний цвет.
Когда через пять минут процесс формообразования закончился, перед ошеломлённым молодым человеком предстала полная женщина, неопределенного возраста, с похожим на классный журнал предметом в руках. Она была одета в строгий костюм, состоящий: из пиджака бежевого цвета, белой блузки, застёгнутой на все пуговицы, и длинной юбки, такого же невзрачного вида. На груди у непрошеной гостье вызывающе блестела большая золотистая брошь, в виде огромного паука. Не спеша, поправив квадратные узкие очки с толстыми стёклами, которые располагались на её массивном носу, женщина открыла потёртый журнал и, достав из внутреннего кармана пиджака ручку, сделала какую-то короткую запись. Затем, она внимательно посмотрела на застывшего перед ней растерянного молодого человека. Строгий взгляд её светящихся серебром глаз, с лёгким золотистым оттенком, заставил Степана Сидорова, как нашкодившего школьника, испуганно потупить взгляд.
-Так-так, и куда это все подевались! – громко спросила полная женщина низким немного дребезжащим голосом.
Потрясённый произошедшим на его глазах чудом молодой человек, растерянно молчал.
-Понятно, тут как всегда... полный бардак,- сказала женщина, похожая на завуча из его родной школы, и что-то опять отметила в своём журнале.
После чего, она снова осмотрелась по сторонам и, вероятно, не обнаружив вокруг себя никого к кому можно было бы ещё обратиться, снова повернулась к стоящему напротив неё Степану.
- Ну, а где этот тип? – повторила она вопрос голосом человека, не терпящим возражений.
- Кто?- не понял перепуганный Сидоров.
- Будьте так любезны, позовите мне сюда капитана этого судна,- медленно выговаривая каждое слова, громко произнесла незнакомка.
Степан Сидоров растеряно оглянулся назад, ища выход из неприятного положения в котором он внезапно оказался. Потом быстро сообразив, что ему нужно делать дальше, он, молча, резко развернулся на месте и решительно направился к входу расположенному на кормовой пристройке. Около него он остановился и попытался вспомнить, как Таре удалось, совсем недавно, легко и непринуждённо открыть для него этот проход. Поразмыслив немного, он осторожно ударил рукой по центру внешней панели, закреплённой посередине, однако никакого ответного движения на это его действие не последовало. Парень обернулся назад: женщина стояла на том же месте и внимательно наблюдала за его действиями. Он собрался с силами и, вложив в удар больше энергии, чем в прошлый раз, снова повторил не сложное действие, но дверь опять осталась без движения. "Ну ладно- с досадой подумал Степан, - чёртова дверь, ты у меня всё равно откроешься". И потом, он, ещё минут пять, изо всех сил барабанил кулаками по внешней панели двери и в конце даже пару раз пнул её ногой, однако она, так и осталась стоять на своём месте. Женщина в бежевом деловом костюме спокойно дождалась, когда Степан закончит, ломиться в закрытую дверь, подошла, и тихо правой рукой хлопнула по её поверхности. На корме корабля раздался знакомый Степану мелодичный звук, и дверь, будто издеваясь над ним, открылась.
- Потрудитесь немедленно передать, так называемому проклятому капитану, что я жду его здесь и долго этого делать, не собираюсь, - требовательно повторила она свою просьбу похожую на приказ и, усевшись, на неизвестно откуда взявшийся стул закинула ногу на ногу.
Рядовой Сидоров не стал долго тянуть и быстро нырнул в открывшийся проход. Оказавшись в знакомой комнате с дымоголограммой посередине, он облегчённо вздохнул. В ярко освещённом помещение вокруг стола с раскинувшейся по его поверхности миниатюрной пустыней, стояли люди и довольно громко о чём - то спорили.
-Извините! - воскликнул молодой человек, что бы привлечь к себе их внимание. - Там ...какая-то женщина спрашивает капитана.
Все замолчали и, практически, одновременно повернулись в его сторону.
-Где женщина?- не понял капитан.
Степан застенчиво откашлялся и несколько спутано рассказал, о неожиданном появление на корме корабля странной гостье, со светящимися серебряным светом глазами. Капитан Джек, слушая Сидорова, буквально на глазах, заметно мрачнел. Когда парень закончил повествование, капитан водрузил свою чёрную шляпу на голову и, не проронив не слова, решительно вышел через открывшуюся дверь; остальные тоже быстро последовали за ним.
На корме Степан с удивлением обнаружил, откуда-то взявшегося баргона стоявшего возле незваной гостье; который, увидев появившихся членов экипажа, как показалось парню, с облегчением вздохнул и опасливо отошёл в сторону.
- Вы бы занялись своей разговорчивой зверюшкой,- громко и недовольно сказала женщина, заметив, появившихся на палубе людей,- А то, потом, проблем с паразитами не оберёшься. Вы, я надеюсь, знаете, какие у них бывают паразиты?
-Что надо? - резко прервал её капитан, в своей неподражаемой манере.
- Я думаю, ты прекрасно знаешь, Джек, что мне надо,- ответила женщина спокойно. Она не спеша поправила очки, и обвела всех присутствующих цепким, как у опытного следователя, взглядом.
Сидоров почувствовал, как по его спине пробежали большие холодные мурашки от её светящихся золотом пронзительных глаз. Он второй раз, за последний час, ощутил себя нашкодившим учеником, вызванным в кабинет директора.
- Дорогая Инторра, мы рады приветствовать вас на борту нашего корабля, - широко улыбаясь, начал, было, Ян.
- Давайте не будем, тратить наше с вами время на всякие глупости,- резко прервала его гостья и, не изменив позы, открыла журнал, лежавший на её коленях.
После чего она, не спеша перелистнула пару страниц и поправив очки громко и чётко, что бы все слышали, прочитала:
-Пункт третий, данного договора устанавливает обязанность капитана, этого корабля, в трёхдневный срок сообщать в наблюдательный совет; о случаях неожиданного появления на борту дымолёта, именуемого далее, как "Звезда Халлаза", живых разумных существ, в скобках и людей. - Она закончила читать и, подняв голову, строго посмотрела поверх своих квадратных очков на капитана.
-Ну и что?- спросил капитан с вызовом, словно хулиган, отказывающийся признавать в учительской, что это он разбил окно.
- Вчера, мы зафиксировали на поверхности Халлаза странный сильный всплеск в эндоматерии, произошедший в направлении вашего судна. Я уверенно, что даже ты как и вся твоя недалёкая команда понимаете, что это означает.
-Хочу заметить, что, как правильно вы сами отметили, это событие произошло вчера,- ответил за капитана старший механик.- Это значит, у нас есть ещё, как минимум, два дня в запасе.
-Не считайте меня полной дурой - мех! - воскликнула женщина и резко встала на ноги.
Она подошла к ним и, взяв за руку стоящую около Яна Тару, грубо вытащила зелёную девушку вперёд.
-Вот эта девушка появилась на вашем борту больше года назад, тем не менее, вы и не подумали сообщать нам об этом,
Тара, прейдя в себя от неожиданной наглости проявленной незваной гостьей, резко вырвалась из её цепких рук и гордо вернулась обратно.
- Не знаю, кто вы такая, но вас совершенно не касается, моё пребывание на этом корабле,- выпалила девушка с презрением.
- Не волнуйтесь, так милочка я прекрасно знаю, кто вы,- холодно ответила женщина,- Именно поэтому мы и закрыли глаза на ваше тайное пребывание здесь. Не знаю, зачем вашему отцу понадобилось это, но, разумеется, мы не вмешиваемся в семейные дела зелёного императора.
- Императора? - непроизвольно воскликнул Яков.- Значит она, действительно - принцесса!
- О, я вижу, здесь не все в курсе о маленькой сделке между Рвирдом и капитаном этого злополучного судна,- криво усмехнулась женщина, занимая своё место на стуле.- Но, как вы понимаете наблюдателей, мало волнуют причуды сильных мира сего, пока они не касаются нас.
-Подождите! - прервала её девушка изменившимся голосом.- Так вы знали с самого начала, кто я такая?
- Дорогая Тара, мы с капитаном действовали исключительно в ваших интересах и в интересах вашего дорогого отца, - вмешался в разговор старший механик.
.-Как, и вы! - воскликнула со слезами в голосе девушка.- Я вам... я так верила!
Она всхлипнула, и чуть не сбив с ног стоящего за ней Степана, скрылась в открытом дверном проёме.
-А почему, я не в курсе? удивился Яков, посмотрев в след расстроенной девушке.- Родная дочь самого повелителя Тамкероуна. Хоть намекнули бы, а то я пару раз накричал на неё, причём за дело; а теперь мне кажется, что каторга в одном из чёрных миров будет для меня не самым плохим выходом. Как думаете?
- Поэтому и не сказали, - вздохнул Ян. - Её отец считал, что раз уж всё равно прыжок неизбежен, то лучшем выходом в этом случае для неё было бы оказаться у нас на борту. Ведь как ни крути, но наш корабль по сравнению с мёртвой пустыней всё-таки более менее безопасное место. Ну и заодно под нашим присмотром она могла бы познакомиться, так сказать, с другой «тёмной стороной» жизни; что для принцесс, как заметил сам император, крайне полезное дело. И так как мы с вами, очевидно, успешно справились с его пожеланиями, то и беспокоится, дорогой первый помощник не зачем. Я вас уверяю, император будет доволен.
-Очень! Очень, поучительная история!- усмехнулась женщина и что - то быстро отметила у себя в журнале.
- Послушайте, мадам,- раздражённо сказал капитан,- если у вас всё, то можете убираться с моего корабля - к чёртовой матери!
Степан отметил про себя, что, несмотря на крепкие эпитеты в адрес, женщины, названной Инторрой, капитан всё же явно побаивался её.
-Не надо, так переживать Джек, я не планирую задерживаться в этом летающем сборище неудачников, больше нужного времени,- спокойно ответила она.- Просто покажите мне вашего вчерашнего гостя, и я с удовольствием избавлю вас от своего присутствия.
Рядовой Сидоров, неожиданно почувствовал жгучее желание, немедленно скрыться вслед за зеленоглазой девушкой.
-Вот этот парень появился у нас на борту вчера ночью,- громко сказал капитан Джек, и указал на Степана рукой.
Инторра поправила свои очки с толстыми стёклами и, внимательно осмотрев Степана с ног до головы, недовольно сказала:
- Я уже видела этого олуха, в нём нет ни капли Энда, кроме того он редкий болван, трудно представить, чтобы столь сильный всплеск в эндополе Халлаза мог вызвать такой человек.
-Тогда, может, хотите увидеть второго?- спросил сухо капитан.
-Кого?- не поняла женщина.
Джек повернулся назад и кивнул головой в сторону, стоявшего позади всех, с безразличным видом подростка:
-Его... он, появился, здесь, практически, в одно время со Станом.
Инторра с большим и не скрываемым удивлением посмотрела на Дмитрия.
- Два всплеска как один, - это объясняет многое,- задумчиво сказала она, бесцеремонно рассматривая мальчишку, да и энда в нём хватит на десятерых, таких, как этот первый. Ну, что деточка, иди сюда я тебе, что-то дам.
Худощавый юноша в чёрной одежде, хмыкнул и с презрением, плюнув себе под ноги, достал из-за пазухи нож, со светящимся лезвием. «Он, что их печатает, что ли,- удивился про себя Степан».
-Это герб моего древнего рода, тётенька,- сказал он с лёгкой ухмылкой, - а в моём роду не принято выполнять чужие команды.
Полная женщина резко хлопнула в ладоши, внезапно кинжал в руках мальчишки ожил, и стремительно пролетев несколько метров, оказался у неё в руках. Дмитрий вскрикнул, на ладони его правой руки появился лёгкий порез, оставленный «взбесившимся» ножом.
-Очень мило, герб тёмного повелителя... Надо же, - усмехнулась криво женщина, рассматривая рисунок на кинжале. – А вот воровать не хорошо деточка, тем более врать.
- А вы, тетя, дура!- болезненно засмеялся Дима, зажав в кулак порезанную ладонь. - Ты обидела, самого хранителя Халлазхала и не заметила.
- Так ты ещё и Земом себя считаешь, чудесно, полное раздвоение личности в купе с манией величия,- твёрдо констатировала Инторра, пропустив слова подростка про дуру мимо ушей.- Ну что же, я довольна, деревенщина из отсталого мира и сумасшедший подросток, которому энд ударил в голову, как и следовало ожидать, ничего особенного.
Она снова записала, что-то в свой коричневый журнал и, захлопнув его, резко встала. При этом действии журнал неловко выскользнул из её рук и упал к ногам стоявшего напротив Сидорова. Молодой человек машинально поднял его и протянул не прошеной гостье.
-Благодарю,- сказала она холодно, наблюдая, как Степан застыл, протягивая ей журнал.- Надо отдать вам должное, вы не просто деревенщина, вы исполнительный деревенщина; возможно даже, именно такого, как вы, здесь и не хватало для полного комплекта.
И пока, рядовой Сидоров старательно изображал подставку, для журналов; Инторра, не спеша поправила золотую брошку, медленно убрала в нагрудный карман квадратные очки и, наконец, повернувшись лицом к Степану, протянула руку.
Вспышка - резкий щелчок и знакомое ощущение, словно тело, пронзило током. Тем не менее, на этот раз для Степана всё произошло намного быстрее и менее болезненнее, чем раньше, что, однако, нельзя было сказать про полную женщину.
Она застыла в позе, почтальона протягивающего журнал постоянному подписчику, сверкая снопами искр, как при электросварке, и стреляя по сторонам одиночными разрядами тока. После чего, её невольная статуя самой себе, стала терять форму и цвет; а потом, окончательно превратившись в серый клубящийся дым, без остатка развеялась по корме корабля.
-Я же сказал дура! - зло воскликнул Дмитрий и, нагнувшись, поднял с палубы свой кинжал, единственное, что осталось от странной гостье.
-Что это было?- пробормотал Яков, первый, придя в себя.
-Дорогой Стан, - сказал Ян, внимательно посмотрев в лицо Сидорову, - вы, каким-то образом разрушили дымоголограмму созданную Высшим наблюдателем. Не знаю, как у вас это получилось, но готов выразить вам глубокую благодарность от лица, всего нашего небольшого, но дружного коллектива.
Рядовой Сидоров, отрешённо посмотрел на свою правую руку, которой он только что держал журнал; золотистое свечения в этот раз было более ярким, однако, покалывание в пальцах рук он почти не чувствовал.
-Смотрите, она улетает! - воскликнул первый помощник, указав рукой на медленно удаляющийся от корабля, серебряный шар, у которого появился новый сероватый оттенок.
-Да,- задумчиво подтвердил капитан, и, найдя взглядом стоявшего на палубе баргона, громко скомандовал:- Ур быстро за штурвал!- Уходим отсюда на максимальной скорости и сразу в верхний поток. Главное успеть пересечь границу реальности раньше, чем они очнутся, а там, нас даже Тарги не достанут.
"Звезда Халлаза" ощутимо задрожала, и стала медленно подниматься вверх, одновременно набирая скорость. Все присутствующие на корме как по команде дружно схватились руками за поручень. Через, примерно, десять минут корабль закончил крутой подъём и, постепенно переходя к горизонтальному полёту, быстро набрал хорошую скорость.
Степан Сидоров старался ни о чём не думать, он просто стоял и получал удовольствие от захватывающего дух полёта. Тем не менее, мысли о произошедшем несколько минут назад на палубе корабля, упрямо лезли в голову. Он посмотрел на стоящего возле него Дмитрия, восхищённо наблюдавшего, за происходящим вокруг и подумал, что мальчишка неплохо справляется, для своего юного возраста, со свалившимися на него, неприятностями.
- Парус! Яша, нужен - парус! - раздался громкий возглас капитана, наблюдавшего за горизонтом, с помощью похожего на бинокль предмета.- Где носит этих двух болванов?
-Ничего шеф сами справимся, - весело отозвался первый помощник.
Степан посмотрел на одинокую мачту корабля, и с удивлением понял, что ещё ни разу не видел, поднятого на ней паруса. Кстати, сзади над кормовой пристройкой возвышалась большая ржавая труба, над которой он, тоже, ни разу не замечал дыма. " Да ладно, какая разница с помощью чего летает этот корабль,- подумал с усмешкой Сидоров.- Всё равно он уже давно нарушил все известные ему физические законы".
- Что ворон ловишь, младший механик?!- хлопнув его по плечу, воскликнул Яков. - За мной - принц! Пора ставить парус!
Степан недоуменно посмотрел на спускающегося, по лестнице на палубу Якова и, тихо порадовавшись про себя, что на этот раз замыкания не случилось, быстро последовал за ним. Догнав, старшего помощника у мачты корабля, он с опозданием подумал, что понятия не имеет, как надо ставить паруса. Однако, Яков не оставил ему времени на раздумье; он резко сорвал большой кусок грубого материала, прикрывавшего нижнюю часть мачты, обнажив, массивную круглую конструкцию. Она оказалась большим, стальным колесом, закреплённым горизонтально вокруг основания мачты судна, на высоте, примерно, полуметра от поверхности палубы; с торчащими из него, как у штурвала, длинными ручками.
- Так ты, действительно принц? - поинтересовался тёмноглазый инопланетянин, что-то ловко откручивая снизу конструкции.
-Если бы, - ответил Степан, наблюдая за его работой.- Я простой парень, проще меня не бывает.
-Ну ладно, простой парень - делай как я,- он встал и, упершись, обеими руками в одну из ручек большого колеса, начал медленно толкать его вперёд.
Сидоров, быстро сообразив, что надо делать, занял место позади Якова, и они, упираясь ногами в палубу корабля, стали дружно раскручивать стальное колесо. Поскрипев в начале, колесо достаточно быстро перестало, сопротивляться, позволив, им перейти с медленного шага на лёгкий бег; причём, наверху появился странный звук, похожий на то, как будто огромная, стальная пружина медленно раскручивается прямо над их головами. Молодой человек поднял голову: огромный прямоугольный парус натянутой нитью, звеня, раскрывался на мачте корабля. Через пятнадцать минут дружной и слаженной работы, они полностью раскрыли парус, после чего Яков с помощью не хитрого приспособления стоявшего ,тут же закрепил колесо.
- Ну как тебе вид? - спросил он, вытерев рукой пот, выступивший на его узком нечеловеческом лбу.
Степан, отдышавшись, отошёл немного назад, что бы лучше оценить свою работу и в прямом смысле, открыл рот. Огромный, стальной парус, алого цвета, отражая яркий свет двух светил пылал на фоне тёмно-голубого неба.
Молодой человек восхищённо застыл посередине палубы, любуясь, абсолютно, нереальным видом неожиданно открывшимся перед ним. "Все-таки, странно устроена жизнь,- подумал парень, - совсем недавно я чувствовал себя одиноким человеком, заброшенным судьбой чёрт знает куда; и вот, сейчас, стою на том же самом корабле и ощущаю себя на вершине счастья".
- Я смотрю, Стан, тебя не слабо проняло, - усмехнулся Яков.- Да, алый цвет, вообще, больное место нашего, доброго, капитана. Говорят, он, когда то, даже, был рыцарем Алого ордена, хотя честно сказать, в это вериться с очень большим трудом.
Рядовой Сидоров недоумённо посмотрел на первого помощника и, переведя взгляд на стоявшего в дали крупного человека в широкополой шляпе, улыбнулся. Степан, конечно же, ничего не знал о загадочном алом ордене; просто, в детстве у него была любимая книга, рассказывающая о девушке и алых парусах, которую он знал наизусть, и поэтому, представив проклятого Джека в роли капитана Грея, парень не смог сдержать смех.
- Джек, несмотря на его грозный вид, может быть очень сентиментальным,- усмехнулся в ответ Яков, - С другой стороны, алый парус стал нашим отличительным знаком, а это сильно упрощает жизнь, не надо объяснять идиотом встречающимся на нашем пути, кто мы такие.
- А как же им ловить ветер, он же, вроде, стальной? - спросил Степан, немного, успокоившись.
- Ветер? Сразу видно, парень, что ты не местный,- удивился первый помощник, внимательно посмотрев на Сидорова.- Этот парус сделан из эндометалла и ловит он не ветер, а невидимые глазу частицы эндоматерии; на этой чёртовой планете они практически повсюду.
-Как это?- не понял Сидоров.
-Вот смотри, - сказал Яков и, подойдя к левому борту корабля, показал рукой на быстро проплывающие мимо них облака, - видишь; сейчас мы находимся в верхнем потоке этих частиц он, самый сильный. Чем ниже мы спускаемся, тем слабее становится течение, ну, а примерно за километр от поверхности, оно совсем исчезает.
-Но я, ничего не вижу...
- Конечно, это же невидимые частицы,- усмехнулся первый помощник,- их могут видеть только обладающие даром, да еще, пожалуй, мехи. На корабле мы обычно пользуемся оптическими приборами, ну, а если что, у нас есть баргон. Он энд из тёмного мира и в потоках частиц разбирается лучше всех.
Парень задумался, ему всё равно было непонятно, как летал это парусное судно - когда парус был, свёрнут; и, как оно держалось в воздухе - когда стояло на месте, вне течения. Однако задать свои вопросы у Сидорова, так и не получилось.
Перед ними возникли два долговязых существа с тёмными глазами, и как заметил про себя Сидоров отличавшихся от первого помощника, пожалуй, только высотой и более простым кожаным костюмом.
-Где бродим братцы?!- напущено строго воскликнул Яков. – Смотрите, так можно и на берег загреметь, вы Джека знаете.
Сидоров вспомнил про слова Дмитрия о том, что команда "Звезды" навсегда прикована к этому кораблю, но вслух нечего не сказал. Впрочем, двое инопланетян никак, не отреагировали на слова первого помощника, оставшись спокойно стоять, поблёскивая на солнце зеркалами больших тёмных глаз.
…………………………………………………………3
Внезапно Яков замолчал и, словно, разглядев что-то в дали, резко махнул рукой, и они друг за другом быстро направились знакомой дорогой в сторону кормы. На лестнице Сидоров ощутил, как корпус судна резко вздрогнул, и оно немного замедлило ход.
- Двигатель остановили!- крикнул ему через плечо Яков. - Пошли на парусе!
-Зачем!?
- Границу между этой реальностью и Тёмным миром можно пройти, только в потоке и, только с его скоростью, - загадочно пояснил старший помощник, быстро поднимаясь на корму,- Работающий двигатель в зеркальном мире - разорвёт любой корабль, даже наше чёртово проклятье не поможет.
Капитан не обратил на их появления никакого внимания, впрочем, как и стоявший возле него Дмитрий. Сидоров отметил про себя, что юноша с головой ушёл в изучение каких-то странных очков, с тёмными круглыми стеклами, которые тот с интересом вертел в руках.
- Видели какие! - похвалился мальчишка после небольшой паузы.
Степан Сидоров ничего не ответил, он тяжело дышал, его мысли были заняты последними словами Якова, о возможности разрыва судна, которые не на шутку его встревожили.
- Одевай!- сказал старший помощник и протянул ещё одни очки с толстыми тёмными стёклами Сидорову.
Парень с недоумением взглянул на Якова, не человеческую голову которого уже украшали подобные очки, отличавшиеся от предложенных ему лишь более широким размером линз.
-Смотри туда, - сказал Яков и указал рукой в сторону носа корабля.
Сидоров повернул голову в указанном направлении: в дали, отражая яркий свет двух солнц - холодно светилась серебром, гигантская зеркальная стена, заполнявшая собой, почти, всё видимое впереди корабля пространство. Степан замер захваченный неожиданно открывшемся перед ним волнующим видом исполинского зеркала, по которому, словно по водной поверхности океана, то и дело пробегала мелкая рябь, искажая его, идеально, ровную, форму.
- Это зеркальная стена, граница между двумя мирами,- пояснил Яков. - Без защитных очков, там никак не обойтись.
-Неплохо,- с напускным спокойствием хмыкнул юноша.- Хотя с нашей стороны она выглядит намного более впечатляюще.
-Как, там, Ян?- прервал их разговор громкий возглас капитана.
Они повернулись в сторону Джека, стоявшего возле баргона и руководящего процессом движения судна.
- Всё в норме можно пересекать границу. Видимых сильных временных искривлений на пути корабля я не наблюдаю,- сказал старший механик, обращаясь к капитану, из небольшого дымового облака, над его головой.
-Хорошо! Держи меня в курсе, - Джек хлопнул по своему светящемуся, из-под рукава рубашки, запястью, и изображение Яна растаяло в воздухе.
"Классная штука - подумал Степан,- надо будет себе такую же попросить, я всё - таки, теперь член экипажа ". Капитан, тем временем, снял свою чёрную шляпу и надел тёмные плотно прилегающие, как у ныряльщиков, очки; остальные, не дожидаясь команды, последовали его примеру
При приближении корабля к зеркальной стене, вокруг него появилось и стало угрожающе расти серебристое свечение; однако, оно не пересекало "защитного поля "Звезды Халлаза". Сидоров довольно быстро привык к тёмно-фиолетовому оттенку, появившемуся у окружающего мира, который создавали толстые стёкла одетых на его голову тёмных очков. Тем не менее, у самой стены даже в очках приходилось немного прищуриваться, из-за яркого света, отражаемого зеркальной поверхностью. Как только, окружающее корабль поле коснулось гигантского зеркала, на нём сразу же появилась лёгкая рябь. Затем будто от огромной капли воды, упавшей на вязкую серебристую поверхность вокруг судна образовались небольшие круги. После чего они, увеличиваясь в размерах, стали медленно расходиться в разные стороны, что бы через некоторое время совсем исчезнуть из виду за кармой летящего корабля. Степан изо всех сил схватился за знакомый кормовой поручень и на всякий случай закрыл глаза...
Он стоял в таком напряжённом положение минут пять или шесть, но, то ли таинственная тишина, буквально повисшая в воздухе, то ли природное любопытство, свойственное ему с раннего детства – «заставили« его все-таки открыть глаза. Однако, вокруг он увидел лишь тёмно синюю пелену, сквозь которую с трудом различались лишь крупные предметы, причём, не целиком, а только их слабые, размытые контуры. Степан, немного поколебавшись, резко сорвал с головы тёмные очки, из-за толстых и мутных линз которых, он практически нечего не видел.
Волшебная и одновременно пугающая картина, открывшаяся взору молодого человека - завораживала. Ощущение было такое, словно он и весь мир вокруг, очутились в огромном стеклянном шаре, покрытом с наружи гладкой и блестящей глазурью. Странный, холодный свет, имевший нереальный серебристый оттенок, заливал всё видимое пространство внутри образовавшейся зеркальной сферы. Он, отражаясь от идеально гладких стен окруживших «Звезду Халлаза», создавал на корме и палубе корабля множество необычных, загадочных теней. Кроме того, окружающий мир будто застыл, лишившись, как показалось Сидорову, самых незначительных звуков; словно кто-то взял и перевел невидимую ручку громкости в крайнее, отрицательное положение. Степан недоумённо повернулся к Якову, стоявшему справа от него, и нарочито громко, что бы все слышали, спросил:
-Ну и что теперь? Какие наши действия?
Прошло несколько удивительно долгих секунд - но ответа так и не последовало. Вернее, ответом ему была всё та же неожиданно повисшая в окружающем мире мёртвая тишина. Первый помощник неподвижно стоял на корме корабля, крепко держась руками за стальной поручень, всем своим видом демонстрируя полное отсутствие признаков жизни. Степан недоумённо огляделся по сторонам - другие члены команды, так же как и Яков, замерли в странных, не естественных позах, будто они все разом каким-то не постижимым образом превратились в прижизненные памятники самим себе. "Ну, вот опять это началось,- подумал он, холодея от страха". Степан повернулся к Дмитрию и осторожно потряс подростка за плечи, но и тот никак не отреагировал на его действия. Юноша, как и несколько секунд до этого, продолжал безучастно стоять в прежней позе и с тем, же странным выражением на застывшем лице. Степан осторожно обошёл остальных членов команды находившихся с ним на корме. Однако, все они, включая капитана и даже баргона грозно возвышавшегося над штурвалом корабля, застыли захваченные странным параличом. В конце концов, Степан Сидоров почувствовал себя посетителем музея восковых фигур имени мадам Тюссо, но эта, неожиданно весёлая мысль не вызвала у него даже тени улыбки.
Постояв в растерянности, несколько минут, он подумал, что возможно где-то поступил не правильно и, решив решительно исправить сложившееся положение, снова надел на голову тёмные очки с толстыми стёклами, и встал на прежнее место. Увы, но это отчаянное действие не дало, ни каких видимых результатов. Степан тяжело вздохнул и снял очки, идея, конечно, была дурацкая, но ничего другого сейчас ему в голову не приходило. Он с горечью подумал, что опять оказался один на один с полной неизвестностью и, пожалуй, даже ещё в более худшем положении, чем раньше. Похоже, теперь, ему оставалось только одно ждать, ждать и надеется, что ситуация, как это уже случалось здесь не раз, сама собой разрешиться; или хотя бы появится намёк, подсказка позволяющая понять, каким должен быть его следующий шаг.
Так или иначе, но минут через пятнадцать, напряжённо разглядывая залитое серебристым светом, окружающее пространство, Сидорову показалось, что на палубе корабля возникло слабое движение. Парень неуверенно спустился вниз и осторожно приблизился к тому месту, где как ему показалось, что-то происходило. Посередине палубы, в двух метрах от мачты, виднелась небольшая странная тень, которая выделялась, из множества других, таких же загадочных теней в большом количестве созданных зеркальным куполом, слабым фиолетовым свечением. Молодой человек огляделся по сторонам: зеркальная сфера, парусное судно, члены команды корабля, застывшие на корме - всё это, как и прежде, выглядело совершенно безжизненным. Так получалось, что небольшое тёмное пятно-тень, лежавшая у его ног, была единственным объектом, подававшим, хоть какие-то, признаки жизни.
Степан осторожно обошёл вокруг неё. Он сразу же обратил внимание, что тень, не только изменяла свою неопределённую форму, но и заметно росла, увеличиваясь в размерах. По внешнему виду она, вроде бы, была не похожа на видимые им ранее загадочные дымоголограммы, но быть в этом, до конца уверенным он конечно не мог. Однако, теперь, основываясь на личном горьком опыте, Сидоров понимал - в этом странном мире может произойти, практически, всё что угодно. И к тому же, тут надо всегда быть готовым к самому худшему развитию событий; что бы однажды не оказаться в глупом положении, перед лицом злой толстой «ведьмы» с потёртым журналом в руках. Степан грустно усмехнулся про себя; ведь легко сказать подготовиться, куда труднее понять, как это реально сделать, не зная толком, что тебя ожидает в будущем.
Тень у ног молодого человека тихо затрещала, и будто подтверждая его невесёлые мысли, неожиданно - вспыхнула холодным ультрафиолетовым пламенем. Затем она, быстро разгораясь, внезапно превратилась, в горящий посреди палубы корабля костёр. Степан резко отпрыгнул назад, инстинктивно закрыв руками лицо; но жар и яркий свет, который должен был последовать за вспышкой, почему-то отсутствовал. Сидоров собрался с духом и, прикрыв на всякий случай ладонью правой руки глаза осторожно посмотрел в сторону странного костра. Там, что-то чёрное и бесформенное, сверкая зловещего вида горящими глазами, росло, прямо, в полыхающем на палубе корабля пламени. Не на шутку перепугавшись, Степан Сидоров, не дожидаясь завершения процесса, как ему показалось, "демонообразования", бросился со всех ног в сторону кормы, лихорадочно прикидывая на бегу возможные варианты спасения. Оказавшись на месте, он оглянулся назад и с ужасом увидел; как огромное чёрное существо, охваченное языками холодного пламени, с горящими ярко фиолетовыми глазами, медленно заполняло собой пространство в центре палубы. Степан ошалело осмотрелся вокруг: члены команды корабля, застывшие в тех же позах, что и раньше, безучастно стояли на прежних местах и, конечно, помочь ему ничем не могли. Оставалось одно, открыть входную панель, расположенную на кормовой пристройке судна, и исчезнуть в бездонном лабиринте трюма Звезды Халлаза.
Стараясь не смотреть назад, и понимая, что у него осталось совсем немного времени до того момента, когда чёрный монстр приобретёт окончательно, свою "ужасную" форму; парень, собравшись с духом, решительно направился к двери. Он дрожащими руками погладил гладкую, прохладную поверхность знакомой дверной панели и, тихо помолившись про себя, резко ударил по ней правой рукой. Увы, проклятая панель, как и раньше, осталась глуха к его мольбам. Когда же, Сидоров снова поднял руку, что бы повторить попытку, он неожиданно почувствовал, цепенея от ужаса всем телом, как живое, тёплое дыхание, производимое огромными лёгкими, коснулось его похолодевшей спины.
-Мужик, в шахматы играешь?- раздался сзади низкий, чуть хрипловатый, голос.
Степан, словно, окаменел. От страха даже звуки застыли, в его пересохшем горле.
- Ты что немой?- переспросил, тот же голос. - Я спрашиваю, в шахматы играешь?
Парень, ничего не понимая, и боясь посмотреть назад, с большим трудом, выдавил из себя:
-Плохо...
-Так, ты давай учись не тяни, мне слабый игрок не интересен,- продолжал настаивать голос.
-Хорошо,- что есть силы, прохрипел в ответ Степан.
Ну и ладно, - обрадовался голос,- я доволен, что с тобой встретился. Вижу, ты, сейчас какой-то напряжённый, так что давай, до скорой встречи - хранитель.
Молодой человек всем телом ощутил мощный порыв ветра, после чего, раздался сильный хлопок и, как будто, огромные крылья рассекли воздух над палубой застывшего корабля. Прошло ещё несколько секунд, прежде чем в окружающий мир, вернулась, теперь, такая неожиданно желаемая, мёртвая тишина.
Сидоров собрал все свои изрядно поредевшие силы в кулак и осторожно повернулся к палубе лицом. Он с большим облегчением обнаружил, что ужасного, чёрного монстра нигде не было видно, разве что в воздухе, над палубой, слабый фиолетовый сполох, как отзвук горевшего здесь недавно огня, тихо сверкнув, растаял без следа. Неожиданно корпус корабля резко вздрогнул и молодой человек, потеряв равновесие, рухнул на палубу. Звуки, тени, люди, стоявшие на корме - всё вдруг ожило, а сверху, в изменяющуюся под напором движения судна зеркальную сферу, уверенно ворвались слепящие лучи солнца.
-Внимательней на выходе!- громко скомандовал кому-то «проклятый" Джек и, увидев растянувшегося на корме Степана прикрывающего руками глаза, возмущённо прокричал: - Тарг тебя побери! Уберите, наконец, это сухопутное бревно с моей палубы, а то оно ослепнет.
Полуослепший от яркого света парень ощутил, как подоспевший Яков, схватил его крепко за плечи и, не теряя времени на объяснения своих действий, бесцеремонно затолкал его, внутрь открывшейся сзади кормовой пристройки.
Чувствуя себя совершенно обессиленным, рядовой Степан Сидоров лежал на полу в длинном стальном коридоре корабля и, прикрыв руками воспалённые глаза, старался ни о чём не думать. Спиной он ощущал, как время от времени корпус судна довольно сильно встряхивало, видимо проблемы с переходом через зеркальный барьер были не шуточные; однако Степан прибывал в таком ослабленном состоянии, что не только, не мог отреагировать на этот волнующий факт, но даже просто испугаться. Так или иначе, но Сидоров с облегчением чувствовал, как по телу разливается приятная слабость, и он погружается в такой желанный и необходимый ему сейчас сон...