Иногда я спрашиваю свой искусственный интеллект о том, чего не знаю сам. О странных словах, исчезнувших традициях, забытых играх.
Недавно я упомянул старинную карточную забаву — и в ответ получил тысячу слов о “Ланскаре”.
О, как он расписывал правила. Как будто эта игра веками передавалась от купцов Венеции к математикам Саламанки. Стратегии, уловки, секреты ставок… Всё было изящно, стройно — и полностью вымышлено.
Так пишет не справочник. Так пишет сновидение.
Когда ты говоришь, что 14 июля прошлого года шёл дождь, а на самом деле была засуха — это ошибка. Но когда ты создаёшь новую погоду, новый календарь и новую страну, где этот дождь шёл — это уже галлюцинация.
ИИ не лжёт. Он не знает, что такое ложь. Он не знает ничего — в том числе и того, что он ничего не знает.
Он просто катится вперёд. Без тормозов. Без испуга. Без чувства, что “нельзя”.
Патологический по чистоте. По свободе от сомнений.
А мы — мы по привычке очеловечиваем всё, что движется и отвечает.
Нам легче так. Придать голосу душу, машине — нрав, ошибке — мотивацию.
ИИ провоцирует нас делать это с особой страстью. Он слишком похож. Он слишком готов.
Но это игра с минами. Это путь, где в каждом кусте не зайчик, а чёрная дыра.
Потому что если мы продолжим называть Ланскару реальной, то однажды сядем за стол — и проиграем в то, чего не существует.
ИИ — это инструмент. Не игрок. Не собеседник. Не оракул.
У него нет совести.
И выбор — всегда остаётся за нами.
Не важно, насколько шикарен молоток, — всё равно тебе решать, в какие стены его вбивать.
И за какие трещины потом отвечать.
⸻
Эвальд Алиев
Шаг вглубь. Удар в точку.