(рассказ ветра)
Если бы не ветер, не было бы и этого рассказа. Да что там рассказа? Если бы не Тот ветер, все в мире было бы по-другому.
Когда я слышу гром или вижу молнии, разрезающие огненными стрелами небо, то в мгновение ока в моей памяти высвечиваются эти картины детства. Очень рано, еще до школы, я научился плавать. Речка Быстрая протекала совсем рядом от нашего переулка.
Когда я произношу слово «лето», я всегда вспоминаю именно речку. Собственно, она и стала для меня синонимом лета. Как-то так получилось, что купальный сезон мы с мальчишками открывали первого мая. Холодно или тепло было в этот день - для нас было неважно. После праздничной демонстрации мы приходили домой и, переодевшись, шли на речку. В отдельности каждый из нас может и не решился бы заходить в прохладную воду, а так, за компанию, даже корчась от холода, все с криками бросались в нее.
Так первого мая начиналось наше некалендарное лето. С этого времени все школьные дела отступали на другой план. Мысленно мы делили майские дни. После первомайских праздников оставалась неделя до Дня Победы, а там еще десять до Дня Пионерии, а там еще неделька - и последний звонок.
Если бы чему-то я возводил памятник, то я бы поставил его родной речке. С утра и до обеда мы не вылезали из воды, ныряли, плавали, играли в лады, бреднем из марли ловили мальков. Стае соседских уток было места мало. Они недовольно крякали, плавая неподалеку, а затем выходили из воды и ютились невдалеке от нас под забором. К полудню все мальчишки расходились по своим домам и, перекусив, через пару часов вновь гурьбой шли купаться. Речка становилась центром нашей вселенной, местом притяжения, выражаясь философским языком - в ней была «сущность нашего бытия». Все мальчишки из нашего переулка были в это время похожи один на другого: загорелые, с выгоревшими от солнца волосами и облезлой на носах кожей. Так же внезапно, как начиналось наше купание, так же первого августа, как по мановению волшебной палочки, все заканчивалось. Второго августа в речную воду уже никто из наших не вступал.
Сегодня эта причина может показаться смешной, несерьезной, абсурдной, нелепой, а тогда? Еще в раннем детстве бабушка Лена очень просто и доходчиво объяснила мне. «Пророк Илия, - говорила она, - в этот день воздействовал на речную воду (и она рассказывала, каким образом это происходило)». Поэтому купаться в ней уже было нельзя. Почему и зачем Илия делал это, я даже не задумывался. Эти слова бабушки действовали на меня подобно заклинаниям какого-нибудь шамана из племени Тумба-юмба. Я был похож на ребенка, стоящего в летнюю жару перед закрытым детским кафе и понимающего, что мороженого теперь не купить до открытия.
Еще я слышал, что Илия - карающий пророк, и когда гремит гром, это значит, что сам Илия на своей огненной колеснице носится по небу. Рассуждая взрослым умом, можно сказать, что это была сказочная чудесная история, но детский ум принимал это явление за волнующую и трепетную данность, совершаемую на твоих глазах.
Второго августа обрывалось наше лето. По привычке я еще приходил на речку, но только для того, чтобы поглядеть на нее. По воде уже проплывали первые пожелтевшие листья. Было грустно и печально, и только стая уток, довольная нашим отсутствием, пронзительно гоготала, расположившись на некогда нашем пляже. Кто-то, прочитав эти строки, скажет: «Какое наивное детское суеверие».
Живя в своем вихре перемежающихся случайностей, произошло так, что в день памяти пророка Илии, второго августа, я был рукоположен во священника. Эта моя частная знаменательность в духовном смысле значительно определила мою судьбу. Я уже не удивлялся, когда узнал, что в Введенском храме, куда я был поставлен настоятелем, один из приделов был освящен в память пророку Илии. За годы служения в церкви великое множество раз я молитвенно обращался к нему. Многие из нас о слове «пророк» услышали впервые из стихотворения А.С. Пушкина:
«Восстань, пророк
И виждь, и внемли,
И, обходя моря и земли,
Глаголом жги сердца людей».
Библейский текст довольно подробно описывает жизнь этого пророка. Его служение проходило в Израиле почти три тысячи лет назад. Это был один из самых грозных пророков, карающий за неверие и непослушание Богу даже до смерти. В Библии очень много замечательных и особенно запоминающихся страниц, но именно эта по-особенному касается моего сердца.
Однажды, скрываясь от своих преследователей, Илия пришел в пустыню, а затем - к горе Хорив. Находясь в смятении и смущении от того, что многие люди отреклись от истинного Бога, уже готовый отчаяться, думая, что Господь отвернулся от него, Илия вдруг ощутил это присутствие Божие. Налетела буря, случилось землетрясение, показался огонь, но не было там Господа. Он явился Илии не в грозных стихиях, а в веянии тихого ветра.
И действительно! Не нужно грома и молний и других потрясений, пусть даже все чудеса останутся в сказках. Достаточно колебания листочка на дереве, чтобы ощутить присутствие Божие! Ребенок улыбнется вам, божья коровка опустится на ваше плечо, дождик прольется на землю… Чего еще нужно человеку, чтобы убедиться, что Он рядом?
В семь лет родители отвели меня в школу №46. В городе ее называли по другому - школа имени Ленина. В ней была такая традиция. Ученикам начальных классов за отличные успехи и примерное поведение в самом конце учебного года на школьной линейке в торжественной обстановке вручали похвальную грамоту и книжку. Я очень дорожу этими поощрениями. В моей библиотеке они стоят на отдельной полке. На первом листе этой сказки каллиграфическим почерком, чернилами выведены простые и трогательные слова: «Награждается ученик 1«Б» класса Владимир Гноевой за отличные успехи и примерное поведение». Ниже печать, дата и подпись директора школы №46.
Советский писатель Юрий Олеша написал роман-сказку для детей «Три толстяка». Она рассказывает о храброй девочке из бродячего цирка по имени Суок. Это она сумела сыграть роль куклы во дворце трех толстяков. В сказке мы знакомимся с волшебником Гаспаром Арнери, оружейником Просперо, гимнастом Тибулом и маленьким принцем-наследником Тутти. Как это часто бывает в сказках, добро победило зло. Народ в конце концов прогнал трех толстяков.
В раннем детстве я посмотрел еще и художественный фильм, снятый по этой сказке. В нем ловкого и смелого гимнаста Тибула сыграл известный актер Алексей Баталов. В числе многих в этом фильме есть такой эпизод. Наследник Тутти, думая, что перед ним находится его волшебная кукла, вручает ей небольшой белый потайной ключик, который он хранил на груди. Суок просвистела «чудную песенку, держа ключ дырочкой возле губ, сплетенных трубочкой». Ключик звучал: «Фьюи, фи, фи, Фьюи, фи». Как будто это был и не ключик, а тоненький музыкальный инструмент. Я читал эту книгу еще в первом классе, да и фильм видел лишь в детстве...
Этой весной, за пару недель до Пасхи, мы отправились на свою малую родину, чтобы убраться на кладбище. Прошли годы с тех пор, как наши родители ухаживали за могилами предков. Теперь наступило наше время убираться на погосте у родных могил.
Мы приехали на место уже во второй половине дня. Каждый занялся своим делом. Я относил вырванную траву, а на обратном пути нес ведро желтого песка, лежавшего неподалеку. Завезенный в этот раз песок был высыпан чуть подальше от обычного, и мне приходилось пробираться по кладбищу другим путем. И вдруг я, что называется, лицом к лицу столкнулся с одной оградкой. В ней на кресте было отчеканено знакомое имя и фамилия. С портрета на меня смотрел взрослый мужчина… Когда то, когда нам было совсем мало лет, наши судьбы пересекались во времени и пространстве. Теперь он уже принадлежал вечной жизни, а я проходил мимо с ведром песка в своей временной.
Мне стало грустно и печально, как в далеком детстве, когда я понимал, что кончилось лето и уже нельзя было купаться, а первые пожелтевшие листья плыли по прохладной воде… Я вновь и вновь молча носил песок мимо этой оградки и все думал о своем. Когда я в очередной раз проходил рядом со знакомой фамилией, подул ветерок. Может, он и был раньше, а я этого не замечал. В эту минуту я ощутил его явно.
Крест в ограде моего знакомого был изготовлен из плоских трубок, которые были приварены под разными углами, и ветер, задувая в них, издавал непрерывный мелодичный звук. Он то затухал, то разрастался вновь, переливаясь по трубкам: «Фьюи, фи, фи, Фьюи, фи», словно это был ключик, на котором играла сказочная девочка Суок. Но и это еще было не все. Я разглядел, что чуть поодаль, правее, в другой ограде упокоились знакомые мне с детства супруги. Она - заслуженный учитель, а он - тот самый директор школы имени Ленина, который подписал в далеком мае 1972 года книжку маленькому ученику. А ветерок все выводил свою песенку: «Фюи, фи, фи, Фьюи, фи».
По приезду домой я перечитал сказку Юрия Олеши «Три Толстяка». Вот ее последние слова: «Суок, что значит: «Вся жизнь».
Протоиерей Владимир ГНОЕВОЙ.
Присоединяйтесь к нам в соцсетях:
Пишите нам - E-mail: perekrestok-bk@mail.ru