Трамп начал атаку с цифр — 25% пошлина, — а закончил прямыми уколами в адрес Моди за дружбу с Россией. Казалось бы, всё просто: хочешь торговлю с США — откажись от Москвы. Но в политике Нью-Дели всё гораздо сложнее. Моди защищает не только стратегический союз с Россией, но и свою внутреннюю экономику. Вопрос теперь в другом: сумеет ли Трамп выдавить Индию из тени Кремля или, наоборот, подтолкнёт её к ещё более тесному альянсу с Москвой?
В среду вечером в Нью-Дели всё шло по плану. Чиновники, отвечающие за торговлю, собирали бумаги, проверяли телефоны, готовились уйти домой. И вдруг — звонок: Трамп объявил о введении 25% пошлины. Казалось, кто-то из Белого дома перепутал день с «чёрной пятницей». Индийские переговорщики, которые месяцами штопали хрупкое полотно будущего соглашения, узнали новость так же, как и рядовые жители — из звонков журналистов.
А потом грянул второй акт. Трамп, в своём стиле, не ограничился цифрами и пошёл вразнос: обвинил Индию в закупках российского оружия и нефти, назвал БРИКС «антиамериканской» группировкой и заявил, что ему «всё равно, что Индия делает с Россией». На дипломатическом языке это значит: «Мне не всё равно». А на языке политики — «Вы в зоне прицела».
И вот тут начинается главное. У Моди нет причин бросаться под американские танки. Россия — не только давний партнёр, но и поставщик дешёвой нефти, от которой зависит индийская экономика. Более трети импортируемой нефти — российская. А это не просто «счёт в долларах», это счёт в жизнях миллионов индийцев, для которых подорожание топлива — вопрос выживания.
Но дело даже не в нефти. Моди стоит на политической красной линии: открывать внутренний рынок для американских ГМО-культур и молочной продукции он не станет. Это было бы политическим самоубийством. Особенно после того, как его партия потерпела неудачу на прошлых выборах. Американский «пакет дружбы» для Индии выглядит так: забудьте про Россию, пустите к себе наше молоко и кукурузу, а ещё примите правила игры, написанные в Вашингтоне. Для Моди — неприемлемо.
Индия ведь долго играла в многовекторную дипломатию: сегодня встречаешься с Байденом или Трампом, завтра — с Путиным, а послезавтра в БРИКС обсуждаешь торговые маршруты с Китаем. Эта стратегия работала до тех пор, пока Трамп не решил, что пришло время выбора: «с нами или против нас».
Но даже здесь американский расчёт хромает. С Китаем у Трампа — хрупкое перемирие после взаимных тарифных войн. Путин не спешит исполнять его мирные сценарии. Значит, остаётся «средний вариант» давления — Индия.
Однако Моди не новичок в политических схватках. Он прекрасно понимает: стоит сделать шаг в сторону от России — и он потеряет стратегическую автономию. А это то, чем Индия гордится с времён Холодной войны.
Парадоксально, но чем сильнее Трамп давит на Индию, тем ближе она может стать к Москве — и даже к Пекину. Именно так в мировой политике рождаются неожиданные альянсы: не из любви, а из взаимного интереса.
США привыкли считать Индию своим естественным партнёром в противостоянии с Китаем. Но если Вашингтон продолжит требовать от Нью-Дели отказаться от России, он может получить прямо противоположный эффект — и увидеть, как в БРИКС появляется ещё более слаженный индийско-российский тандем.
И вот главный вопрос: неужели в Белом доме всерьёз думают, что можно одновременно давить на Моди, требовать уступок, вмешиваться в его внутреннюю политику и при этом рассчитывать на искренний союз? В политике это работает так же плохо, как в браке.
А что думаете вы? Сумеет ли Моди устоять под давлением и сохранить союз с Россией — или Трамп всё же заставит его изменить курс?