Ой, девочки, что у меня вчера было! Иду я из магазина, сумки тяжеленные тащу, поднимаюсь на свой третий этаж, а тут вижу - висит какая-то штуковина чёрненькая прямо напротив моей двери. Думаю, что это такое? Присмотрелась получше - камера! Представляете? Камера висит и прямо на мою дверь смотрит!
Ну я сразу к соседке постучалась. Зинаида Ивановна, говорю, это вы камеру повесили? А она как ни в чём не бывало - да, говорит, повесила. И что с того?
Как что с того? Да она же на мою квартиру направлена! А мне в ответ - ну и что, она у меня висит, значит, что хочу, то и снимаю.
Ну я прямо опешила от такой наглости! Говорю ей - но она же видит мою дверь, всех моих гостей видит! А она мне - а мне какое дело до ваших гостей, я свою безопасность обеспечиваю.
Какую такую безопасность, спрашиваю? От кого? А она начинает рассказывать про каких-то наркоманов и алкашей. Говорит, что у Семёновых с четвёртого велосипед украли на прошлой неделе.
Ну при чём тут велосипед-то? Я ей говорю - уберите камеру, не хочу, чтобы за мной подглядывали. А она - не буду убирать, деньги потратила, внук ставил.
Тогда хоть поверните в другую сторону, прошу её. Нет, говорит, не буду, она правильно стоит. И хлопнула дверью! Я так и осталась стоять на площадке, не знаю, что делать. А эта камера висит, красненьким огоньком моргает, будто подмигивает мне.
Вечером дочке звоню, рассказываю. Аленька, говорю, тут соседка камеру поставила, следит за мной теперь! А дочь мне - мама, что за чепуха, зачем ей за тобой следить?
Не знаю зачем, говорю, но камера-то направлена прямо на мою дверь. Я теперь спокойно из дома выйти не могу.
Дочь говорит - может, она правда для безопасности поставила? Для какой безопасности, отвечаю, она же пенсионерка, как я. Что ей может угрожать?
Ну поговори с ней ещё раз, советует дочь. Объясни, что тебе неприятно. Я уже говорила, отвечаю, она такая наглая стала. Может, она вообще не включает камеру, успокаивает меня дочь.
Да включает она её! Огонёк красненький мигает постоянно. И теперь каждый раз, когда из квартиры выхожу, чувствую себя как под микроскопом. Стараюсь быстренько мимо камеры проскочить, капюшон натягиваю, отворачиваюсь от неё.
На следующий день иду в поликлинику, встречаю у подъезда Марию Васильевну со второго этажа. Она такая добрая, всегда поздоровается, спросит как дела.
Мария Васильевна, говорю, а вы знаете, что Зинаида Ивановна камеру поставила? Слышала что-то, отвечает, а что, плохо разве?
Да плохо же! Она на мою дверь её направила. Теперь живу как под колпаком. Мария Васильевна заинтересовалась - покажите-ка, говорит.
Поднялись мы на третий этаж. Мария Васильевна на камеру посмотрела, головой покачала. Действительно, говорит, прямо на вашу дверь смотрит. Неправильно это.
Я ей говорила, отвечаю, не слушает. Твердит про безопасность какую-то. Какая безопасность, говорит Мария Васильевна, вы что, преступница что ли?
Вот и я так думаю, соглашаюсь.
Мария Васильевна постучала в дверь к Зинаиде Ивановне. Та не сразу открыла, долго в глазок смотрела сначала. Что вам нужно, спрашивает недовольно.
Зинаида Ивановна, говорит Мария Васильевна, уберите камеру. Лидия Петровна права, вы её права нарушаете.
Какие такие права? Я в своём подъезде живу, имею право на безопасность. Но не за счёт соседей же, возражает Мария Васильевна.
А мне плевать на соседей, отвечает Зинаида Ивановна. Пусть сами о себе думают. Мария Васильевна прямо возмутилась - как это плевать? Мы же вместе живём!
Живём, да не дружим. Каждый сам за себя. Ну нельзя же так, убеждает её Мария Васильевна. Поверните хоть камеру на лестницу.
На лестнице что снимать, отвечает Зинаида Ивановна. Там никого нет. А тут и моя дверь, и соседская. Вижу, кто что делает.
Тут я поняла, что она действительно специально за мной следит! Зачем вам знать, спрашиваю, кто ко мне приходит?
А вдруг к вам воры придут? Или наркоманы? Мне потом отвечать? За что отвечать, не понимаю. При чём тут вы?
А при том, что мы соседи. Если у вас что случится, на меня подозрение падёт. Мария Васильевна пальцем у виска покрутила - Зинаида Ивановна, вы что, совсем?
Я нормальная, огрызается та. А вот некоторые ненормальные. Чужие дела обсуждают. И опять дверью хлопнула!
Вредная старуха, говорит Мария Васильевна. Надо в управляющую компанию жаловаться. Так я и сделала.
На следующий день звоню в управляющую компанию, всё рассказываю. Мне объяснили - камеры в подъезде ставить можно только с разрешения всех жильцов. Пришлите заявление, говорят, разберёмся.
Написала я заявление, отнесла в офис. Через несколько дней приходит к нам парень молодой в синей куртке. Здравствуйте, говорит, я по поводу жалобы на камеру. Покажите, где висит.
Провела я его на третий этаж. Парень на камеру посмотрел, телефон достал, сфотографировал. Да, говорит, нарушение. Без согласования жильцов такое нельзя.
Тут как раз Зинаида Ивановна из квартиры вышла. Вы кто такой, спрашивает. Что тут делаете? Я из управляющей компании, отвечает парень. По жалобе на камеру.
Какого разрешения? Это моя камера, где хочу, там и вешаю! Не можете, объясняет парень. Подъезд - общее имущество. Для камер нужно согласие всех жильцов.
Зинаида Ивановна прямо взбесилась. Ещё чего! Я что, не имею права себя защищать? Имеете, говорит парень терпеливо, но в рамках закона. А вы права соседей нарушаете.
Каких соседей? Она что, под камерой раздевается? - показывает на меня Зинаида Ивановна. Дело не в том, объясняет парень, что она делает. Дело в том, что вы её дверь снимаете без согласия. Это нарушение приватности.
Какой приватности? Мы в многоквартирном доме живём! И что с того, отвечает парень. Каждый имеет право на неприкосновенность.
Зинаида Ивановна фыркнула. Личная жизнь - в квартире. А площадка общая. Но дверь квартиры - уже частная территория, возражает парень. И снимать, кто к ней подходит, без согласия нельзя.
Спорили они минут десять. В итоге парень предупредил - либо уберите камеру добровольно, либо штраф получите. И что мне будет, спрашивает Зинаида Ивановна. Штраф, отвечает. И камеру принудительно снесут.
Зинаида Ивановна задумалась. А если поверну в другую сторону? Можете повернуть на свою дверь, говорит парень. Или на лестницу. Но чтобы соседская дверь не попадала.
Хорошо, согласилась она. Поверну. Я так обрадовалась! Думаю, наконец-то решится проблема.
Но вечером выяснилось - Зинаида Ивановна просто камеру выключила, а не повернула. Огонёк не мигает, но висит она в том же месте.
На следующий день опять к ней стучусь. Зинаида Ивановна, говорю, вы же обещали повернуть. Я её выключила, отвечает. Разве мало?
Мало! Вы же можете включить когда захотите. Могу, соглашается. А могу и не включать. Поверните на свою дверь, как человек сказал.
Зачем мне на свою? Я и так знаю, кто ко мне приходит. Тогда уберите совсем, прошу. Не уберу, упрямится. Деньги потратила.
Понимаю, что назло делает. Вечером опять в управляющую компанию звоню, жалуюсь. Ещё раз приедем, обещают.
Но Зинаида Ивановна оказалась хитрая! Когда парень приехал, камера была повёрнута на её дверь. А как он уехал - она её обратно развернула!
Что же вы делаете, возмущаюсь. Ведь обещали! Ничего не обещала, отвечает. Для галочки повернула. Но это же нечестно!
А что честно? Вы на меня жалобы строчите, а я должна подчиняться? Я жалуюсь, потому что вы мои права нарушаете! А вы мои нарушаете, огрызается. Хочу спокойно жить, а вы мешаете.
Как я мешаю? А так! Ходите туда-сюда, дверью хлопаете, людей водите. Покоя нет. Но я же просто живу! Имею право из дома выходить!
Имеете. Но я имею право знать, что на моей площадке происходит. Не на вашей, а на общей! Общей, да я на ней дольше живу. Мне семьдесят два, а вам сколько?
Шестьдесят восемь. Вот видите, я старше. Значит, больше прав имею. Поняла я, что договориться с ней невозможно. Решила довести меня до нервного срыва.
Тогда пошла я на хитрость. Купила в магазине баллончик с краской, ночью объектив камеры забрызгала. Утром Зинаида Ивановна обнаружила и скандал устроила.
Это вы мою камеру испортили! Ничего не портила, отвечаю. Портили! Кто же ещё? Больше некому! Может, хулиганы, говорю.
Какие хулиганы? Это вы! В полицию заявлю! Заявляйте, отвечаю. Сначала докажите. И правда заявила! Приехали два участковых, камеру осмотрели, соседок опросили. Но доказать, кто испортил, невозможно было.
Может, договоритесь как-то сами, посоветовал полицейский. А то до бесконечности жаловаться будете.
После этого Зинаида Ивановна объектив почистила, защитный кожух поставила. Но я не сдавалась! Нашла в интернете информацию - оказывается, камеры без согласия соседей ставить нельзя по закону о персональных данных.
С этой информацией опять в управляющую компанию пошла, в Роспотребнадзор заявление написала. Через время к Зинаиде Ивановне с проверкой пришли.
Предупреждаем последний раз, сказал инспектор. Либо убираете камеру, либо штраф пять тысяч рублей. Пять тысяч для пенсионерки - серьёзные деньги! Зинаида Ивановна подумала и согласилась снести.
Только из-за денег убираю, говорит мне. А так бы висела. Всё равно спасибо, отвечаю.
Но конфликт на этом не кончился! Зинаида Ивановна обиду затаила, мстить другими способами стала. Жаловалась в управляющую компанию на громкую музыку, хотя я её не включала. Анонимные жалобы на запахи писала. Другим соседям рассказывала, что я ей угрожала.
Ненормальная она стала, жалуюсь дочери. Камеру убрала, а теперь изводит по-другому. Не обращай внимания, успокаивает дочь. Пройдёт время, успокоится.
Не успокаивается! Обозлилась на меня. И правда не успокаивалась. Из-за камеры началась настоящая война! Каждая встреча на площадке - перепалка.
Довольны, спрашивает Зинаида Ивановна. Камеру убрали, теперь воры к вам ходят! Какие воры? Никого подозрительного у меня не бывает!
А откуда мне знать? Камеры же нет! Понимала я, что цепляется просто к словам, но остановить не могла.
Разрешилось всё неожиданно. Зинаида Ивановна заболела, в больницу попала. Вернулась через месяц уже не такая агрессивная. Болезнь ослабила, на конфликты сил не хватало.
Зинаида Ивановна, спрашиваю при встрече, как здоровье? Плохо, отвечает. Сердце шалит. Лечитесь, говорю, берегите себя.
Удивлённо на меня смотрит. Вы что, не злитесь больше? А зачем злиться, отвечаю. Жизнь короткая, чтобы на ссоры тратить.
Да уж, коротка, вздохнула она. С тех пор больше не конфликтовали. Камера не появлялась, я спокойно из квартиры выходила, не боялась, что следят.
Правда, иногда замечаю - Зинаида Ивановна в глазок выглядывает, когда мимо прохожу. Но это уже не так страшно, как постоянная камера.
Вот только доверие не восстановилось. Помню всегда, как легко спокойная пенсионерка в злобную старуху превратилась. Готовую шпионить и мстить. Понимаю, что в любой момент конфликт может снова вспыхнуть. По любому поводу.