Когда подруги жалуются на неблагодарных детей, я молчу. Потому что мою историю трудно поверить. Я купила сыну квартиру, оплатила дорогущий ремонт, а теперь меня не пускают даже переночевать. Говорят — мешаю их семейной жизни. Собственная мать стала помехой в квартире, которую сама же и обустроила.
Квартиру я покупала Андрею, когда он ещё в институте учился. Хотела, чтобы у сына было своё жильё, чтобы не мыкался по углам. Продала дачу, взяла кредит, но купила. Двухкомнатная в новом доме, светлая, просторная.
— Андрюшенька, — говорю, — вот тебе квартирка! Живи, радуйся!
— Мам, спасибо огромное! Но я пока ещё не готов один жить...
— Не готов! Ничего, привыкнешь! А я рядом буду — помогу обустроиться!
И помогала. Мебель покупали вместе, обои выбирали, сантехнику меняли. Половину своей пенсии тратила на его квартиру. Думала — это инвестиция в будущее сына.
Когда Андрей закончил институт и устроился на работу, стал жить в квартире постоянно. Я приходила помочь — готовила, убиралась, стирала. Считала это нормальным — мать должна сыну помогать.
— Мам, — говорил Андрей, — ты так много для меня делаешь! Спасибо!
— Что ты, сынок! Это же для тебя! Лишь бы тебе хорошо было!
И мне действительно хотелось, чтобы ему было хорошо. Поэтому когда он сказал, что квартира требует ремонта, я не раздумывая согласилась оплатить.
— Андрей, — говорю, — конечно, сделаем ремонт! Какой бюджет нужен?
— Мам, там всё серьёзно... Полный ремонт под ключ... Примерно миллион рублей...
Миллион! У меня таких денег не было. Но материнское сердце не знает преград.
— Андрюшенька, найдём! Кредит возьму!
— Мам, ты уверена? Это же большие деньги!
— Уверена! Ты же в этой квартире жить будешь! Должно быть красиво!
Взяла кредит под залог своей квартиры. Риск огромный, но ради сына готова была на всё. Думала — он поймёт, оценит, будет благодарен всю жизнь.
Ремонт действительно получился шикарный. Дизайнерский проект, дорогие материалы, итальянская сантехника. Квартира преобразилась до неузнаваемости.
— Андрей, — говорю, любуясь результатом, — как красиво получилось!
— Да, мам! Супер! Спасибо тебе огромное!
— Что ты, сынок! Лишь бы тебе нравилось!
Квартира действительно стала роскошной. Андрей гордился ею, приглашал друзей, хвастался. А я радовалась его счастью.
Проблемы начались, когда Андрей привёл девушку — Алину. Симпатичная, но какая-то холодная. С первого взгляда было видно — я ей не нравлюсь.
— Мам, — говорит Андрей, — знакомься! Это Алина!
— Очень приятно! — говорю. — Андрей столько о тебе рассказывал!
— Взаимно, — отвечает Алина сухо.
Чувствую — девушка настроена недружелюбно. Но стараюсь быть приветливой, думаю — может, просто стесняется.
— Алиночка, — говорю, — оставайтесь ужинать! Я приготовлю что-нибудь вкусненькое!
— Спасибо, не нужно. Мы уже поели.
Не нужно! Сразу отрезала!
Алина стала приходить всё чаще. И каждый раз, когда я появлялась в квартире, она выглядела недовольной.
— Андрей, — говорю как-то, — Алина почему-то холодно со мной общается...
— Мам, ты показалось! Она просто такой характер — замкнутый!
— Замкнутый! А может, я ей не нравлюсь?
— Не нравишься! Мам, что ты выдумываешь! Просто нужно время, чтобы привыкла!
Привыкла! А к чему привыкать? К матери жениха?
Но время шло, а Алина не привыкала. Наоборот, становилась всё более открыто недовольной моим присутствием.
— Андрей, — говорит она при мне, — почему твоя мама постоянно здесь?
— Алин, она же помогает! Готовит, убирает...
— Помогает! А мы что — сами не справимся?
Сами не справимся! А кто справлялся до неё?
— Алина, — вмешиваюсь я, — я же не мешаю! Просто помогаю сыну!
— Мешаете! — отвечает она резко. — Мы взрослые люди! Сами разберёмся!
Мешаю! В квартире, которую сама обустроила!
— Алина, но это же мой сын...
— Ваш! Но уже взрослый! Пора отпускать!
Пора отпускать! А кто решает, пора или нет?
Андрей молчал. Не заступился за мать, не поставил девушку на место. Просто молчал, как будто меня не было.
— Андрюшенька, — говорю ему потом наедине, — почему ты не сказал Алине, что я имею право здесь бывать?
— Мам, а какое право? Квартира же моя!
Квартира его! А кто покупал? Кто ремонт оплачивал?
— Твоя! Но я же её покупала! И ремонт делала!
— Делала! Спасибо! Но теперь это моя квартира!
Теперь его! А вклад матери не считается!
— Андрей, но я же столько денег вложила...
— Вложила! Но ты же сама хотела! Никто не заставлял!
Сама хотела! Никто не заставлял! Вот как он это видит!
— Андрей, но ведь я думала — это наша общая квартира...
— Наша! Мам, ты же не собираешься здесь жить?
— Не собираюсь! Но хочу иметь возможность прийти!
— Можешь приходить! Но предупреждай заранее!
Предупреждай заранее! В квартиру, которую сама купила!
— Андрей, а зачем предупреждать?
— Затем, что у нас личная жизнь! Мам, мы же не дети!
Личная жизнь! А где мои права?
— А мои права на что?
— На что? Мам, ты же мать! Должна понимать!
Должна понимать! Что сын важнее матери!
Алина между тем становилась всё наглее. Делала мне замечания, как будто я чужая:
— Наталья Ивановна, зачем вы холодильник открываете?
— Алина, хочу посмотреть, что купить Андрею...
— Не нужно! Мы сами знаем, что покупать!
Сами знают! А я не знаю!
— Алина, но я же мать...
— Мать! Но не хозяйка этой квартиры!
Не хозяйка! В квартире, которую сама обустроила!
— А кто хозяйка?
— Я! Я здесь живу!
Она хозяйка! А я что — гостья!
— Алина, но документы на квартиру на Андрея оформлены...
— Оформлены! Но я его девушка! Значит, и моя квартира тоже!
И её квартира! Удобная логика!
— Алина, а моё участие в покупке не считается?
— Не считается! Это был ваш подарок сыну!
Мой подарок! А права на подарок нет!
— А права дарителя?
— Каких прав? Наталья Ивановна, подарили — значит, чужое!
Подарили — чужое! А благодарность где?
Кульминация наступила, когда я попросилась переночевать. У меня дома прорвало трубу, залило квартиру. Некуда было деваться.
— Андрюшенька, — говорю, — можно у тебя переночевать? Дома потоп!
— Мам... — мнётся он. — Это неудобно...
— Почему неудобно? Диван есть!
— Есть! Но Алина против...
Алина против! А мнение матери не важно!
— Андрей, это же одна ночь! У меня дома нельзя жить!
— Нельзя! Но здесь тоже нельзя! Мам, мы же молодая пара!
Молодая пара! А мать помеха!
— Андрей, но это же экстренная ситуация!
— Экстренная! Мам, сними гостиницу!
Сними гостиницу! Вместо ночёвки у сына!
— Андрей, но у меня денег нет на гостиницу!
— Нет! Ну попроси у подруг переночевать!
У подруг! А не у сына!
— Андрей, но почему у подруг, а не у родного сына?
— Потому что мы тут живём! Мам, пойми — нам неудобно!
Им неудобно! А мне удобно в чужом доме?
— Андрей, но я же мать! И квартиру покупала!
— Покупала! Но это не даёт права здесь жить!
Не даёт права! В собственной квартире!
Тут в разговор вмешалась Алина:
— Наталья Ивановна, хватит шантажировать! Квартира Андрея!
— Алина, но я же оплачивала ремонт!
— Оплачивали! Это был ваш выбор! Никто не просил!
Никто не просил! А сын не возражал!
— Алина, но ведь Андрей был согласен...
— Был! Но это не означает пожизненных обязательств!
Не означает! А что означает?
— А что означает?
— Означает спасибо! И всё!
Спасибо и всё! Миллион рублей за спасибо!
— Алина, но ведь это несправедливо...
— Справедливо! Наталья Ивановна, вы свободно дали деньги!
Свободно дала! А теперь свободно отстаньте!
— Свободно! Но рассчитывала на понимание...
— На какое понимание? Вы же мать! Должны бескорыстно помогать!
Должна бескорыстно! А сын что должен?
— А сын что должен?
— Сын должен жить своей жизнью! А не маминой!
Своей жизнью! А мать пусть в стороне стоит!
В итоге мне пришлось идти к подруге. Переночевала у Тамары, всю ночь не спала — думала о произошедшем.
— Тома, — говорю утром, — правильно ли я всё делала?
— Правильно! Галя, ты хорошая мать! Но сын оказался неблагодарным!
— Неблагодарным! А может, я слишком много для него делала?
— Не слишком! Делала от души! А он этим воспользовался!
Воспользовался! Горькая правда!
— Тома, а что теперь делать?
— Ничего не делать! Галя, отстранись! Пусть сам справляется!
Отстранись! А как?
— А как отстраниться? Он же мой сын!
— Сын! Но уже не твой малыш! Галя, он сделал выбор!
Сделал выбор! В пользу девушки!
— Тома, а может, это временно? Может, одумается?
— Не одумается! Галя, он показал истинное лицо!
Истинное лицо! Неблагодарность!
Теперь я почти не общаюсь с сыном. Изредка звонит, спрашивает о здоровье. Но в квартиру не приглашает. Алина, видимо, запретила.
Подруги советуют подать в суд, вернуть деньги. Но как доказать? Документов никаких нет, всё на доверии было.
— Галя, — говорит Тамара, — а ты жалеешь, что столько для него сделала?
— Жалею! Очень жалею! Тома, я же из любви всё делала!
— Делала! А он любовь за слабость принял!
За слабость! А не за самопожертвование!
— Тома, а что делать с кредитом? Ещё семь лет платить!
— Платить! Галя, это урок! Дорогой урок!
Дорогой урок! За миллион рублей!
Теперь понимаю — материнская любовь не должна быть слепой. Не должна требовать от матери полного самопожертвования. Сын взял всё, что могла дать, и отвернулся.
Но самое обидное — он даже не понимает, что поступил неправильно. Считает, что всё честно. Мать дала — он взял. И никого не волнует, что мать осталась без денег, без благодарности, без права на квартиру, которую сама создала.
Теперь я плачу кредит за квартиру, в которую меня не пускают. Оплатила ремонт для чужой девушки. И понимаю — больше никогда не буду жертвовать всем ради детей. Потому что жертвы не ценятся. Их принимают как должное.