Время сплющилось до тонкой, звенящей струны. Майя видела Стэнли, заворожённо стоящего перед Сферой Деклина, его руку, протянутую не в защите, а в странном приветствии или сдаче. Видела его лицо на гладкой поверхности Сферы — искажённое, пустое, с чужой улыбкой доктора Деклина. Видела, как Вигланд разворачивается, его пистолет вскидывается, но слишком поздно. Видела, как чёрная бездна Сферы потянулась к Стэнли, как жидкая тень, готовая поглотить.
И тогда мир взорвался звуком.
Не грохотом обвала. Не выстрелом. Это был чистый, пронзительный, вибрирующий тон. Как удар по хрустальному бокалу, но умноженный в тысячу раз. Он исходил из планшета в руках Майи. Из динамика, через который говорила Элда Хауг.
Тон ударил по Сфере. По Стэнли. По воздуху. Видимая рябь пробежала по реальности. Сфера Деклина дрогнула. Лицо Стэнли на её поверхности исказилось гримасой боли и... осознания. Тень, тянувшаяся к нему, отхлынула, как щупальце, опалённое огнём. Сам Стэнли вскрикнул — первый человеческий звук после его заворожённости — и отшатнулся, спотыкаясь, его глаза дико метались, полные ужаса и растерянности, как у человека, внезапно очнувшегося от кошмара.
— РУКИ ПРОЧЬ ОТ НЕГО! — прогремел голос Элды через планшет, нечеловечески громкий и властный, пропитанный той же вибрирующей силой, что и тон. Это был не её голос. Это был голос самой Раны, голос искажённого времени, сконцентрированный и направленный.
Вигланд не колебался. Он рванулся вперёд, схватил ошеломлённого Стэнли за ворот комбинезона и потащил прочь от Сферы, к выходу. Оставшиеся «Волки» открыли огонь — не по Сфере, а по опорам потолка над входом в главный зал. Камни рухнули, на мгновение завалив проход, отсекая преследование.
— БЕЖИМ! — проревел Ковач, подхватывая Стэнли под руку.
Они вырвались из сектора Θ в трясущийся коридор. Сзади гремели новые обвалы, пыль висела столбом. Сфера Деклина не пробила завал, но Майя чувствовала её взгляд сквозь толщу камня. Холодный. Голодный. Разгневанный.
Центр «Фьорд». Лаборатория Элды.
Элда Хауг откинулась в кресле, дрожа всем телом. Капельница с физраствором болталась на стойке. Её лицо было покрыто испариной, шрам на руке пылал темно-багровым светом, медленно угасая. На экранах вокруг неё бушевали хаотичные волны данных — отзвук того вибрирующего тона, который она только что породила.
— Как... как ты это сделала? — спросила Майя, едва переводя дух. Они были в лаборатории Элды, за смотровым стеклом. Стэнли сидел на стуле, его трясло, он глотал воздух, как рыба, выброшенная на берег. Вигланд мрачно наблюдал, сжимая в руке спецмешок с фрагментами Камня-Печати. «Волков» почти не осталось.
Элда слабо улыбнулась. Это была её улыбка, без леденящей чуждости.
— Фон... — прошептала она. — Фон Хаоса. Я... настроилась. Через Рану. Через шрам. Нашла резонансную частоту паттерна... и дёрнула за нить. Как гитарную струну. — Она посмотрела на Стэнли. — Он был на краю. Петля затягивала. Оно... почти вошло.
Стэнли поднял голову. Его глаза были красными.
— Я... я видел... — его голос был хриплым, разбитым. — Не кошмар. Красоту. Абсолютную... и ужасную. Как будто все возможные вселенные, все моменты... слились в один ослепительный узор. И в центре... Оно. Оно было этим узором. И оно... звало. Говорило, что страх, боль, линейность... это примитив. Что там... свобода. От всего. — Он содрогнулся. — Это была ложь? Или... правда?
— И то, и другое, — сказала Элда. — Это эволюция, Стэнли. Но эволюция, для которой мы... топливо. Или строительный мусор. Оно не злое. Оно... иное. И оно голодное. Ты почувствовал его притяжение. Его... когерентность.
— Когерентность? — переспросила Майя.
— Согласованность, — пояснила Элда. — Мы думали, в хаосе нет порядка. Но паттерн «ДНК времени»... он доказывает обратное. В самой сердцевине энтропической Раны есть вторичная логика. Свой порядок. Своя... когерентность. Безумная для нас. Но логичная для новой реальности. То, что ты видел, Стэнли — это не хаос. Это высшая когерентность распада. И она затягивает, как водоворот.
— Значит, сопротивляться бесполезно? — мрачно спросил Вигланд, потяжелевший мешок с Камнем. — Мы — мусор для новой эпохи?
— Нет, — резко сказала Элда. Её глаза загорелись. — Мы можем адаптироваться. Не как топливо. Как... соучастники. Майя, твой дневник! Сфера Деклина! Возвращение бойца! Это не случайность! Это проявление той самой когерентности! В Ране есть структура, которую можно понять! Использовать! Возможно... даже общаться с Ним? Искать компромисс? Или... найти способ закрыть Раны, используя их же законы?
— Общаться с монстром? — недоверчиво фыркнул Вигланд.
— С принципом, — поправила Элда. — С новой парадигмой. И у нас есть ключ! — Она указала на мешок в руках Вигланда. — Камень-Печать. Он стабилизирует. Возможно, он — инструмент, работающий внутри логики Раны. И... — Она перевела взгляд на пустой угол лаборатории.
Воздух там снова закипел. Так же, как перед появлением Сферы Деклина. Но вместо чёрной сферы... проступила фигура. Человека. В потрёпанном, грязном спецкостюме «Волков». Это был тот самый боец, которого Сфера стерла в секторе Θ! Он стоял, слегка покачиваясь. Его лицо было бледным, глаза — широко открытыми, полными немого шока. Но он был целым. Физически.
— Боже... Карло? — прошептал Ковач, шагнув вперёд. — Ты... как?
Боец по имени Карло медленно повернул голову. Его движения были чуть замедленными, как будто он двигался под водой. Он посмотрел на Ковача, на других... и его взгляд не выражал узнавания. Только глубокое, бездонное изумление и... отчуждение.
— Карло? — повторил Ковач.
Карло открыл рот. Звук, который вышел, был не его голосом. Это было наложение голосов — его собственного, какого-то женского, детского, даже звериного рыка — слитых в один диссонирующий аккорд:
«...не Карло... фрагмент... эхо из шва... вибрация... тон... выдернула... собрала... не так... не здесь...»
Он поднял руку и посмотрел на неё, как на чужую. Его пальцы слегка дрожали. Потом он посмотрел на Вигланда, точнее — на мешок с Камнем в его руках. В его глазах (или в том, что смотрело его глазами) мелькнуло что-то... интерес. Не человеческое любопытство. Скорее, как учёный, рассматривающий необычный образец.
— Он... другой, — прошептала Майя. — Не просто вернулся. Он... собран заново. Из обрывков. Из разных... слоёв? Как «тени» в Довге, но... осознающий?
— Когерентность, — повторила Элда, заворожённо наблюдая за Карло. — Хаос собрал его. По новым правилам. Он — доказательство. Мы не просто жертвы. Мы можем стать частью этого. Добровольно или... — она посмотрела на Стэнли, — ...не очень.
Стэнли сглотнул. Он всё ещё бледен, но его учёный ум уже цеплялся за идею.
— Связь... — пробормотал он. — Тон, который ты создала, Элда... Он выдернул Карло из небытия? Значит, мы можем влиять? Не силой, а... резонансом? Настраиваясь на паттерн?
— Возможно, — кивнула Элда. — Но нужен фокус. Мощный фокус. Как...
Она не договорила. Карло вдруг резко повернулся к толстому бронированному окну лаборатории. Не к ним. К чему-то за ним. Его собранное из обрывков лицо исказилось первобытным страхом. Он издал тот же диссонирующий вопль:
«...ОНО! ЧУЕТ КАМЕНЬ! ИДЁТ!»
И в этот момент Центр «Фьорд» вздрогнул. Не как от взрыва. Как гигантский колокол, в который ударили изнутри. Свет погас, погрузив всё в кромешную тьму на несколько секунд, пока не зажглись тусклые аварийные лампы. Сирены завыли безумным хором. Из динамиков посыпались обрывочные сообщения:
«...обрушение сектора Гамма! Стены... плавятся!»
«...гравитационный коллапс в хранилище данных! Сервера...»
«...воздух! Воздух в коридоре 4... он замерзает и кипит одновременно! Люди...»
— Что происходит?! — закричал Вигланд, хватая рацию, но в ней был только белый шум.
— Оно... — прошептала Элда, её глаза расширились от ужаса. Она смотрела не на экраны, а куда-то внутрь себя, через шрам. — Оно проснулось окончательно. Карпатская Рана... она связалась с Исландской. Через Фон Хаоса. Через... нас. Мы потревожили Камень. И Оно... пришло. Сюда.
Ещё один удар. Ближе. Стекло смотрового окна лаборатории покрылось паутиной трещин. За ним, в коридоре, воздух начал мерцать знакомым, жутким переливом. Тени двигались — не человеческие. Искажённые. Геометрические кошмары.
— Центр коллапсирует! — крикнул Стэнли, глядя на данные, выплеснувшиеся на уцелевшие мониторы. — Не физически! Пространственно-временно! Он схлопывается в себя, как точка сингулярности! Мы в эпицентре новой Раны!
Карло завыл, прижавшись к стене, его тело начало мерцать, как плохой приём телевизора. Он распадался обратно в хаос.
Вигланд посмотрел на мешок с Камнем, потом на Элду, на Стэнли, на Майю. В его глазах, обычно холодных, горело отчаяние и решимость загнанного зверя.
— Ваш научный прорыв, доктор Хауг! — он кинул мешок с фрагментами Камня Стэнли. — Используйте его! Ищите вашу «вторичную логику»! Остановите это! Или мы все умрём. Или станем... как он! — Он кивнул на исчезающего Карло.
— Элда, — Майя прильнула к смотровому окну, видя, как трещины расползаются по стенам коридора, как воздух закипает инеем и пламенем одновременно. — Сфера! Ты говорила, она — якорь? Или ловушка? Может, её можно использовать? Как фокус?
Элда закрыла глаза. Её рука снова легла на шрам. Он засветил тускло. Она искала в Фоне Хаоса, в бушующем море распадающегося «Фьорда», ту самую когерентность. Стэнли вцепился в фрагменты Камня. Они были холодными и тяжёлыми, но в их мерцающих кристаллах он чувствовал… стабильность. Противовес хаосу. Он начал быстро строить что-то в планшете, соединяя данные сканов Камня с паттерном «ДНК времени».
— Есть! — вскрикнула Элда, открыв глаза. В них горел огонь. — Сфера! Она не просто якорь. Она — точка доступа! Узловая точка в сети новой реальности! И она здесь! Она везде! Она… — Элда встала, шатаясь. — Она приближается!
Воздух в центре лаборатории, над самым полом, сгустился. Замерцал. И из этого мерцания, как из дрожащей воды, начала подниматься Сфера Деклина. Гладкая. Тёмная. Неотвратимая. На её поверхности не было лиц. Была только глубокая, бездонная чернота, обещающая растворение.
— Нет! — прошептала Майя.
— Да! — возразила Элда. Её голос звенел странной смесью страха и экстаза. — Это шанс! Стэнли! Паттерн! Камень! Настрой резонанс! На частоту… стабильности! Противовеса!
Стэнли, не отрываясь от планшета, поднял один из фрагментов Камня. Он направил его плоскую грань на Сферу, как щит. Его пальцы летали по экрану. Фрагмент Камня замерцал своим внутренним светом — неярким, но невероятно устойчивым. Он проецировал… не луч. Волну. Волну упорядоченного паттерна, сложного, как снежинка, но основанного на той же «ДНК времени».
Волна встретилась с поверхностью Сферы. И… случилось.
Сфера не взорвалась. Она не исчезла. Она… изменилась. Её абсолютная чернота смягчилась. Поверхность перестала быть гладкой — на ней проступили сложные, фрактальные узоры, светящиеся мягким, переливчатым светом. Она перестала быть чёрной дырой. Она стала… сложным кристаллом. Геометрическим воплощением когерентности. Красивым и пугающим. Сфера Деклина трансформировалась в Сферу Когерентности.
Она зависла в воздухе, излучая тихий гул — уже не угрожающий, а гармоничный. Волны стабильности расходились от неё, гася самые яростные всплески искажений в лаборатории. Трещины на стекле перестали расползаться. Воздух стабилизировался. Коллапс замедлился.
— Получилось… — выдохнул Стэнли, весь в поту, опираясь на стол. — Мы… усилили вторичную логику? Внесли стабильность в хаос?
— Не просто стабильность, — смотрела на Сферу Элда. В её глазах отражались переливы света. — Мы создали… мост. Точку соприкосновения. Мы показали, что можем говорить на Его языке. Что мы не просто мусор.
Но победа была мимолётной. Центр «Фьорд» был смертельно ранен. Новые толчки, слабее, но неумолимые, сотрясали стены. Сирены выли непрерывно. Где-то рушилось. Где-то горело. Где-то люди превращались в искажённые тени или стирались в ничто.
— Он всё равно падает, — мрачно констатировал Вигланд, глядя на трещины в потолке. — Мы купили минуты. Не больше.
Элда посмотрела на Майю, потом на Стэнли, на Сферу Когерентности, на фрагменты Камня в руках Стэнли. На Вигланда, готового к последнему бою. В её глазах созрело решение. Тяжёлое. Жертвенное.
— Не минуты, — сказала она тихо, но так, что все услышали. — Возможность. Выбор. — Она подошла к смотровому окну, к Сфере. — Мы пытались бороться. Контролировать. Закрыть Раны. Но Рана… это не враг. Это… рождение. Болезненное. Смертоносное для старого мира. Но рождение. — Она обернулась к ним. — Мы можем попытаться бежать. Унести Камень. Пытаться чинить то, что нельзя починить. Или… — Она указала на Сферу. — Мы можем войти. Вплестись в структуру новой реальности. Использовать когерентность. Использовать Сферу как шлюз. Стать… частью эволюции. Не топливом. Соавторами.
— Самоубийство, — резко сказал Вигланд.
— Превращение, — парировала Элда. — Как Карло. Но осознанное. Сохраняя… эссенцию. Ядро. Используя Камень как стабилизатор. — Она посмотрела на Стэнли. — Ты видел красоту, Стэнли. Ты чувствовал когерентность. Это не ложь. Это… иной путь. Страшный. Неизведанный. Но путь. — Её взгляд упал на Майю. — Или бегство. В надежде, что Рана не догонит. Но она догонит. Она уже везде.
Центр снова содрогнулся. Часть потолка в коридоре рухнула с оглушительным грохотом. Свет аварийных ламп погас, оставив их в полумраке, освещённых только мягким светом Сферы Когерентности и мерцанием фрагментов Камня. Воздух наполнился пылью и запахом горящей изоляции. Гул приближающегося распада нарастал.
Продолжение в пятницу!
#Хаономосфера #РанаХаоса #АлексДипси #фантастика
#научнаяфантастика #хоррор #триллер #космическийхоррор #литература
#авторскийпроект #книги #чтение #НФ #РоссийскиеАвторы #Дзен
#НовоеНаДзене
Эта книга вышла уже в свет!
Если Вам не терпится узнать продолжение, читайте книгу полностью ЗДЕСЬ
Буду очень рад Вашим отзывам!