Елена Викторовна замерла у двери с ключами в руке, услышав голоса из кухни. Свекровь снова что-то обсуждала с мужем, и по тону было понятно — речь шла о ней.
— Я же говорила тебе, Андрюша, что эта твоя жена только деньги наши тратит! — доносился металлический голос Валентины Петровны. — Посмотри, что она себе накупила! Духи за три тысячи! А нам на лекарства денег не хватает!
Елена тихо вошла в прихожую. Духи стоили тысячу рублей, а купила она их на свои деньги после трех месяцев экономии. Но свекрови, видимо, этого знать было не нужно.
— Мам, ну что ты опять начинаешь, — устало ответил Андрей. — Елена работает, зарабатывает.
— Работает! — фыркнула свекровь. — В этом своем офисике! А я всю жизнь в школе отдала, детей воспитывала! И что теперь? Пенсия копеечная, а эта молодая только тратит и тратит!
Елена сжала кулаки. Четыре года замужества, и каждый день одно и то же. Валентина Петровна жила с ними в трехкомнатной квартире, которую Елена покупала в ипотеку еще до свадьбы. Тогда свекровь казалась милой одинокой женщиной, которая будет рада помочь с хозяйством.
Какой же она была наивной!
— Лена пришла, — тихо сказал Андрей, заметив жену в дверях кухни.
Валентина Петровна обернулась с недовольным лицом.
— А, явилась! — она демонстративно убрала со стола упаковку от дорогих конфет. — Я вот думаю, почему ты мужа своими покупками не спрашиваешь? Семья все-таки!
— Я покупаю на свои деньги, — спокойно ответила Елена, наливая себе чай.
— На свои? — свекровь расхохоталась. — А кто тебе готовит, стирает, убирает? Думаешь, домашний труд ничего не стоит? Я тут как прислуга работаю, а ты только тратишь!
Елена посмотрела на мужа. Андрей изучал свой телефон, делая вид, что разговор его не касается. Как всегда.
— Валентина Петровна, никто вас не заставляет, — тихо сказала Елена. — Я могу сама готовить и убирать.
— Ах ты! — свекровь вскочила со стула. — Слышишь, Андрей? Твоя жена меня выгоняет! Родную мать хочет на улицу!
— Лена, зачем ты так говоришь? — наконец поднял голову муж. — Мама же помогает нам.
— Помогает? — Елена не выдержала. — Она контролирует каждую мою покупку! Проверяет чеки! Считает, сколько я трачу на продукты! Это помощь?
— Потому что кто-то должен следить за семейным бюджетом! — вмешалась свекровь. — А то растратите все, а потом что?
— Какой семейный бюджет? — Елена почувствовала, как внутри закипает. — Вы не работаете уже два года! Живете в моей квартире! Коммунальные услуги я плачу! Продукты покупаю! И еще выслушиваю упреки!
Валентина Петровна побагровела.
— Твоей квартире? Ты забыла, что замужем? Все совместно нажитое! И потом, я же не просто так живу — я хозяйство веду!
— Мам, успокойся, — попросил Андрей. — И ты, Лена, не кричи на маму.
— Я не кричу! — Елена ощутила подступающие слезы. — Я просто устала! Устала каждый день оправдываться за каждую копейку!
Она выбежала из кухни и заперлась в спальне. Слезы лились сами собой. Четыре года назад она была влюблена. Андрей казался заботливым, надежным. А его мама — понимающей будущей свекровью.
Но после свадьбы все изменилось. Валентина Петровна словно сбросила маску. Начались постоянные замечания, претензии, контроль. А Андрей... Андрей всегда занимал нейтралитет.
На следующее утро свекровь встретила Елену на кухне с серьезным лицом.
— Садись, поговорим по-взрослому, — сказала она, указывая на стул.
Елена насторожилась, но села.
— Я вчера всю ночь думала, — начала Валентина Петровна. — И поняла — нам нужно что-то менять. Ты права, молодым людям нужно пространство.
Елена удивленно подняла брови. Свекровь никогда не соглашалась с ее мнением.
— Я решила переехать, — продолжила женщина. — У меня есть небольшие накопления. Можно снять жилье рядом.
— Серьезно? — Елена почувствовала облегчение.
— Серьезно. Но есть одно условие.
Вот оно. Елена напряглась.
— Я хочу, чтобы ты помогла мне с первоначальным взносом. Я присмотрела квартиру, можно купить в ипотеку. Но нужно двести тысяч сразу.
— Двести тысяч? — Елена растерялась. Такой суммы у нее не было.
— Ну что тебе стоит? — свекровь наклонилась ближе. — Ты же хорошо зарабатываешь! И потом, это же семье будет лучше!
— Но у меня нет таких денег, — честно призналась Елена.
— Как нет? — Валентина Петровна нахмурилась. — А духи на три тысячи покупать можешь? А в ресторанах ужинать? А отпуск в Турции?
— Духи стоили тысячу рублей, — тихо сказала Елена. — И я копила на них три месяца.
— Не лги! — отрезала свекровь. — Я сама видела чек!
Елена поняла — разговор идет не туда. Валентина Петровна не собиралась никуда переезжать. Это была очередная попытка получить контроль над деньгами.
— Я не могу дать вам двести тысяч, потому что у меня их нет, — четко произнесла она.
— Значит, займи! — приказным тоном сказала свекровь. — Кредит возьми! Я же обещаю вернуть!
— Я не буду брать кредит.
— Тогда остаюсь здесь! — торжествующе объявила Валентина Петровна. — И будем жить, как жили!
Елена поняла — это ультиматум. Либо деньги, либо бесконечные мучения.
Вечером она попыталась поговорить с мужем.
— Андрей, твоя мама просит двести тысяч рублей, — сказала она, когда они остались одни.
— Ну и что? — он не отрывался от телевизора. — Дай, если есть.
— У меня нет такой суммы! И даже если бы была — почему я должна покупать квартиру твоей маме?
— Потому что она мама! — раздраженно ответил Андрей. — И потом, она же сказала — переедет. Тебе это не нравится?
— Мне не нравится, что меня вынуждают брать кредит!
— Никто не вынуждает. Мама просто попросила помочь.
Елена смотрела на мужа и не узнавала его. Когда он превратился в маменького сынка?
— А если я откажусь? — спросила она.
— Тогда мама останется с нами, — пожал плечами Андрей. — Ее же больше некуда деть.
— Андрей, ты понимаешь, что происходит? Твоя мать меня шантажирует!
— Не говори глупости, — отмахнулся муж. — Мама хочет как лучше.
На следующий день Валентина Петровна устроила настоящий спектакль. Она рыдала на кухне, когда Елена пришла с работы.
— Что случилось? — встревожилась Елена.
— Я звонила в банк, — всхлипнула свекровь. — Мне отказали в ипотеке! Говорят, пенсии недостаточно!
Елена почувствовала облегчение. Значит, вопрос решился сам собой.
— Но есть выход! — воодушевилась Валентина Петровна. — Ты можешь оформить ипотеку на себя! А я буду платить!
— Что? — Елена опешила.
— Ну да! Ты же работаешь, зарплата хорошая! Банк одобрит! А я обещаю каждый месяц давать деньги на выплаты!
— Я не буду брать ипотеку для вас, — твердо сказала Елена.
— Почему? — свекровь перестала плакать. — Тебе что, жалко помочь родному человеку?
— Потому что это безумие! Что, если вы не сможете платить? Кредит останется на мне!
— Не смогу? — оскорбилась Валентина Петровна. — Да я всю жизнь честно работала! Никого никогда не подводила!
— Но сейчас вы на пенсии. А если заболеете? Если что-то случится?
— Ничего не случится! — раздраженно отмахнулась свекровь. — Ты просто жадная! Вот в чем дело!
Елена почувствовала, как закипает внутри.
— Жадная? Я плачу за эту квартиру! Покупаю продукты! Оплачиваю коммунальные услуги! И я жадная?
— А кто тебе готовит? — вскричала Валентина Петровна. — Кто стирает? Кто убирает? Думаешь, это бесплатно?
— Тогда давайте подсчитаем! — не выдержала Елена. — Я плачу за квартиру тридцать тысяч в месяц! Коммунальные услуги — десять тысяч! Продукты — двадцать тысяч! Итого шестьдесят тысяч! А вы готовите и убираете. Считаете, ваш труд стоит шестьдесят тысяч в месяц?
Свекровь открыла рот, но ничего не сказала.
— Если да, — продолжила Елена, — то я готова платить вам эти деньги. Но тогда вы наемная домработница. А если нет — то перестаньте считать себя кормилицей семьи!
— Андрей! — завопила Валентина Петровна. — Ты слышишь, как твоя жена со мной разговаривает?
Андрей появился в дверях кухни с недовольным лицом.
— Что тут происходит? — спросил он.
— Твоя мать хочет, чтобы я взяла для нее ипотеку, — объяснила Елена. — И шантажирует меня тем, что иначе останется здесь.
— Мама, это правда? — удивился Андрей.
— Я просто попросила помочь! — заявила свекровь. — А твоя жена отказывается! Жадничает!
— Лена, ну помоги маме, — попросил муж. — Она же обещает возвращать кредит.
Елена смотрела на мужа и понимала — он никогда не встанет на ее сторону.
— Хорошо, — неожиданно согласилась она. — Я помогу.
Валентина Петровна просияла.
— Но на определенных условиях, — добавила Елена.
— Каких условиях? — настороженно спросила свекровь.
— Первое условие — мы составляем официальный договор займа. С процентами и сроками возврата.
— Зачем нам какие-то договоры? — возмутилась Валентина Петровна. — Мы же семья!
— Именно поэтому нужен договор. Второе условие — вы съезжаете сразу после покупки квартиры. Не через месяц, не через неделю — сразу.
— Хорошо, хорошо! — торопливо согласилась свекровь.
— И третье условие, — Елена помолчала. — Вы прекращаете контролировать мои траты. Больше никаких замечаний по поводу моих покупок.
— Согласна! — кивнула Валентина Петровна.
— Отлично. Тогда завтра идем к нотариусу, оформляем договор, а послезавтра подаем документы в банк.
Свекровь растерялась. Она явно не ожидала такого поворота.
— А может, без нотариуса обойдемся? — неуверенно предложила она. — Зачем лишние траты?
— Не обойдемся, — твердо сказала Елена. — Либо по всем правилам, либо никак.
На следующий день Валентина Петровна попыталась отговорить Елену от похода к нотариусу.
— Ну что мы, чужие люди? — причитала она. — Неужели ты мне не доверяешь?
— Не доверяю, — честно ответила Елена. — После четырех лет брака я поняла — вам доверять нельзя.
— Как ты можешь так говорить?! — возмутилась свекровь.
— Очень просто. Помните, как вы обещали помогать с хозяйством? А получилось что? Вы захватили контроль над всем домом!
— Я помогаю!
— Вы контролируете. Помните, как обещали найти работу? Два года прошло — где работа?
Валентина Петровна молчала.
— Поэтому либо договор, либо ищите другие варианты, — подытожила Елена.
К вечеру свекровь объявила, что передумала.
— Я решила остаться, — заявила она за ужином. — Зачем мне съезжать? Здесь мой сын живет, внуки будущие будут. Это мой дом!
— Ваш дом? — Елена почувствовала, как внутри что-то щелкнуло. — Чем это ваш дом?
— Тем, что мой сын здесь прописан! — торжествующе ответила Валентина Петровна.
— Андрей, — обратилась Елена к мужу, — объясни своей маме, кто платит за эту квартиру.
— Ну зачем вы ссоритесь, — примирительно сказал Андрей. — Места всем хватает.
— Мне не хватает, — четко произнесла Елена. — Я устала жить под постоянным контролем.
— Тогда можешь съехать сама! — огрызнулась свекровь. — Никто не держит!
Елена посмотрела на Андрея. Он молчал, изучая тарелку.
— Хорошо, — спокойно сказала она. — Съеду.
— Что? — опешил муж.
— Я съеду. Но поскольку квартира моя, то съедетесь все. И ты, Андрей, и твоя мама.
— Как это твоя? — возмутилась Валентина Петровна. — Вы же женаты! Все совместно нажитое!
— Квартиру я купила до брака, — объяснила Елена. — Это моя личная собственность. И я имею право решать, кто в ней живет.
Повисла тишина.
— Лена, ты серьезно? — тихо спросил Андрей.
— Абсолютно серьезно. Я больше не могу так жить.
— Но мы же семья! — попытался возразить муж.
— Какая семья? — горько улыбнулась Елена. — Ты четыре года не можешь выбрать между мной и мамой. А твоя мама считает меня прислугой с зарплатой.
— Не говори глупости! — вмешалась свекровь. — Мы тебя любим!
— Любите? — Елена рассмеялась. — Вы любите мою зарплату. Мою квартиру. Мою готовность терпеть ваши выходки. Но меня — нет.
Она встала из-за стола.
— У вас есть месяц на поиск нового жилья, — сказала она. — Потом я подаю документы на развод и выселение.
— Ты не можешь меня выселить! — закричала Валентина Петровна. — Я здесь прописана!
— Прописка не дает права собственности, — спокойно ответила Елена. — А Андрей — мой муж. После развода он тоже не имеет права здесь жить.
— Андрей! — свекровь схватила сына за руку. — Скажи что-нибудь!
Андрей молчал. Он наконец понял — жена не блефует.
— Лена, — тихо сказал он, — может, поговорим спокойно?
— О чем говорить? — устало ответила она. — Четыре года я пыталась найти компромисс. Четыре года надеялась, что ты поддержишь меня. Но ты выбрал маму.
— Я никого не выбирал!
— Именно. Ты не выбирал. А это тоже выбор.
Елена ушла в спальню и заперлась. Впервые за четыре года она чувствовала облегчение. Решение было принято.
На следующий день Валентина Петровна попыталась помириться.
— Леночка, — ласково сказала она, — я поняла свои ошибки. Давай начнем сначала?
— Поздно, — ответила Елена.
— Но почему? Я же готова измениться!
— Потому что я больше не верю вашим словам.
— Тогда что ты хочешь? — отчаянно спросила свекровь.
— Я хочу жить спокойно. Без постоянных конфликтов и претензий.
— Хорошо! Я обещаю больше не вмешиваться!
— Вы уже обещали. Четыре года назад.
Валентина Петровна поняла — уговоры не помогают.
— Ты разрушаешь семью! — обвинила она Елену. — Из-за своей гордыни!
— Семью разрушили вы, — спокойно ответила Елена. — Своим эгоизмом и желанием контролировать чужую жизнь.
Через месяц Андрей с матерью съехали. Он до последнего надеялся, что жена передумает. Но Елена была непреклонна.
Развод прошел быстро. Имущества для раздела практически не было — квартира оставалась за Еленой, как купленная до брака.
Валентина Петровна до последнего пыталась что-то доказать в суде, но безуспешно.
— Ты пожалеешь! — кричала она Елене на последнем заседании. — Останешься одна!
— Лучше одна, чем с вами, — ответила Елена.
Теперь, спустя полгода после развода, Елена не жалела о своем решении. Квартира снова стала домом, а не полем битвы. Она могла покупать что хочет, готовить что нравится, приглашать друзей.
Андрей иногда звонил, намекая на примирение. Но Елена понимала — он не изменился. Мама для него все еще была важнее жены.
А Валентина Петровна нашла себе новую жертву — соседку, которая согласилась сдать ей комнату. Елена слышала от общих знакомых, что свекровь уже конфликтует с новой хозяйкой.
Некоторые знакомые осуждали Елену за развод.
— Из-за свекрови семью разрушила! — говорили они.
Но Елена знала правду. Семья развалилась не из-за свекрови. Семья развалилась из-за мужа, который не захотел защитить жену от материнского произвола.
Теперь она была свободна. И впервые за долгие годы по-настоящему счастлива.