Первое, что бросается в глаза при прочтении аннотации к фильму, так это то, что он является новым "прочтением" знакомой нам по мультфильму от "Диснея" сказки "Золушка". Тех, кто не понаслышке знаком с таким жанром, как "ужасы" подобное, я так полагаю, могло и заинтересовать, и заставить вздрогнуть, учитывая, сколько в последнее время вышло или было анонсировано новых "прочтений" различных возрастных произведений или персонажей (примером является "Винни-Пух. Кровь и мёд"). Я к этим людям не отношусь, но меня "Гадкая сестра" тоже по-своему заинтересовала, причиной тому является больше то, что я несколько раз слышала об этом фильме, до того, как наткнулась на него в "Кинопоиске". Та же ситуация у меня, относительно давно, была и с нашумевшей "Субстанцией", с которой, кстати говоря, и сравнивают "Гадкую сестру". В качестве главных отличий многие выделяют сеттинг и то, что второй фильм имеет основание в лице известного массовому зрителю произведения. Не буду долго тянуть кота, который, кстати, был в том же уже упомянутом мультфильме, но отсутствовал в, как минимум, первой четверти "Сестры", за хвост и перейду к мякоти этой статьи.
Поначалу мы не видим в нём ничего особенного, кроме кадра, который отличается от своих соседей обилием красного цвета, примем это за напоминание о том, что это у нас не очередная переэкранизация "Диснея", а вещь иная, потенциально, более приятная для тех же любителей первоисточника. За этим кадром следует череда более спокойных, серых по цвету, с помощью которых режиссёр показывает нам некоторое подобие пролога, совсем непохожего на тот, что мы видели в "Субстанции". И я бы не назвала это прологом, если бы после первой за фильм смерти не начались, внимание, титры с актёрским составом, частью съёмочной группы и названием картины. Честно признаться, я даже не сразу поняла, что это заставка и удивилась, обнаружив возможность её промотать (а теперь, на несколько мгновений, представьте лица людей, которые случайно промотали и не поняли, что сделали).
После титров нам любезно поясняют причину, подвох свадьбы, которую мы видели в прологе и начинают раскрывать главную героиню и прелести уровня пластической хирургии того времени. Упомянув Эльвиру, главную героиню, нельзя не сказать, что она может показаться некоторым зрителям не такой уж и "гадкой", может даже, симпатичнее Сью из "Субстанции", но свои коррективы в её отношение к себе, своей внешности, конкретнее говоря, к лицу, вносит окружающее её общество: сводная сестра, выражающая явное, но не словесное отвращение; глашатай, который не отличился упорством, а стал одним из инструментов сценариста для насмешки над главной героиней; мать главной героини, загоревшаяся искренним предложением наивной дочери и решившая наконец "исправить" лицо дочери, испорченное "дарами" природы, генетики руками хирурга; хирург, который пусть и догадывается, что имеется вероятность того, что денег за работу он не получит, всё равно соглашается на эту работу, поведясь на слова матери "жертвы" о двойной зарплате, что будет у него после того, как он сделает дело и очередной (судя по второй за фильм сцене с обилием красного цвета) предмет его работы сходит на бал.
Оператор и, надо полагать, режиссёр, и не пытаются скрыть от нас, кто тут заменяет гадкого утёнка. Чего стоит один только кадр, с звуковым сопровождением в лице вскриков боли в исполнении главной героини. Суть кадра в том, что хирург выполняет одну из частей поставленной перед ним задачи – убирает скобы с зубов Эльвиры при поддержке медсестры, чья внешность заметно выделяется на фоне и главной героини, и её семьи; и речь сейчас не только об отсутствии у неё усложняющего матери главной героини поиск мужчины обстоятельства – обвисшей груди. Она и лицом нам кажется более симпатичной, в том числе, за счёт молодости, которая есть у главной героини, но, понятное дело, отсутствует у её матери. Последняя вряд-ли сопоставляет дочь с женщиной, которую видит, возможно, не в первый раз, но она для неё всё ещё чужая, зато это делает оператор, сразу после окончания первого этапа "шоу" концентрируя наше внимание на двух лицах: лице медсестры, что видно нам в полу-профиле и лице главной героини в "формате" анфас. Нам от чего-то не дают качественно рассмотреть потенциальный объект сопоставления с главной героиней, зато напоминают о том, что у неё есть сестра, которая, по совместительству, является единственным участником сцены, не одобряющим за счёт непонимания то, что происходит вокруг, так ещё и с родственником. Мать девочек является главным, почётным зрителем и гостем "короля шоу" – хирурга, который играючи приступает ко второй половине работы, спросив, какой нос выбрала женщина для своей дочери. Никто из девочек не пытается этому противостоять, очевидно, из-за того, насколько ярок в их глазах авторитет матери, которой надо сказать "спасибо" за то, что она позволяет второй дочери обходиться без активной поддержки, одобрения происходящего.
За практическое бездействие и молчаливость вторая дочь, Альма, не пользовалась особым спросом и среди других членов их с сестрой и матерью окружения. Правда, стоит отметить, что в состав девушек из института благородных девиц, который будет выступать перед принцем на его балу, она не попала только из-за того, что её собственная мать буквально проплатила проход, точнее замену одной дочери вместо второй. И от нас это не скрывают, показав список участниц, в конце которого имя "Альма" зачёркнуто, а справа от него приписано другое имя – "Эльвира". Неизвестно, что было бы, будь наоборот, но Альму такой расклад событий не слишком расстроил и стал причиной её негативного отношения к сестре, которая после попадания в состав ещё сильнее загорелась всё той же идеей, которую прежде подала матушке; она будто и не заметила, что её имя кто-то написал вместо имени её сестры, что показывает нам, что Эльвира может и отличается от своей матери меньшем уровнем красоты, но внутренне они вполне себе схожи. Очевидно, именно эта схожесть и является почвой для тех отношений, что есть между Эльвирой и её матерью. Во многом первая копирует вторую, но при этом совершенствует подход. Примером этого можно назвать эпизод фильма, в котором Эльвира сначала замечает свою сводную сестру за любовными утехами с конюхом, а впоследствии сдаёт её своей матери; при том, что прежде заставляла Альму поклясться, что мать не узнает о принятом одной из дочерей яйце ленточного червя, которое, якобы, поможет гадкому утёнку стать лебедем. Пока что на лебедя, и то, относительно, похож только обновлённый нос главной героини, который нам нарочно демонстрируют на контрасте с носом её матери. Они похожи и, в какой-то степени, это было даже предсказуемо, но мать запросто могла захотеть сделать из дочери лучшую из лучших, не слишком основываясь на себе.
После как таймскипа, длиной в три полнолуния, так и снятия оков с носа, нас и Эльвиру возвращают к хирургу и его подручной, точнее, уже подручным: в третьей части сомнительного шоу нам не только представляют прежде показанную в ограниченной красе Анну, но и вторую медсестру (она тоже прежде была показана, пусть и мимолётно), у которой есть очевидный, заметный дефект – белый глаз, ставший причиной напряжения Эльвиры ровно в тот момент, когда хирург, держа в одной из рук закруглённую иглу, потянул эту руку к лицу своей "жертвы". Анна на фоне леди с белым глазом выглядит более презентабельно, но что-то мне подсказывает, что и у неё тоже есть некоторый или некоторые дефекты, обеспеченные либо природой, либо стараниями её начальника, не стоит исключать из того, что нам позже покажут её уже не в частичной, ограниченной, а в полной красе.
А пока нам не дают забыть о принятом "гадкой" из сестёр яйце ленточного червя, которое да, начинает помогать Эльвире достигать определённых успехов, но они идут под строгим сопровождением заметных проблем, в том числе, и тех, которых она не ожидала. Она вполне ожидала, что постоянно будет голодна, но не знала, что у неё начнут выпадать волосы. Случай проявления сначала одного, а за ним и второго зажимают между собой с виду незначимую, а на деле довольно важную деталь – начало первой менструации Альмы, которая обнаруживает родную сестру в коридоре их дома, когда та пытается вслепую прийти "в уборную" (читать как "на кухню") и не знает, что немногим после у сестры начнут выпадать волосы. Зато об этом первее прочих узнала Агнесса – сводная сестра Альмы и Эльвиры, к тому моменту получившая от мачехи знакомое нам прозвище "Золушка"; в глазах Эльвиры она больше не является конкуренткой, став уже второй сестрой, которой можно потакать, указывать и так далее.
Примерно того же мнения о Золушке оказывается и старый знакомый её мачехи, который незадолго до ключевого события, к которому стремится и Эльвира, и Агнесса, незадолго до бала, привозит первой костюм и, пока она его примеряет, не стесняется облапать дочь подруги, а за тем переключиться на падчерицу той же подруги. И с ней он не мелочится, вместо этого он, пару-тройку раз прикоснувшись к лицу Ангессы, притягивает её к себе и целует, несмотря на то, что она до этого успела плюнуть в его сторону. Поцелуй ничем хорошим для него не закончился, вместо продолжения с молодой и симпатичной леди мужчина получил жёсткий отказ и стал свидетелем того, как она покинула помещение. После он переключился (а с ним и наше внимание) на Эльвиру, пытаясь сделать её красивее в собственных глазах, путём уверенных попыток "поправления" её груди. Выглядело это как намёк на то, что мы вскоре вновь "встретимся" с хирургом, но сразу после неудачи мужчина обнаружил проплешину на голове девочки и тут же сообщил об этом её матери. Ну конечно же эта проблема быстро решилась теми же руками, которые немногим ранее лапали грудь девочки: они же помогли светлому парику оказаться на тёмноволосой голове. Масла в естественным образом начинающий разгораться огонь подлила мать главной героини, сказавшая о том, что Эльвира будет самой красивой на предстоящем мероприятии; с тем огнём разгорелось и что-то внутри Эльвиры.
Агнесса, как выяснилось после того, как "гадкая" наткнулась на её тайник, времени зря не теряла и успела подготовить платье к балу. Вот только это прекрасное голубое платье, напоминающее нам более то, что мы видели в ремейке, чем в мультфильме, быстро пришло в негодность, благодаря мощным рукам Эльвиры (эх, знала бы она, насколько зря силы на это потратила).
После уже второй после выгона несчастного влюблённого конюха, неудачи для Эльвиры, сценарист решил нам любезно напомнить, что магия в "Золушке" очень даже имеет место быть. Сделал он это образом довольно ожидаемым, но качественно: нам показали маму Агнессы, которая имела власть над гусеницами, которые вернули платью его первоначальный вид, сделали так, чтобы оно не смотрелось ужасно на фоне совсем новеньких туфелек, буквально волшебным образом оказавшихся в кармане Агнессы.
Слишком долго акцент на Золушке не держится и шустро переходит обратно – на Агнессу и её подготовку к баллу, перед которой не случилось новой встречи с хирургом (либо же это было вырезано), но часть присутствующих на балу, тем не менее, приметила именно её грудь, пока она вместе с матерью дефилировала перед королём, принцем и, надо полагать, придворными. Всё хорошо, замечательно, но только с виду. Внутри девочки продолжает бушевать вечно голодное создание, яйцо с которым она прежде рискнула проглотить. Её желудок несчадно ревёт и у меня, если честно, есть вопросы к тому, каким чудом никто из тех, кто был рядом с Эльвирой этого не слышал. В любом случае, испытания для слуха зрителей приносят свои плоды: кавалеры, присутствующие на мероприятии строятся в очередь, желая станцевать с Эльвирой, останавливает их лишь её мать, умело заговорившая их до момента прихода дочери, и то, что принц изначально выбрал именно её для первого за вечер танца. Ключевое – "изначально". Перед пояснением стоит отметить, что только сейчас, за меньше, чем 40 минут до конца фильма нашёлся человек, который услышал урчание живота Эльвиры, им оказалась её "подруга" по институту благородных девиц, случайно оказавшаяся рядом в то время, как принц выбирал, с кем же станцует. И непонятно, то ли те, кто прежде оказывался к девочке ближе имеет проблемы со слухом, то ли дело в повисшей вокруг тишине.
Теперь вернёмся к пояснению. Дело всё в том, что Ангесса, скрывшая лицо за подобием маски, появляется в самый разгар танца принца и Эльвиры, моментально забрав себе всё внимание мальчика, друзьям которого лишь бы с кем-нибудь покувыркаться (он и сам, впрочем, не слишком от них отличается). Тут не выдерживает уже и Эльвира, и ленточный червь внутри; не дав свою руку подошедшему мужчине даже после сигнала от матери, она в спешке направилась к выходу из зала, сдерживая и истерику, и нечто, подступившее к горлу, рвущееся наружу и впоследствии оказавшееся яйцами, подобными тому, что до этого проглотила Эльвира. Выблевав, надо полагать, первую порцию яиц и тут же испугавшись, что она умирает, девочка впала в истерику, "благо" пощёчина от упорной и ищущей выгоду везде и во всех матери помогла ей прийти в себя и вернуться обратно, в зал, а там и встать в пару с парнем, отличным от принца, потом с одним, ещё одним, и ещё одним; всё это время взгляд Эльвиры бурно гуляет по залу и цепляется то за танцующего с Агнессой принца, то за маму, которую окружила целая группа кавалеров, то за того мужчину, который предоставил ей платье, в котором она активно кружилась с неинтересными ей парнями, то за стол, то за прочих гостей мероприятия, на шеях, во ртах которых ей мерещились черви. Кончается эта череда ровно в полночь, в один момент с тем, как все кавалеры наклоняют своих дам в финале танца, из-за чего Эльвира становится случайным свидетелем лица загадочной "незнакомки", опоздавшей на бал, которая тут же принимается бежать. Да, канонный момент с побегом в 12 сохранился, как и момент с потерей туфельки и слова принца о том, что женой ему станет та, кому потерянный элемент обуви окажется впору.
Тем временем мать Эльвиры и она сама возвращаются домой по отдельности, Агнесса к их приезду уже во всю ворковала с мышкой, сидя у камина, который вполне мог стать причиной её смерти, нр режиссёр и сценарист смиловались и вместо местного Фредди Крюгера организовали женскую потасовку за туфельку недалеко от того камина, за мышь не волнуйтесь, он/она слинял ещё до того, как Эльвира вооружилась ножом и подобралась с ним к сводной сестре. Конечно же потасовка вышла за границы помещения с камином, но до места более опасного не дошла и остановилась у порога материнской спальни, уже после того, как повод драки слетел с ноги Агнессы, которая вновь свалила, но уже под комбинацию шума из спальни её мачехи и взгляд женщины на её прежде драгоценное дитя, держащее нож и туфельку в руках; как ни странно, нож её не смутил, как и туфелька. Единственное, что она сделала перед тем, как вернуться к очередному любовнику – заставила ставшую ненужной дочь в её комнату.
Теперь времени зря терять не стала уже Эльвира: не оставив нож в коридоре, она вооружилась им с новой целью – поспособствовать тому, чтобы её ступня влезла в туфельку, а для этого нужно было отрезать пальцы. Брезговать подобным ради денег и выгоды явно не про неё и её мать, так что она успешно рубанула себя по ноге.. вот только не по той, и не до конца, дело пришлось заканчивать прибежавшей на крики боли матери, которую поначалу пыталась отговорить прибежавшая по той же причине, единственная адекватная в этой семье, Альма. Тут уже спасибо на том, что младшая из сестёр, Альма, не пострадала и смогла сбежать без физических ранений. Её родная сестра тоже, в какой-то степени, сбежала, но не из комнаты, а в сон, в мечту о том, что туфелька ей подошла и принц женился на ней.
В реальность мы и главная героиня возвращаемся после того, как за окном её жилища протрезвонил сигнал о том, что близится принц. Разумеется, Эльвира, пережившая потерю всех пальцев ног, не могла упустить шанс исполнить мечту, к которой она уже давно стремилась. Её ничуть не смутило отсутствие окончаний нижних конечностей и она, кое-как, с травмой челюсти, оказавшись вне кровати, приступила к пути на волю, к принцу. Хныча то ли от боли, то ли от обиды, то ли от их смеси она доползла до лестницы, которая практически добила её в физическом плане; на другом, нижнем конце лестницы была та, кто добил её в моральном плане – Агнесса, успевшая одеться по погоде и направляющаяся к выходу из дома, к принцу. У Эльвиры уже не было сил для продолжения пути, и она сдалась, слыша, как желанный принц признаёт ненавистную сводную сестру его женой, не подозревая, что по ту сторону порога дома прекрасной леди находится её гадкая сестра.
Итог.
Сразу после просмотра, я поставила этому фильму 4 на Кинопоиске, но это при учёте, что я начинала смотреть его с мыслью, что он примерно такой же как "Субстанция", и это меня заметно подвело. Фильмы я редко пересматриваю, особенно, в одиночку, так что сомневаюсь, что упомянутая выше оценка когда-нибудь изменится. Сам по себе фильм неплохой, прост в понимании смысла, сути, относительно той же "Субстанции" и, надо полагать, при просмотре без ассоциации, сопоставления с фильмом с Деми Мур, он бы получил от меня как минимум, 6. Если вдруг захотите его глянуть – постарайтесь перед этим абстрагироваться от всего остального.