Есть пары, которые всегда держатся за руки. Они предпочитают проводить выходные вдвоём в романтической поездке за городом. После шести вечера они выходят из дома только за покупками, а во время редких встреч с друзьями говорят только во множественном числе. «Мы думали о...» и «Мы беспокоимся о...» всегда отвлекают от смысла их предложений. Если бы идея «второй половинки», процитированная в фильме «Одно целое» и восходящая к платоновскому «Пиру», нуждалась в современном воплощении, она нашла бы его в таких отношениях. Четыре ноги, четыре руки, два лица — и всё же человек кажется единым.
По сюжету Тим (Дэйв Франко) — нереализованный музыкант и юный мечтатель, запертый в теле 35-летнего мужчины. Милли (Элисон Бри) — олицетворение утончённой женственности. Издалека всё выглядит прекрасно: никакого напряжения между его индивидуализмом и её любовью к контролю. Но где-то по пути они, поддавшись спокойному ритму обыденного безразличия, пропустили угасание чувств.
Решение переехать вместе из мегаполиса в лесную глушь кажется попыткой спасти то, что тихо ускользает, возможностью начать всё сначала. Однако идиллическую сказку о новой любви под пение птиц и потрескивание дров в камине придётся поискать в другом фильме.
Боди-хоррор «Одно целое» режиссёра Майкла Шэнкса идёт по давно проторенным тропам: забытый культ, деформированные тела и водоём со сверхъестественными свойствами. Когда Тим делает несколько глотков «волшебной водицы», что-то в нём необратимо меняется. С этого момента процесс восстановления близости приобретает совершенно новое, буквальное измерение. По непонятным причинам тела партнёров сначала начинают слипаться, а затем опасно переплетаться.
Теперь между Тимом и Милли «новая динамика отношений» как на уровне физического слияния, так и отказа от собственной субъектности. Нечто тревожное, подобно обветшалому фундаменту старого оккультного храма, найденного героями в лесной глуши.
К счастью, Майкл Шэнкс не догматик фильмов ужасов. В своём повествовании он регулярно позволяет себе легкомыслие и юмор. Это хитрый способ для режиссёра избежать обвинений в амбициозной помпезности. В диапазоне от мейнстрима до «утончённого хоррора» его работа находится где-то посередине. «Одно целое» пленяет комфортной лёгкостью просмотра, которая не требует от зрителя принимать позу «Мыслителя» Родена, чтобы сделать важные выводы. Совсем наоборот, можно закинуть ноги на спинку стула.