В казанском Кремле проходят концерты фестиваля «Джаз в кремле с Ольгой Скепнер». Посетив переполненную площадку, редактор отдела культуры «Вечерней Казани» поговорила со знаменитой вокалисткой и генеральным продюсером фестиваля.
Внутренний двор Присутственных мест – красивейшее общественное пространство столицы РТ. Здесь собирается множество красивых людей, ценящих толк в отличной музыке и понимающих джазовую культуру, которая свойственна Казани еще с конца 1940-х, когда в наш город приехали легендарные «шанхайцы» - Олег Лундстрем и его товарищи. Кстати, на площадке истории казанского джаза посвящены несколько стендов. Приятно было видеть на них и фрагменты публикаций в «Вечерней Казани»!
- Ольга, я подметила, что в дни концертов «Джаз в кремле» регулярно проходят дожди… Получается, джаз в казанском кремле звучит у нас как в поговорке «После дождичка в четверг». Не находите такие совпадения забавными?
- На это я вам спою – «Я тучи разгоню руками»! (смеется). И разгоняю!
- Трудно в наше время, учитывая непростую ситуацию, организовать фестиваль?
- Скажу прямо: очень трудно. Казалось бы, такой классный проект, давно зарекомендовавший себя, имеющий своего зрителя… Но каждый год буквально начинаю с нуля.
- Странно это слышать! Ведь очевидно, что фестиваль «Джаз в кремле» востребован. Я сужу по количеству зрителей – ведь яблоку негде упасть! Как вы считаете, не «вымыт» костяк джазовой аудитории в Казани? Какая ваша целевая аудитория?
- Отнюдь. Наша казанская джазовая публика никуда не делась, все с нами. Просто сменилось поколение, аудитория обновляется, а сам процесс этот постоянно в динамике. И я лично очень радуюсь этому, потому что если у нас не будет обновления, то мы застрянем, закиснем. Нам обязательно нужно обновление, молодая кровь и на сцене, и в партере.
- Сформированная вами разнообразнейшая программа фестиваля-2025 как раз и доказывает, что фестиваль не стоит на месте.
- Моя команда старалась предоставить казанцам возможность услышать лучших музыкантов страны! Посмотрите, например, кто вышел на сцену 24 июля – известнейший пианист, а также продюсер и эксперт Алексей Подымкин с молодежью – уже зарекомендовавшими себя контрабасистом Михаилом Дмитриевым и ударником Омаром Саидовым, солировала юная звезда отечественной сцены София Ацбеха-Негга. В свое время я сидела в жюри, которое ее поддержало безоговорочно и присудило Гран-при. Трио Подымкина – это мейнстрим, как говорят, джаз-джаз. А вот завтра, 31 июля, на нашей площадке в кремле выступит, на мой взгляд, абсолютно уникальный молодой вокалист, лидер группы Qascad Эрик Холматов, тоже мой любимец. В Казани он пока не так сильно раскручен, так что пришла пора нашим меломанам познакомиться с его коллективом поближе. Отмечу, что на сегодняшний день Qascad, где лидером является Холматов, самая модная группа Москвы. Играют молодые музыканты (они, кстати, являются резидентами московского Kozlov club – прим. «ВК») не чистый джаз, а виртуозно замешанный «коктейль» из джаза, хип-хопа, нео-соула и рока! Из даже известного какого-нибудь западного хита Эрик, переворачивая все с ног на голову, создает нечто необыкновенное. У него феноменальная способность к импровизации! Эрик вкладывает в музыку нашу душу, наш драйв, наше русское сердце.
- О феномене русского джаза подробнее, пожалуйста!
- Феномен русского джаза расширяется с каждым годом. Мариам Мерабова поет на русском, Алина Ростоцкая, Этери Бериашвили и много кто еще. Я тоже пою на русском языке джазовые композиции, а казанский композитор и пианист Андрей Руденко, с которым мы плотно сотрудничаем, с удовольствием пишет для меня шикарные аранжировки. Знаете, неинтересно как-то стало просто повторять из года в год американские джазовые стандарты, поэтому я считаю, что наступило время именно русского джаза сейчас. Ну простите меня, пятнадцать лет я это исполняла, но больше не хочу. Надо же развиваться и идти дальше. У нас есть наша ментальность, русская душа и наш русское сердце. И я стою на этом и не сойду с этой позиции.
- Судя по ранее опубликованной афише вы запланировали восемь концертов в рамках «Джаза в кремле», но в итоге осталось семь. Почему?
- Да, потому что пришел Игорь Крутой с «Новой волной», которая совпала с нашей датой 21 августа. Спорить с Игорем Крутым – бессмыслица, и я убрала восьмой концерт. Зато семерка – счастливое число! А мы красиво завершим наш фестиваль 14 августа с Евгением Маргулисом. А до него седьмого августа к нам приедет знаменитый Николай Моисеенко, любимчик казанской публики. Он неоднократно выступал в Казани, многие помнят его концерты, когда фестиваль проходил в усадьбе Сандецкого. В свое время Николай закончил Беркли, вернулся после Америки в Москву, он пишет замечательную музыку, под которую люди мгновенно выходят танцевать, испытывая радость и драйв. Потом он отошел от концертной деятельности, став саунд-продюсером «Лаборатории звука» Алексея Макова.
- Говорят, собственные проекты Моисеенко последние три-четыре года не делал?
- Тем интереснее станет новая встреча! Мы с Николаем знакомы четверть века, я ему позвонила и сказала – милый мой человек, а давай на фестивале в Казани твою музыку поиграем? Он сначала удивился, а потом благодарил за возможность «второго дыхания». Говорит, воодушевился весь коллектив, все жаждут ехать в Казань. А у меня же очередь стоит из артистов, все хотят попасть на наш «Джаз в кремле», но я пригласила именно Моисеенко, потому что помню, как на него откликались казанцы, любили его творчество. Так что его приезд к нам, как сказал сам Моисеенко, будет Secondborn, второе рождение на сцене.
- Ольга, джаз принято называть музыкой свободы, явлением космополитического порядка. Но сейчас такое время, когда от отечественных культурных институций настоятельно ожидают патриотической продукции. Может ли джаз хотя бы отчасти быть патриотическим?
- А то, что мы на русском языке исполняем джаз, разве это не патриотическая тема?
Например, я беру известные какие-то русские песни, а Руденко пишет аранжировки. В моем репертуаре много Раймонда Паулса, который изначально является джазовым композитором. Это старая, очень качественная советская эстрада, где много сердечности и душевности. Например, я исполняю его песню «Двое», помните, «Подберу музыку к тебе», которую лет сорок назад исполнял Яак Йола? Это вообще наш с Руденко хит. С Олегом Аккуратовым я исполняла песню «Нежность» («Мы долгое эхо друг друга») из репертуара Анны Герман, с Евгением Борцом тоже пела старые песни в джазовых аранжировках. Их прекрасно принимает публика.
- Ольга, а как зарубежные исполнители? Едут к нам или боятся?
- Международные визиты на паузе. Много лет я активно работала с зарубежными музыкантами, тем более что моя продюсерская компания – международная, она стала моим трамплином для взлета. Вы знаете, что я почти дошла до продюсерского центра первого продюсера Майкла Джексона? (Имеется в виду легенда мировой музыки, продюсер, композитор и аранжировщик Куинси Джонс (1933-2024), повлиявший на развитие джаза, соулы и ритм-н-блюза, сотрудничал с такими иконами как Майкл Джексон, Фрэнк Синатра, Рэй Чарльз и др.) – прим. «ВК»). Но тут началась пандемия… На сегодняшний день привозить артистов из-за рубежа пытается мой большой друг и коллега Игорь Михайлович Бутман, ему - удается. Но все это безумно сложно. Кстати, на международном рынке я всегда (до пандемии и начала СВО) пиарила именно русский джаз и возила за границу в первую очередь именно наших музыкантов. Это было главным для меня. Будем надеяться, что рано или поздно границы откроются. И поможет нам в этой культурной дипломатии музыка.
- В особенности джаз как импровизационная культура, где нет догм, рамок и правил?
- Думаю, что это красивый миф, что джаз – это всегда про свободу. Смотря какая свобода, понимаете? В джазе еще больше правил, чем в академической музыке. Но в нем действительно самое ценное – внутренняя свобода, свобода выражения. Джаз на самом деле объединяет, в нем нет различий между представителями разных этносов и культур. Это и по казанским фестивалям было видно, когда с разных континентов в Казань музыканты приезжали, из Африки в том числе…
- То есть музыка – это когда мы все вместе?
- Совершенно верно. И поэтому казанский фестиваль «Джаз в кремле» чтобы не просто показать культуру того или иного коллектива, а объединить людей. Зрителей с музыкантами, меня - со зрителями. Одна я такое большое дело не могу осилить, у меня очень сильная команда, поддержка и музея-заповедника «Казанский Кремль», и всего города, вот так будем говорить.
- Но все-таки получается, что политическая повестка влияет на джазменов?
- Конечно, ведь они обычные люди. Всякие истории я слышала, не уместно здесь рассказывать, но да, многие боятся того, что после выступления в России им закроют выход на европейские фестивали. Они станут персонами нон-грата у себя в стране, их просто перестанут приглашать в проекты, на концерты. Вот о чем речь.
Поэтому пока мы приглашаем только отечественных музыкантов. И знаете, что радует? В России очень много отличных джазовых исполнителей, вот с ними и надо знакомится, их поддерживать! И в прежние годы я всегда говорила, что надо их за рубеж вывозить. Можно сказать, «пунктик» у меня такой был. В Москве, как только приезжала, говорили – о, опять за наших будет топить. А разве я не права? Сегодня все возможно благодаря нашему правительству. Слава богу, самовыражение в стране поощряется, и джаз свободно себя чувствует в России. В Казани я тоже ощущаю мощную поддержку.
- Исследуете вы свою аудиторию? Кто он, современный поклонник джаза? Простые люди? Есть ли среди них вип-персоны?
- А в вашем понимании, кто эти простые люди? А випы?
- Интеллигенция в первую очередь. Скажем, врачи, педагоги, айтишники, инженеры, архитекторы, научные работники. И все же интересно, кто из высокопоставленных чиновников посещает джазовый фестиваль?
- Соглашусь с формулировкой «городская интеллигенция». Это люди, которые ценят хорошую музыку и импровизацию, разбираются в джазовой культуре и открыты всему новому. И мы их не делим на категории. У нас отличный контингент, грех жаловаться. Что касается вип-персон… Навскидку: часто посещают фестивальные мероприятия мэр Казани Ильсур Раисович Метшин, мой любимый министр культуры республики Ирада Хафизяновна Аюпова, приходил сын раиса республики. Мы всегда рады членам семьи руководителя Аппарата Раиса РТ Асгата Ахметовича Сафарова: нередко видим среди зрителей его супругу, а также дочь - театрального режиссера Диану Сафарову, которую считаем музой фестиваля, она много лет посещает наши концерты.
- В общем, в «море житейских тревог» фестиваль «Джаз в кремле с Ольгой Скепнер» - островок стабильности?
- Штормов и мы не избежали. Знаете, что мы выжили благодаря Ираде Аюповой? Только благодаря ей фестиваль, объявивший себя банкротом в 2019 году, остался в культурном пространстве республики! Я ведь уже закрыла его, но министр вмешалась. Сначала позвала на разговор за чашечкой кофе, и я говорю: все, не могу больше стучаться в глухую стену, не хочу постоянно ходить с протянутой рукой и просить денег. И Ирада Хафизяновна тогда добыла средства, фестиваль не заглох, паузы не было, праздник состоялся. Буду благодарна за эту поддержку всю жизнь. Министр культуры вообще очень продвинутый человек, она если видит, что проект стоящий, бьется за него. Я не только о фестивале, вообще о татарстанских культурных проектах говорю.
- Полностью разделяю ваше мнение! Таких министров культуры еще поискать надо!
Ольга, ваш фестиваль завершится концертом Евгения Маргулиса 14 августа. Какие потом планы у вас лично, наверное, отдыхать мечтаете?
- Какое там, мне совершенно не до отдыха! Во-первых, предстоит запись моего собственного альбома в легендарной звуковой студии на «Мосфильме» с казанскими пианистом Андреем Руденко и виолончелистом Сергеем Пономаревым. Рабочее название альбома пока «Art of Ballads», то есть искусство баллады. Затем задача дописать эпилог для книги на основе недавно вышедшей моей научной монографии. Вижу, вы удивились, но ведь я – кандидат искусствоведения, преподаю уже 35 лет.
- А о чем ваша монография?
- Если коротко, то о зашифрованных именах композиторов в их партитурах. Это довольно загадочные вещи. У каждой ноты есть буквенное обозначение на латинице. Соответственно, можно зашифровать музыкальными звуками любое имя, слово, фразу. Есть знаменитые музыкальные монограммы собственных имен, например, Иоганна Себастьяна Баха, Дмитрия Шостаковича, Альфреда Шнитке и так далее. Эту большую книгу я писала ровно одиннадцать лет. Для выхода ее в свет очень многое сделал ректор Казанской государственной консерватории Вадим Робертович Дулат-Алеев. Будущей весной запланирована презентация в Санкт-Петербурге. А летом 2026 года мы готовимся провести наш двадцатый джазовый фестиваль!
- Планы грандиозные – альбом, презентация книги, юбилейный фестиваль! А выступать где-то прекрасная джазовая вокалистка Ольга Скепнер планирует?
- Точно могу сказать, что в конце августа еду на знаменитый Челябинский джазовый фестиваль, где дам мастер-класс по джазовому сольфеджио для студентов музыкальных училищ, это будет слуховой тренинг для оркестрантов и вокалистов.
- Ольга, а какая музыка звучит в вашем доме?
- Музыка у нас звучит всегда, но не только джаз! Еще и Бах, и Вивальди, и Моцарт, и многое другое… Ведь как академический музыкант и доцент консерватории я просто обязана жить среди лучшей классической музыки.
Напоследок – полезный совет: из соображений безопасности со своей водой и напитками на территорию фестиваля проходить нельзя, так что не тащите с собой минералку. Но зато от спонсора фестиваля всем гостям предоставляются бесплатные разноцветные напитки с говорящими названиями – зеленый «Джаз», оранжевый «Фьюжн» и красный «Блюз». Климат во внутреннем дворе Присутственных мест довольно прохладный, невзирая на жару в городе. Не лишне захватить палантин или куртку.
Автор материала: Ольга Юхновская