Самарканд сотрясает история, которая мгновенно стала предметом обсуждений в маршрутках, на кухнях и в служебных коридорах. Обычное видеосовещание, посвящённое вопросам занятости, внезапно обернулось настоящим зрелищем. Один из участников, забыв о приличиях и о включённой камере, позволил себе столь вольное поведение, что зрители по ту сторону экрана буквально онемели.
Дело происходило в последние дни июля 2025 года. Руководство и сотрудники департамента занятости Самаркандской области подключились к очередному Zoom-собранию. Повестка дня — скучная и предсказуемая: трудоустройство, статистика, текущие инициативы. Но 45-летний глава районного отдела из Каттакургана, некий Абдурахмон, решил, что рабочие будни — не повод откладывать личные «вопросы».
Не замечая (или игнорируя) включённую камеру, чиновник усадил на колени свою 28-летнюю помощницу по имени Зарина, прижал её к себе и принялся шептать ей что-то на ухо, попутно гладя по спине и талии. Атмосфера на совещании мгновенно сгустилась — участники замерли. Кто-то неловко кашлянул, кто-то резко отвёл взгляд от экрана. Однако нашёлся и более расторопный сотрудник из ташкентского офиса — он тут же сделал скриншот происходящего.
Как одно фото стало интернет-бомбой
Уже на следующее утро этот снимок стал украшением практически всех местных телеграм-каналов. На нём — Абдурахмон в белоснежной рубашке и с причёской, явно уложенной перед зеркалом, обнимающий молодую женщину в ярком наряде. Зарина на фото выглядит скорее как участница фотосессии, чем как офисный сотрудник — и этот контраст только подлил масла в огонь.
«Так теперь, выходит, заседания проходят?» — язвили пользователи в комментариях. Ироничные мемы и видеомонтажи захлестнули местные паблики. История стремительно пошла в народ, и даже те, кто далёк от цифровых технологий, обсуждали случившееся в очередях и на базарах.
Жители Каттакургана, где живёт опальный чиновник, не скрывают удивления. «Он всегда казался строгим и аккуратным, с портфелем — как из кино про чиновников. А тут такое!» — недоумевает пожилая соседка Абдурахмона. В городе его знали как требовательного руководителя, не терпящего опозданий и поблажек. Теперь же выяснилось, что за строгостью скрывались совсем иные мотивы.
Нечистоплотность не только моральная: что нашли в кабинете
Молниеносной оказалась и реакция руководства министерства. Уже 26 июля силовики наведались в каттакурганский офис с внеплановой проверкой. Результаты оказались шокирующими. Помимо рабочих документов, в кабинете обнаружили конфеты в подарочной упаковке, женские аксессуары и даже духи в розовом флаконе. Оперативники сдерживали усмешки: «А мы думали, это госучреждение, а не личные апартаменты...»
Но куда более серьёзной оказалась находка в шкафу: стопки сертификатов, предназначенных для фиктивных курсов по трудоустройству. Коллеги заговорили — оказывается, Абдурахмон и Зарина не только позволяли себе вольности на работе, но и, по слухам, организовали мошенническую схему. Люди платили им деньги за обещанную помощь в трудоустройстве, а взамен получали поддельные документы.
Полиция изъяла не только бумаги, но и два ноутбука, чтобы понять, насколько обширной была эта схема. По предварительным данным, под подозрением оказались ещё несколько сотрудников, но официальных заявлений пока не последовало.
Карьерный финал: всё решилось за сутки
Министерство занятости и сокращения бедности выступило с официальным заявлением уже на следующий день. В нём говорится, что трудовые контракты с обоими фигурантами — расторгнуты. «Мы категорически не приемлем нарушения профессиональной этики и поведения, порочащего государственную службу», — подчеркнули в пресс-релизе.
Абдурахмон в спешке освободил рабочий кабинет. Зарина, по слухам, покинула город и скрылась у родственников, чтобы избежать всеобщего внимания. Коллеги до сих пор не могут поверить в произошедшее. «Он всегда был весёлым, немного ироничным, но чтобы ТАК...» — вздыхает одна из сотрудниц бухгалтерии.
Развязка или только начало?
Следственные действия продолжаются. В распоряжении полиции — изъятые документы и показания нескольких свидетелей. Сотрудники предполагают, что схема фиктивных курсов может иметь гораздо более широкий масштаб. Абдурахмон старается избегать публичности, не появляется ни на работе, ни в общественных местах. Зарина, исчезнувшая из поля зрения, не выходит на связь.
Остаётся вопрос: станет ли эта история уроком для других чиновников — или мы ещё увидим подобные эпизоды в других регионах?