Свекровь стояла на пороге с каменным лицом и держала в руках какие-то бумаги, которые она сжимала так крепко, что костяшки пальцев побелели.
— Татьяна, мы должны поговорить, — произнесла Валентина Петровна таким тоном, будто собиралась объявить о конце света.
Татьяна отложила кисть для макияжа и обернулась к зеркалу. Она как раз собиралась на работу и совсем не ожидала визита свекрови в восемь утра.
— Валентина Петровна, доброе утро. Проходите, конечно. Кофе будете?
— Не до кофе мне сейчас, — отрезала свекровь и прошла в гостиную, оглядывая обновленный интерьер с каким-то странным выражением лица.
Татьяна проследила за ее взглядом. Да, квартира действительно преобразилась за последние полгода. То, что раньше было убитой двушкой с советским ремонтом, теперь превратилось в современное жилье с продуманным дизайном.
— Слушаю вас, — сказала Татьяна, присаживаясь в кресло напротив свекрови.
— Я тут подумала о нашем обмене, — начала Валентина Петровна, разглаживая бумаги на коленях. — И поняла, что мы поторопились тогда. Очень поторопились.
Татьяна нахмурилась. Полгода назад именно свекровь предложила поменяться квартирами. Тогда это казалось разумным решением: молодой семье нужна была двушка для будущих детей, а пожилой женщине вполне хватало и однокомнатной квартиры.
— В каком смысле поторопились? — осторожно спросила невестка.
— В том смысле, что я не подумала как следует. Вот живу теперь в твоей старой квартире и понимаю — не мое это. Маленькая она какая-то, тесная. А здесь... — свекровь обвела взглядом просторную гостиную, — здесь простор, красота. Здесь жить приятно.
Татьяна почувствовала, как внутри что-то сжалось. Неужели она правильно понимает, к чему клонит Валентина Петровна?
— Что вы хотите этим сказать?
— А то и говорю, что надо нам обратно разъехаться. Я к себе в двушку, а ты в однокомнатную. Как и было изначально положено.
Невестка опешила. Она смотрела на свекровь и не могла поверить своим ушам.
— Валентина Петровна, но ведь это же вы сами предложили обмен! Помните, как говорили: "Зачем старой женщине такая большая квартира? Молодым семьям место нужно!"
— Ну и что, что предложила? Человек имеет право передумать, — нахально ответила свекровь. — Тем более, раз я вижу, какую красоту здесь устроили.
— Какую красоту? — не поняла Татьяна.
— Да не притворяйся! — взмахнула руками Валентина Петровна. — Вон какой ремонт сделали шикарный! Кухню заказную поставили, полы дорогие, стены модными обоями поклеили. А у меня что? Голые стены и старая мебель!
Татьяна растерянно молчала. Конечно, они с мужем вложили в ремонт этой квартиры все свои накопления. Но ведь они честно предупреждали свекровь, что планируют делать ремонт. Более того, Валентина Петровна сама тогда сказала: "Делайте что хотите, мне все равно, я в своей однушке буду жить."
— Валентина Петровна, мы же честно говорили, что будем делать ремонт. Вы даже радовались тогда, что не придется в пыли и шуме жить.
— Радовалась, радовалась... А теперь вижу результат и понимаю, что была дурой. Зачем я такую квартиру отдала? Где моя голова была?
— Ваша голова была на месте, — твердо сказала Татьяна. — Вы сами все предложили, мы оформили документы через нотариуса, все по закону.
— По закону, не по закону... — махнула рукой свекровь. — Я мать твоему мужу, и он должен заботиться о том, чтобы его мама жила достойно. А не в какой-то однушке прозябала, пока вы тут в роскоши купаетесь!
Татьяна почувствовала, как внутри закипает возмущение. Роскошь? Они с Андреем два года копили деньги на этот ремонт! Работали без выходных, отказывали себе во всем, чтобы собрать нужную сумму. А теперь свекровь называет результат их труда "роскошью", которую они незаслуженно присвоили?
— Валентина Петровна, мы никого не обманывали. Все было честно и открыто.
— Ах, честно? — ядовито усмехнулась свекровь. — Честно было бы предложить мне тоже сделать ремонт за ваш счет. Или вообще подарить мне эту квартиру после ремонта, а самим остаться в однушке. Вот это было бы по-честному!
— Это уже какая-то чушь, — не выдержала Татьяна. — Мы потратили на ремонт три миллиона рублей! Все наши сбережения ушли на это!
— И что? Жалко денег для матери мужа? — возмутилась Валентина Петровна. — Вот Анька Петрова сыну квартиру купила, а дочке машину подарила. А тут наоборот — дети матери должны!
— Никто никому ничего не должен, — устало сказала Татьяна. — И мы ничего у вас не отнимали. Вы сами все предложили.
— Предложила, не предложила... Сейчас я передумала, и все тут! — отрезала свекровь. — Будем разъезжаться обратно. И никаких споров!
— А если я не соглашусь?
Валентина Петровна зловеще улыбнулась и достала телефон.
— Тогда я позвоню Андрею на работу и расскажу ему, как его женушка к матери относится. Что невестка выгоняет свекровь из родного дома. Думаешь, ему понравится?
Татьяна похолодела. Андрей очень любил мать и всегда вставал на ее сторону в любых спорах. Если Валентина Петровна представит ситуацию в выгодном для себя свете...
— Вы не имеете права меня шантажировать, — тихо сказала невестка.
— Имею, еще как имею! — торжествующе ответила свекровь. — Я его мать, а ты кто? Жена... А жены приходят и уходят, а мать у него одна!
В этот момент в замке повернулся ключ, и в прихожую вошел Андрей.
— Привет, дорогие мои! — весело крикнул он. — Забыл документы, поэтому... О, мама! Как дела? Что-то случилось?
Татьяна и Валентина Петровна переглянулись. Свекровь быстро спрятала бумаги за спину и натянула сладкую улыбку.
— Ничего особенного, сынок. Просто пришла к невестке в гости, поболтать.
— Ну и отлично! — обрадовался Андрей. — Я как раз документы заберу и поеду. Вы тут общайтесь.
Он скрылся в спальне, а Валентина Петровна снова повернулась к Татьяне.
— Ну что, будем меняться или мне рассказать сыночку правду о том, какая у него жена?
— Какая правда? — не выдержала Татьяна. — Что я четыре месяца делала ремонт своими руками? Что выбирала каждую плитку, каждый светильник? Что мы с мужем вкладывали в это все свои силы и деньги?
— А то, что ты жадная и злая! — повысила голос свекровь. — Что тебе матери мужа ничего не жалко! Что живешь в роскоши, а старую женщину в убогой однушке держишь!
— Мама, что за крик? — Андрей вышел из спальни с папкой в руках. — Что происходит?
Валентина Петровна тут же изобразила на лице страдальческое выражение.
— Ах, сынок... Я и не хотела тебя расстраивать... Но твоя Татьяна... Она не хочет со мной квартирами обратно меняться.
— Обратно? — удивился Андрей. — А зачем?
— Понимаешь, я подумала... Мне в той однушке неудобно. Тесно. А здесь места много, и ремонт такой красивый... Я ведь тоже человек, хочется красиво жить на старости лет.
Андрей нахмурился и посмотрел на жену.
— Таня, а что тут такого? Если маме неудобно...
— Андрей, — медленно произнесла Татьяна, — твоя мама хочет, чтобы мы отдали ей эту квартиру вместе с ремонтом, который мы сделали на наши деньги. Три миллиона рублей, между прочим.
— Ну и что? — пожал плечами муж. — Мама же не чужая. Что нам жалко?
Татьяна почувствовала, как земля уходит из-под ног. Неужели муж тоже считает, что они должны просто так отдать результат своего труда?
— Андрей, мы два года копили на этот ремонт...
— И что? Мы молодые, еще заработаем. А мама уже пожилая, ей хочется комфорта.
— Вот видишь! — торжествующе воскликнула Валентина Петровна. — Сын меня понимает! А ты, невестка, только о деньгах думаешь!
Татьяна молча смотрела на мужа. Неужели он действительно не понимает, что происходит? Или понимает, но считает нормальным отдать матери квартиру с дорогостоящим ремонтом?
— Хорошо, — тихо сказала она. — Андрей, если ты считаешь, что мы должны отдать твоей маме эту квартиру, то я не буду спорить.
— Умница! — обрадовался муж. — Я знал, что ты поймешь!
— Но есть одно условие, — продолжила Татьяна. — Вы с мамой компенсируете нам стоимость ремонта. Три миллиона рублей.
Валентина Петровна побледнела.
— Какие три миллиона? О чем ты говоришь?
— О том, что если вы хотите получить квартиру с готовым ремонтом, то должны за этот ремонт заплатить. Иначе это будет просто воровство.
— Воровство? — возмутилась свекровь. — Да как ты смеешь!
— Очень просто смею, — спокойно ответила Татьяна. — У меня есть все чеки и документы о расходах. Если вы хотите эту квартиру — заплатите за ремонт. Или получите ее в том состоянии, в каком отдавали.
— То есть как в том состоянии? — не понял Андрей.
— Очень просто. Я найму бригаду, они демонтируют весь ремонт, и вы получите голые стены. Как было изначально.
— Ты что, с ума сошла? — ахнул муж. — Зачем ломать то, что сделано?
— А зачем дарить результат нашего труда? — парировала Татьяна. — Андрей, мы четыре месяца жили в пыли и шуме. Я своими руками клеила обои, ты укладывал ламинат. Мы выбирали каждую деталь, планировали, мечтали... А теперь твоя мама приходит и говорит: "Давайте-ка я это все заберу, потому что мне понравилось."
— Но она же мать...
— Она мать, но не владелица результатов нашего труда. Если она хочет красивую квартиру — пусть делает ремонт сама или платит за готовый.
Валентина Петровна сидела красная от злости.
— Да что же это такое! Сын на мать руку поднял! Жену против матери настроил!
— Мама, никто ни на кого руку не поднимает, — устало сказал Андрей. — Но Таня права. Ремонт действительно стоил нам больших денег.
— А мне-то что с того? — огрызнулась свекровь. — Я что, просила вас тратиться?
— Не просили, но и квартиру с ремонтом получить хотите даром, — заметила Татьяна.
— Ладно! — встала Валентина Петровна. — Раз так, то я вообще ничего не хочу! Оставайтесь здесь! Но знайте — я запомню, кто как ко мне отнесся!
— Мама, не обижайтесь, — попытался успокоить ее Андрей. — Мы же не против того, чтобы вам было хорошо. Просто...
— Просто что? — повернулась к нему свекровь. — Просто жена у тебя жадная? Я же вам хорошую квартиру дала, а вы теперь за каждую копейку цепляетесь!
— Валентина Петровна, — вмешалась Татьяна, — вы нам ничего не дали. Мы поменялись квартирами по взаимному согласию. И каждый получил то, что хотел в тот момент.
— А теперь я хочу другого!
— А теперь уже поздно. Нельзя вечно перекраивать договоренности по своему желанию.
Свекровь постояла еще немного, тяжело дыша от злости, а потом направилась к двери.
— Ну и живите! Только не ждите от меня ничего хорошего! И внуков своих не увидите!
— Мама! — крикнул ей вслед Андрей, но Валентина Петровна уже хлопнула дверью.
Супруги остались стоять в тишине.
— Таня, может, нам действительно стоило...
— Что? Отдать ей квартиру с ремонтом за красивые глаза? Андрей, ты понимаешь, что происходит? Твоя мама захотела присвоить результат нашего труда. Просто так, потому что ей понравилось.
Муж тяжело вздохнул.
— Но она же мать...
— Мать — это не индульгенция на любые поступки. Если бы она сразу сказала: "Дети, давайте мне сделаете ремонт, я заплачу" — мы бы обсудили. Но она хочет получить все даром, а нас оставить ни с чем.
Андрей молчал, обдумывая слова жены.
— А что если мы найдем компромисс? — предложил он наконец. — Например, сделаем маме ремонт в ее квартире. Не такой дорогой, как здесь, но приличный.
Татьяна задумалась. Предложение звучало разумно.
— А она согласится?
— Не знаю. Можно попробовать поговорить.
Через неделю Андрей пришел от матери расстроенный.
— Она отказалась. Говорит, что хочет именно эту квартиру, а не ремонт в своей.
— И что теперь?
— А теперь ничего. Пусть живет как жила. Мы свое предложение сделали, она отказалась.
Еще через месяц Валентина Петровна вдруг позвонила Татьяне.
— Невестка, а предложение твое про ремонт еще действует?
— Действует, — осторожно ответила Татьяна.
— Тогда приезжайте, посмотрим, что можно сделать.
Оказалось, что соседи Валентины Петровны затеяли ремонт, и она на себе почувствовала все прелести жизни в строительной пыли. Плюс увидела, какой красивой стала квартира соседей, и поняла, что можно сделать свое жилье лучше, не отнимая чужого.
Ремонт в квартире свекрови обошелся значительно дешевле — всего в восемьсот тысяч рублей. Но результат получился отличный: светлые стены, новый пол, современная сантехника.
— Ну как, Валентина Петровна? — спросила Татьяна, когда работы закончились. — Нравится?
Свекровь ходила по обновленной квартире и не могла нарадоваться.
— Красота! Совсем другое дело! Спасибо вам, дети, что не обиделись на старуху.
— Мы и не обижались, — улыбнулась невестка. — Просто каждый должен получать по справедливости.
С тех пор Валентина Петровна больше не претендовала на чужие квартиры, а Татьяна поняла важную истину: справедливость иногда требует твердости, но в итоге все остаются в выигрыше.