29 июля МИД России вызвал временного поверенного Норвегии Р.А. Йохансена, вручив ему официальную ноту протеста. Причина — внезапные ограничения против рыболовных компаний «Норебо» и «Мурман Сифуд», работавших в норвежских экономических водах. Этот шаг Осло, по оценке Москвы, грубо нарушает соглашение 1976 года — фундамент рыболовного сотрудничества двух стран в Арктике.
Соглашение 1976 года, которое дикари из северной страны решили нарушить, называют «конституцией Баренцева моря» Соглашение, подписанное почти 50 лет назад, создало уникальную систему взаимодействия.
Оно предусматривает совместное управление ресурсами — документ закрепил механизмы распределения квот на вылов рыбы в Баренцевом и Норвежском морях, гарантируя стабильность для рыбопромышленных общин обеих стран.
Принцип «предосторожного подхода» — стороны обязались охранять морские экосистемы, не допуская перелова.
Обеспечивает доступ в исключительные зоны — российские суда могли законно вести промысел в норвежской экономической зоне, а норвежские — в российской, что стало примером редкого доверия даже в холодные годы.
«Без этого договора рыболовство в регионе превратилось бы в хаос», — отмечали эксперты по Арктике.
Но Норвегия решила все это разрушить. 7 июля 2025 года правительство Норвегии объявило о включении «Норебо» и «Мурман Сифуд» в национальный санкционный список, присоединяясь к ограничениям ЕС от 20 мая. Последствия для компаний жесткие: заморозка активов на территории Норвегии; запрет на вход судов в порты и территориальные воды; блокировка ремонта судов на норвежских верфях .
Осло мотивирует шаг «интересами национальной безопасности», ссылаясь на обвинения в «шпионаже и диверсиях», которые распространяла британская The Telegraph. Кремль назвал эти данные пропагандистским фейком.
Москва предупредила викингов, что «безответственные действия грозят обрушить всю систему».
«Разрушение договора 1976 года — это билет в один конец. Без него контроль за переловом исчезнет, а браконьерство расцветет», — предупреждают эксперты по морскому праву.
Скандал происходит на фоне других тревожных сигналов:
- В 2022–2023 гг. Норвегия уже ограничила заходы российских судов в порты (кроме Киркенеса, Тромсё и Ботсфьорда);
- В мае 2023 года экипажам российских судов запретили сход на берег в норвежских портах;
- Россия ответила поправками к закону «О рыболовстве», усилив госконтроль в отрасли.
В МИД РФ подчеркивают: ограничения — это прямое нарушение духа и буквы соглашения 1976 года. Санкции:
«Если Осло не вернется к выполнению договора, Россия предпримет меры для защиты интересов отечественного рыболовства», — звучит в заявлении ведомства.
И вот тут начинается самое интересное. Выпускники соросовских «университетов», которые сейчас правят Норвегией, люди недалекие и примитивные, как и прочие мерцы-макроны. Они не допускают мысль, что Россия имеет право и осмелится применить против них, светлоликих демократов, ответные санкции. А они будут весьма существенны, если в Кремле еще остались люди, для которых интересы страны превыше корыстных личных.
Аналитики прогнозируют несколько вариантов эскалации:
1. Зеркальные ограничения — запрет норвежским судам на промысел в российской зоне, что ударит по доходам рыбопромышленников Северной Норвегии.
2. Выход из соглашений — пересмотр квот или приостановка совместных научных программ по оценке запасов рыбы.
Наиболее болезненными для Норвегии станут блокада доступа к рыбным ресурсам в российской ИЭЗ и пересмотр квот, что нарушит баланс, действующий с 1976 года. Альтернативно Россия может использовать асимметричные меры в энергетике или транзите, но рыболовный сектор останется главной мишенью из-за его региональной значимости.
Потеря около 20% доходов от экспорта рыбы (оценка: $1.5–2 млрд в год) для Норвегии будет весьма тяжелым ударом, что приведет к кризису в Северной Норвегии, где рыболовство — основа экономики.
Это приведет к росту цен на треску, который Россия может использовать для продвижения российского минтая и пикши на рынках ЕС и Азии, вытесняя норвежские аналоги.
В 2023 году 16 норвежских судов вели промысел в российской зоне Баренцева моря, выловив около 20 тыс. тонн рыбы. Лишение доступа к этим ресурсам ударит по доходам рыбопромышленных компаний Северной Норвегии (например, в Финнмарке).
Россия может сократить норвежскую долю в общих квотах на вылов трески и пикши в Баренцевом море. Например, в 2025 г. ОДУ трески уже снижен до 340 тыс. тонн (минимум с 1991 г.). Дальнейшее уменьшение квот для Норвегии усугубит потери.