Есть цветы скромные, почти незаметные. Есть торжественные, как фанфары. А есть георгины. Те самые, что цветут, когда все остальные уже сдают позиции. Они словно говорят: «Мы пришли к финалу — и финал будет ярким». Их лепестки похожи на языки пламени, на шёлковые перья, на фантазии, вышедшие из-под контроля. Они не о лёгкости — они о щедрости, силе и даже немного об упрямстве.
Георгины — не для скромников. Данные цветы любят сцены, парады, конкурсы. Они не боятся осени, наоборот — они её украшают. И у них своя, непростая, биография.
Родом георгины из Мексики. Там они росли в горах, дикими и гордыми, и имели куда более скромный вид, чем сегодняшние садовые фаворитки. Коренные народы называли их «акокотли» и ценили не за цветы, а за клубни, которыми можно было питаться. Георгин был пищей и только позже стал украшением.
Георгины добрались до Европы в XVIII веке — не сами, конечно, а с помощью испанских ботаников, которым всё было мало: дай только найти что-нибудь странное, красивое и заморское. В Мадридском ботаническом саду новые цветы сначала разглядывали с академическим интересом — мол, интересно, что за гость.
А потом взгляды сменились на восхищённые: растение оказалось не просто любопытным, а по-настоящему завораживающим. Его стали разводить, улучшать, перекрещивать. И георгин зажил новой жизнью: не как источник пищи, а как гордость оранжерей.
С тех пор он много раз менял имидж. В XIX веке георгины стали настоящей цветочной модой. Их выращивали в садах богатых домов, ими украшали выставки, альбомы и календари. Георгины стали символом вкуса и достатка. А ещё — терпения. Потому что выращивать георгины не так уж просто.
У георгин — клубни, которые не переносят морозов. Их нужно выкапывать осенью, хранить зимой, снова сажать весной. Данное занятие требует внимания, дисциплины и любви. Зато какой результат! От невзрачного коричневого клубня — к огненной сфере лепестков, огромной, насыщенной, словно специально выведенной для театра.
Сортов георгинов сегодня — тысячи. Есть шаровидные, с лепестками, уложенными, как ветряная спираль. Есть такие георгины, что словно состоят из бумажных иголок — тонких, острых, как будто кто-то вырезал их ножницами из цветной бумаги.
А есть совсем другие: простые, как полевые ромашки, только пышнее. И есть те, что и вовсе похожи на фантастические скульптуры, как будто придуманы дизайнером, которому не хватило лепестков, и он добавил ещё сотню.
Георгины умеют ждать, они могут прорасти не сразу, долго сидеть в земле. А потом — вдруг, внезапно — взорваться цветом.
Цвета — от белоснежного до почти чёрного. Некоторые георгины меняют оттенок в зависимости от погоды и света, можно сказать, цветы-хамелеоны или цветы-артисты.
Интересно, что у георгинов не самый лёгкий характер. Они могут капризничать, болеть, не любить соседей. Им нужно пространство, свет, дренаж.
Но пока неизбежно отцветают летние цветы, георгины всю осень стойко держат оборону, украшая собою мир до первых заморозков. Георгины — цветы, которые среди осени несут в себе лето. И в этом — их настоящее великолепие.
Автор — Алекс Грант
Источник — ШколаЖизни.ру