Глава 2. Жизнь в деревне
Глава 3. Полина и первый удар по самолюбию
С тех пор, как яблоко попало Егору в лоб, многое изменилось. Не то чтобы он вдруг полюбил деревню или отказался от ноутбука, но с каждым днём он всё чаще находил себя в компании Полины то на речке, то у старого колодца за огородами, то в зарослях малины, где, по её словам, жили «самые дерзкие осы в округе». С ней он себя чувствовал иначе: свежо, непредсказуемо. Полина казалась ему одновременно простой и загадочной. Она не носила «брендов», не крутила в руках дорогой телефон (у неё вообще был кнопочный), но знала, где растут земляничные поляны, как заварить иван-чай и как определить, где под водой ключ бьёт, просто наступив босыми ногами в песок. Она смеялась громко, по-настоящему, часто перебивала, иногда дразнилась, но всегда говорила то, что думала.
- Ты ведь не такой храбрый, как хочешь казаться, - сказала она однажды, когда они сидели на коряге у воды и бросали в реку камешки.
- С чего ты взяла? - возмутился Егор. Он привык, что с Егором хотят дружить, прислушиваются к его мнению, а тут какая-то девчонка не считает его лучшим.
- Просто видно. Ты молчишь и весь сжимаешься, когда страшно.
Егор замолчал, уставившись на рябь воды. Он хотел сказать, что в городе его все уважают, что у него друзья и подписчики, и он не какой-то там деревенский мальчишка. Но вместо этого только сжал губы.
Он начал ходить на речку каждый день, иногда с Полиной, иногда один, в надежде её там встретить. Когда она появлялась, как будто невзначай, всегда приносила с собой ощущение настоящего лета, яркого, звонкого, свободного от всего городского.
В один из таких дней, когда солнце было особенно жгучим, а вода в реке казалась гладкой, как зеркало, они вместе зашли в воду.
Полина нырнула первой, всплыла и крикнула:
- Ну что, герой, покажи, как умеешь прыгать!
- Смотри и учись, - самоуверенно ответил Егор и прыгнул… с громким шлёпком, так, что вода брызнула во все стороны.
Полина прыснула от смеха и скрылась под водой, а когда вынырнула, он уже плыл к ней, слегка смущённый, но довольный. И всё было хорошо… ровно до того момента, пока с берега не раздался голос:
- О-о-о, голубки! А я смотрю, что это за влюблённые тут у нас резвятся.
На берегу стояли пятеро. Подростки, старше Егора на пару лет, загорелые, в рваных майках и с вызывающим видом. Впереди всех стоял высокий, узкоплечий парень с коротко остриженной головой и злой усмешкой. Это был Стас, местный заводила, которому давно было скучно, а теперь подвернулся отличный повод повеселиться.
- Глянь, Полинка себе городского жениха нашла! - засмеялась девчонка в коротких шортах.
- Ну что, герой, давай покажи, как защищаешь даму сердца, - ухмыльнулся Стас. - Или ты только в компьютерных играх смелый?
Егор замер. Он хотел сказать что-нибудь колкое, остроумное, но в горле пересохло. Он чувствовал, как ноги становятся ватными, а живот сжимается в тугой узел. Стас подошёл к кучке одежды, брошенной на песке, и нагнулся.
- Ой, а это что у нас тут? Телефончик, а? Кулончик? - он поднял тонкую серебряную цепочку с крошечным кулоном. Кулон напоминал вытянутую слезинку из тёмного стекла, внутри которой мерцал крошечный огонёк. - Ого! Это твой, принцесса?
Полина подошла ближе, лицо её стало жёстким:
- Верни, Стас. Это не игрушка.
- Да ты что? А я и не играю, тут всё по-взрослому. - Он покачал кулон на пальце. - Хочешь обратно? Тогда пусть твой герой… ползает по песку. А? На коленях. И гавкнет.
Вся компания громко рассмеялась и подростки обступили Егора кругом. Егор застыл, в голове звенело. Он чувствовал насмешливые, колючие, хищные взгляды. Все смотрели на него и ждали его реакции. Полина тоже молчала и только в её взгляде читалась решимость.
- Ну? Или не любишь свою девочку?
И тогда… он встал на колени. Не потому что хотел, а потому что не знал, как иначе выйти из ситуации. Он начал было выдавливать из себя жалкое «гав», как вдруг услышал:
- Достаточно, - резко сказала Полина. Она не оглядываясь на Егора и не повышая голоса, почти шепотом сказала:
- Не подходи ко мне больше. - Мне не страшно, когда должно быть страшно. А тебе - страшно всегда. Я бы никогда не стала унижаться. - и ушла.
Егор остался стоять на берегу, сгорбившись, униженный, растоптанный, и в первый раз за всё лето почувствовал себя не пострадавшим, не обиженным, не «жертвой несправедливости», а виноватым. Впервые он не захотел вернуться домой и запустить игру. Ему было всё равно, сколько лайков на фото и кто написал ему в чат. Он просто стоял и смотрел, как на воде качается отражение солнца, беспомощное и такое далёкое.