Тимка смотрел в окно. Там, напротив, недавно построили новый высокий дом в десять этажей. Мама говорит, что скоро и их дом тоже снесут, потому что он старый, а им с Тимкой дадут квартиру вот точно в таком же, новом, высоком и красивом доме.
Тимке нравилось наблюдать за новыми своими соседями. Он каждый день с нетерпением ждал вечера, чтобы узнать, сколько окон зажгется сегодня.
Сначала их было совсем мало, таких окон, в которых горел свет. Дом ведь только недавно построили, и жильцы заселялись в него постепенно, не все сразу.
Но день ото дня светящихся теплым светом окошек становилось все больше, Тимка видел там, за стеклом, силуэты людей, женщин, мужчин и детей, таких же ребят, как он сам. Ему нравилось представлять, чем занимаются все эти люди, как они живут, он придумывал им имена, различные истории жизни.
Вот, например, на третьем этаже поселилась пожилая женщина, очень похожая на Тимкину учительницу по математике. Наверняка эта женщина - тоже учительница, недаром же у нее такие большие круглые очки и такой строгий пучок на затылке? А лицо вечно хмурое и недовольное, ну в точности, как у Марии Васильевны!Живёт она одна, это Тимка давно уже понял, никто к ней не приходит, и детей у нее нет, и внуков, похоже, тоже. Неудивительно, их математичку тоже никто на дух не переносит, какая уж тут может быть семья.
А на пятом, через этаж над учительницей, живёт совсем ещё молоденький мужчина, даже, наверное, парень. Он живёт не один, а с какой-то странной, вечно грустной и нервной женщиной, вот только той никогда почти не бывает дома. Она уходит рано, а приходит, когда у же темно. Работает, наверняка работает много, как Тимкина мама. А парень, тот не работает. И не учится, видимо. Целый день сидит за компьютером, но Тимке не видно, что именно он там делает, ведь компьютер стоит в дальнем углу, и широкая спинка кресла почти целиком заслоняет экран монитора.
Женщина, ну та, уставшая и грустная, ругает его, кричит, часто плачет. Однажды она даже разбила об пол клавиатуру, Тимка сам видел. Но парень, он совсем не расстроился. Стоило ей выйти из комнаты, как он достал откуда-то ещё одну, видимо, запасную, и, как ни в чем не бывало, снова сел за компьютер.
Та женщина, скорее всего, была его мамой. А ругалась она на него наверняка за то, что он бездельник и лодырь, ничего ему, кроме компьютера, в жизни не интересно. А он не слушал ее, только смеялся, разве с мамой так можно?
Вот Тимка со своей мамой никогда бы так не поступил. Ведь она у него такая... Такая... Самая любимая, самая лучшая. Она его одна растит, потому что папа сказал, что такой сын ему не нужен и ушел. А дело было в том, что Тимка тогда тяжело переболел гриппом, и болезнь эта дала серьезные осложнения на ноги, такие, что ноги отказались совершенно работать. С тех пор он не ходит, передвигается в инвалидном кресле.
Тимка тогда, когда отец их бросил, маленький совсем был, трехлетний, но хорошо почему-то запомнил эти его обидные слова. Видимо, потому, что это было предательство, причем от самого родного и близкого человека, а такое в любом возрасте запоминается.
А мама, она тогда сказала, что это он, такой, им с Тимкой не нужен, вот как. И никакой Тимка не больной, не калека. А калека - отец, потому что человек без сердца и без души - самый настоящий инвалид.
С тех пор они стали жить вдвоем, в старой бабушкиной квартире. Бабушку свою Тимка не успел узнать, она умерла ещё до его рождения, но зато оставила им с мамой свое жилье, и благодаря ей у них была крыша над головой. А ведь это, согласитесь, достаточно много. Если есть, где жить, то все остальное можно как-то решить.
Мама и решала по мере сил. Билась за алименты, которые отец совершенно не хотел платить, работала, много, очень много работала. Сначала много не могла, конечно, и они с Тимкой жили, в основном, на его пенсию, но потом он подрос, стал более самостоятельным и уже мог оставаться дома один, так что у мамы появилось больше, как она выражалась, свободы для маневров.
С тех пор жизнь у них наладилась, стало полегче, а на прошлый день рождения мама даже как-то исхитрилась и купила Тимке телескоп, самый настоящий. Он так мечтал о нем, но даже не заикался, понимал, что нет у них таких средств, а мама вот взяла и нашла!
Вообще, телескоп Тимке нужен был, чтобы наблюдать за небом, очень его астрономия привлекала. В школе такого предмета не было, да даже если бы и был, много ли можно изучить на домашнем обучении один раз в неделю? Вот Тимка сам и учился, благо, не в каменном веке они живут, жиинтернет имеется, книги разные, опять же, фильмы научные. А что ему делать, все равно ведь целыми днями один дома сидит, вот хоть саморазвитием занялся на досуге.
А уж когда появился телескоп, дело пошло гораздо веселее, ведь правильно говорят, что лучше один раз что-либо увидеть, чем сто раз об этом услышать. Теперь мама и сама не рада была, что купила ему вожделенную игрушку, ведь Тимка мог ночами напролет не отходить от окна, все высматривал что-то в небе, крутил свой аппарат умный, настраивал его и так, и эдак...
А потом стройка напротив, столько времени мешавшая всем нормально спать, наконец, закончилась, и в новенький дом стали въезжать первые жильцы. Нет, Тимка совсем не собирался подглядывать за ними, знал же, что подсматривать в чужие окна - стыдно и нехорошо. Просто однажды, когда он по привычке вечером настраивал свой телескоп, взгляд зацепился за одно из светящихся ярким теплым светом окошек.... И мальчик уже не мог оторвать от него взгляд. А потом было ещё одно окно, и ещё...
Он словно переносился в ту, другую жизнь, словно общался с этими людьми, знакомился, бывал у них в гостях. Это было так интересно, так увлекательно, что Тимке даже удалось заглушить голос совести, настойчиво твердивший, что ему должно быть стыдно и пора бы оставить соседей в покое. Единственное, чего он боялся больше всего на свете - что мама однажды узнает, что именно он рассматривает в свой телескоп. Она разозлится, конечно, она разозлится, и непременно отнимет телескоп, а может быть, что и продаст его даже, в воспитательных, так сказать, целях. И она, естественно, будет права, вот только как же ему, Тимке, потом придется тяжко!
В этих окнах, зажигавшихся каждый вечер, он, маленький десятилетний мальчик, одинокий и лишенный возможности жить полноценной жизнью, находил своеобразную отдушину. Он словно был частью чего-то большого, чего-то важного, словно сам был среди всех этих, таких разных и непохожих друг на друга, людей. А ещё благодаря этому своему, хоть и не совсем приличному, но такому увлекательному занятию, Тимка узнал, что такое любовь.
Нет, он, конечно, и раньше знал, маму, например, очень любил, или их кота Пончика, но здесь... Здесь было совсем другое, ничуть не похожее ни на одно из тех чувств, которые ему доводилось испытывать ранее. Просто однажды он увидел ее и четко, совершенно ясно понял, что больше без нее не представляет своего существования.
Она въехала в квартиру на седьмом этаже одной из последних, уже зимой, в начале декабря. Въехала вместе с мамой, папой, младшим братом и маленькой потешной собачкой. Квартира у них была большая, трёхкомнатная, и ей, этой новой Тимкиной соседке, выделили в личное пользование целую комнату.
В тот вечер, когда в их окнах впервые зажёгся свет, в квартире ещё шел ремонт, и Тимка, понаблюдав за этим скучным и монотонным процессом пару минут, переключился на что-то более интересное. Ну в самом деле, на что там было смотреть? Что он, не видел, как обои клеят, что ли?
Но спустя месяц его внимание привлекли мягкие переливы гирлянды, появившейся вдруг на окне той самой квартиры.
– Быстро управились, - пробормотал Тимка, наводя телескоп на седьмой этаж, - Видимо, хочется им Новый год в своей новой квартире встретить.
В комнате, на которой он сфокусировался, не горел свет, только крошечные светящиеся огоньки весело подмигивали тему, не давая разглядеть, что же творится там, за ними. Тимка разочарованно вздохнул и уже собирался было пойти почитать книгу, как вдруг сквозь мерцание огоньков увидел смутный силуэт.
Это была девочка, да, точно девочка, примерно такого же возраста, как и он сам. Она сидела по ту сторону стекла, на широком подоконнике, обхватив руками колени, и смотрела на падающие с неба хлопья снега. Видно было плохо, но Тимке показалось,что лицо девочки было очень красивым, а ещё грустным, невероятно грустным.
Вдруг комната озарилась ярким светом, девочка вздрогнула и быстро спрыгнула с подоконника. А после задернула шторы. Тимка успел только разглядеть длинные, до талии, вьющиеся волосы и нежно-розовую пижаму с единорогами.
С тех пор он ещё ни одного дня не пропустил, чтобы не взглянуть на свою новую соседку. Что-то в этой грустной девочке манило его, притягивало, словно магнитом, не давало покоя. Ему казалось, что они с ней похожи, очень похожи, словно их объединяет что-то, словно даже через отделяющее их расстояние можно ощутить их незримую связь, родство душ.
ПРОДОЛЖЕНИЕ
Друзья, если вам понравился рассказ, подписывайтесь на мой канал, не забывайте ставить лайки и делитесь своим мнением в комментариях!
Копирование и любое использование материалов , опубликованных на канале, без согласования с автором строго запрещено. Все статьи защищены авторским правом