На заре двадцатого столетия наука психология была подобна дикому фронтиру, где учёные смело бросались в неизведанные просторы сознания и поведения, часто забывая спросить разрешения у морали и совести. Тогдашние исследователи не особо задумывались над вопросом этики, позволяли себе эксперименты, сегодня воспринимаемые обществом как недопустимые зверства. Один из таких ужасающих опытов надолго запечатлелся в истории науки — речь идёт о маленьком мальчике по имени Альберт.
Психолог Джон Уотсон: кто он?
Жил однажды мальчик по имени Джон Бродес Уотсон, родившийся зимой 1878-го в тихом уголке Южной Каролины среди зелени бескрайних лесов и золотистых полей кукурузы. Семья мальчика принадлежала миру глубокой веры и строгих правил. Каждый вздох ребёнка находился под пристальным вниманием родителей, решавших всё заранее и направлявших детские шаги строго по заданному пути.
Но суровая дисциплина воспитывала душу беспокойную и любопытную. С ранних лет Джон мечтал разгадать тайны человеческого разума и стремился постичь природу человеческой души через изучение философии и психологии. Получив образование сначала дома, затем в университете родного города, юный гений вскоре оказался студентом престижного Чикагского университета.
Карьера учёного быстро пошла вверх. Публикация блестящей диссертации и нескольких книг по обучению животных сделала имя молодого исследователя известным далеко за пределами Чикаго. Окружённый признанными авторитетами психологии, Уотсон чувствовал себя уверенно и свободно высказывал дерзкие идеи.
В 1913-м в Нью-Йоркских залах прозвучало громкое выступление ученого, перевернувшее взгляды учёных мужей. В своём манифесте «Психология глазами бихевиориста» Джон провозгласил революционную идею: предметом изучения психологии должно стать не сознание человека, а его внешнее поведение. Эхо этой речи долго звучало по всему научному сообществу.
Вскоре Уотсона избрали президентом американской Ассоциации психологов. Теперь перед ним открылись новые горизонты исследований, выходящие далеко за пределы мира животных...
Эксперимент «Маленький Альберт»
На рубеже XIX–XX веков известный американский ученый-психолог заметил странное явление среди собственных малышей: ни один ребенок его семьи, едва ступивший на порог мира, еще не познал тех глубин страха, что омрачают взрослую жизнь большинства взрослых. Они беспечно улыбались даже перед лицом могучих раскатов небесной канонады — непогоды, взметающей молнии над головой. Внезапная вспышка свечи лишь притягивала детскую ладошку, тянущуюся погладить нежное трепещущее пламя.
Так профессор Джоном Уотсон задумался: возможно ли, что младенцы рождаются совершенно бесстрашными? Возможно ли научить ребенка бояться того, что пока вызывает любопытство и радость?
Психолог вместе со своей верной помощницей Розалией Рэйнер выбрали предметом исследования юного сына одной работницы больницы — 11-месячного малыша по имени Альберт. Ребенок рос тихим, спокойным мальчуганом, ничем не выделявшимся среди сверстников своего возраста. Судьба предоставила случай экспериментаторам — мама дала свое разрешение, сотрудники детдома легко согласились на временное расставание, обещая вернуть младенца спустя несколько недель. Мальчик стал идеален для эксперимента: здоровым телом и открытым умом он олицетворял собой чистый лист жизни, не тронутый страхами взрослого человека.
Начало работы было осторожным, словно исследовательская прогулка по неизведанной земле. Ученые методично представили маленькому добровольцу ряд предметов: пушистую белоснежную крысу, облачко мягкой белой ваты, мягкого милого зайца, веселое лицо Санта-Клауса, нарисованное красками на маске карнавала, а также пылающий край газеты, свернутой трубочкой. И каждый раз малыш встречал эти вещи одинаково дружелюбно, играючи касаясь лапок зверьков и радостно рассматривая предметы, светящиеся теплом огня. Наблюдатель записывал каждую реакцию младенца, фиксируя удивительное отсутствие испуга в глазах маленького путешественника, вступающего в новый мир открытий и познаний.
«Маленький Альберт»: Зловещий эксперимент Джоном Уотсоном
Следующая задача великого учёного заключалась в создании глубокого чувства ужаса в сердце юного Альберта — такого беспомощного существа, наполненного чистой радостью познания мира вокруг себя. Для достижения этой цели был выбран самый милый пушистый зверёк, маленький белый грызун, похожий на белоснежную игрушечную зверушку.
Учёный посадил маленького Альберта посреди уютной игровой комнаты, заставленной яркими предметами, вызывающими улыбки любопытства у каждого ребёнка. Вдруг среди разноцветия игрушек появилась белая крыса, нежная и мягкая, которой невозможно устоять от прикосновения. Однако учёный задумчиво прятал позади малыша металлический лист, приготовленный стать источником громкого ужасающего звука.
Каждый раз, когда крошечные пальчики ребенка осторожно касались мягкой шерстки грызуна, врач резко ударял тяжёлым молотом по металлической пластине. Резкий оглушительный звон проносился по комнате, заполняя пространство зловещим эхом. Маленькое сердечко пугливо сжималось от внезапности и силы шума, навсегда запечатлевая этот миг в памяти младенца.
Повторяя эту жестокую процедуру вновь и вновь, Джон стремился закрепить устойчивые ассоциации между белым пушистым созданием и ужасающим звуком. Вскоре малыш уже боялся даже приблизиться к животному, ассоциируя любое приближение крысы с неприятностью и болью.
Прошло пять долгих тревожных дней ожидания, пока напряжение сохранялось внутри детской души. Наконец, шестого дня младенцу снова предъявляли знакомые игрушки одну за другой. Игрушечные кубики, столик и прочие привычные вещи воспринимались спокойствием и интересом, словно ничего страшного и не произошло. Но стоило лишь показать несчастному малышу белую крысу, как тот немедленно начинал плакать и убегать, демонстрируя явное ощущение опасности.
Тогда профессор представил ребёнку новые предметы, ранее находившиеся рядом с ненавистной белой крысой во время удара молотком. Мальчик никак не реагировал ни на один из них, показывая, что сформировавшийся страх прочно связался исключительно с образом животного, которого теперь искренне боялся маленький Альберт. Таким образом, цель была достигнута: у испытуемого появился чёткий условный рефлекс, ограниченный конкретным раздражителем.
Неоконченное путешествие во тьму души
Очутившись снова в своей лаборатории, профессор Джон Броуди Уотсон задумчиво смотрел на маленького ребенка — живого свидетеля уникального опыта. Рядом тихо сидела Розали Рейнер, преданная помощница, бережно записывающая каждое движение, каждый взгляд младенца.
С самого начала теория Джона казалась дерзновенной: сможет ли ребенок действительно перенять ужас и боязнь незнакомых объектов? Тревожная мысль гнала вперед профессора. Для подтверждения идеи нужно было проверить влияние нескольких простых вещей: пушистого белого кролика, лохматой собачки, мягкой шерстяной одежды и нитей пряжи.
Однако первая встреча оказалась яркой демонстрацией реальности гипотез: едва завидев мохнатого зверька, малыш мгновенно зарыдал, заливаясь слезами ужаса. Собака вызвала меньшую тревогу, шерсть и нити лишь слегка заставляли малыша нервничать, но эти чувства бледнели рядом с первоначальным потрясением, вызванным белой крысой.
Для Уотсона стало ясно одно: чувство страха должно усилиться! Нужно добиться четкого запечатления животного ассоциативного образа в мозгу ребенка. Поэтому началась новая серия экспериментов: ребенок вновь помещался в лабораторную комнату, где белые животные внезапно появлялись вместе с оглушительным громким звуком, эхом прокатывавшимся по стенам. Это повторялось неоднократно, словно заклинание, намеренно запирая пугающий образ глубоко внутри сознания малыша.
И вот результат оказался достигнут: теперь любое новое животное приводило Альберта в состояние полной тревоги. Психолог и его помощник хотели посмотреть, насколько длителен эффект подобного воспитания страха, однако судьба распорядилась иначе. Экспериментальная сессия должна была завершиться через месяц, а мальчик вскоре отправится домой.
Так завершился знаменитый эксперимент «Маленький Альберт», оставив исследователей разочарованными и озадаченными: сколько еще продлится мучительный страх у бедного малыша? Более того, какая ответственность лежит на плечах Джона и Розали за последствия такого вмешательства?
Но ни сам Уотсон, ни кто-либо другой не стали выяснять судьбу маленького Альберта. Что произошло дальше с ребенком? Какие испытания выпали на его долю? Ответы остались неизвестны…
Гнев критики и сомнения науки
По возвращении в научное сообщество Уотсон восторженно делился результатами своих опытов, читал лекции, восхищая слушателей открытиями. Казалось бы, успех гарантирован. Но тут начали звучать первые тревожные голоса недовольства. С одной стороны, большинство экспертов отметили незавершенность эксперимента. Ведь было неясно, надолго ли сохранилось ощущение страха у мальчика. Более того, возникла серьезная этическая сторона вопроса: какое право имел ученый навязывать ребенку такое мощное эмоциональное переживание, которое осталось необратимым последствием?
Становилось очевидным, что феномен формирования страхов происходил не только от звукового воздействия, но и вследствие постоянного контроля со стороны взрослого исследователя. Маленькому испытуемому запрещалось успокаивать себя привычными способами: сосать пальцы, хвататься за знакомые предметы… Эти ограничения неизбежно породили стресс и слёзы, обычные для любого ребенка в подобной ситуации.
Далее обнаружились серьезные искажения в публикациях работ Уотсона. Из книг исчезла важная информация о временных ограничениях эксперимента, зато появились новые подробности вроде медвежонка, которого якобы видел Альберт, хотя никаких доказательств этому не существовало. Так постепенно репутация ученого подверглась сомнению, ведь сделанные им утверждения выглядели недостаточно обоснованными.
«Мои слова опрометчивы и лишены должных фактов, признаюсь честно, — писал позднее Уотсон в учебнике психологии. — Однако мои оппоненты действуют точно так же, выражая собственные убеждения уже тысячи лет подряд.»
Эти проблемы отразились на дальнейшей карьере учёного. Возможно, опасаясь осуждения коллег, Уотсон больше не рискнул повторить подобный опыт с другим ребёнком. Тем не менее он продолжал помогать молодым специалистам-психологам, вдохновляя их новым подходом.
Однажды доктор Мэри Кавер Джонс пришла послушать одну из лекций Уотсона и загорелась идеей создать противоположный метод избавления от детских страхов. Она поняла: нужно найти способ вернуть детям спокойствие, утраченное вследствие подобных манипуляций.
Мэри обратилась к подопечным детского приюта, наблюдая разнообразные детские страхи. Среди её пациентов был двухлетний мальчик Питер, чья история стала символом успеха нового подхода. Испуганный разными животными, он часто плакал и убегал, заметив поблизости какой-нибудь живой объект. Однажды Мэри предложила Питеру лакомство одновременно с появлением питомца. Когда щенок робко приблизился, конфета оказывалась рядом, вызывая улыбку и интерес. Постепенно мальчик перестал воспринимать собак, кошек и прочих четвероногих как угрозу.
Этот случай послужил началом метода десенсибилизации, признанного позже научным сообществом революционным открытием. Впоследствии имя Мэри Кавер Джонс вошло в историю психологии как матери поведенческой терапии, разработавшей эффективный способ преодоления человеческих фобий.