Что общего между Майклом Кёртицем, постановщиком «Касабланки», и молодой актрисой Дрю Бэрримор? Между Белой Лугоши, исполнителем роли Дракулы, и Джо Эстерхазом, сценаристом «Основного инстинкта»? Наконец, что же объединяет пловца Джонни Вайсмюллера, не раз сыгравшего Тарзана в кино, и Питера Фолка (так произносят эту фамилию американцы), небезызвестного хотя бы по телесериалу «Коломбо»? Все они, как и режиссёры мирового уровня Миклош Янчо и Иштван Сабо, имеют прямое или косвенное отношение к Венгрии.
Давно интересуясь темой национального происхождения известных деятелей кино и детально разработав пока что «российский след» (см. статью «Россия - родина кино» в первом томе), я всегда предполагал, что на третьем месте по числу кинематографистов в мире (но только за пределами своей непосредственной или исторической родины) вслед за выходцами из России и Италии должны оказаться те, кто имеет венгерское происхождение.
Однако я никак не мог ожидать, что их общее количество составит более сотни имён. Причём мною не учитывались все родившиеся на территории бывшей Австро-Венгрии, например, там, где ныне находятся Австрия, Польша, Чехия, Словакия и Украина. А принимался в расчёт лишь венгерский ареал, кроме того, венгры по национальности, работающие в других странах, и ещё несколько деятелей кино, которые появились на свет далеко от Венгрии, но всё же несут в себе долю венгерской крови.
Багдадский вор по-венгерски
Ни для кого не является секретом, что среди наиболее прославившихся выходцев из Венгрии находятся три брата Корда - Александр (Шандор Ласло), Золтан и Винсент, родившиеся в венгерской пуште около местечка Тюркеве (правда, их настоящая фамилия звучит не по-венгерски - Кельнер). А после «красной революции» 1919 года уехали первоначально в Германию, затем ненадолго в США, но нашли истинную родину в Англии.
Старший Корда, режиссёр и продюсер, даже был удостоен в 1942 году рыцарского звания от британской королевы, поскольку без преувеличения стал ведущим кинематографистом Великобритании в 30-40-е годы, лично сняв такие признанные фильмы, как «Частная жизнь Генриха VIII», «Рембрандт», «Леди Гамильтон», и выступив продюсером целого ряда картин. Вокруг него сгруппировалась целая плеяда деятелей кино разных профессий родом из Венгрии.
Не только его два младших брата (режиссёр и художник, работавшие вместе над лентами «Маленький погонщик слонов», «Барабан», «Четыре пера», «Багдадский вор», «Книга джунглей», «Сахара»), но и сценарист Лайош Биро (в конце 20-х он успел поработать в Голливуде и даже оказаться номинантом «Оскара» за сценарий «Последнего приказа»), композитор Миклош Рожа. Последний, прославившись в США благодаря «Багдадскому вору», был 16 раз соискателем премии Американской киноакадемии и трижды её получал (за музыку к фильмам «Заворожённый», «Двойная жизнь» и «Бен Гур»).
Всеми любимая «Касабланка»
Одной из самых нежно почитаемых лент в истории американского кино является «Касабланка», которую поставил Майкл Кёртиц (в Венгрии он был Михаем Кертесом), плодовитый режиссёр (около 160 картин, из них почти сотня - после переезда из Европы в США), работавший в самых разных жанрах (криминальный фильм «Ангелы с грязными лицами», приключенческий «Морской ястреб», вестерн «Вирджиния-сити», музыкально-биографический «Янки дудль денди»...). Известен забавный факт из его кинобиографии: на съёмках «Атаки лёгкой бригады» Кёртиц кричал по-английски неграмотную фразу: «Гоните пустых лошадей», но в ответ на едкие замечания членов съёмочной группы демонстрировал уверенные познания в американских ругательствах. У него, как и у братьев Корда, нередко снимались другие выходцы из Венгрии - актёры Петер Лорре, Бела Лугоши («неподражаемый Дракула» тоже нещадно коверкал английскую речь) и С.З. Сакалл (его настоящее имя - Сёке).
И венгры заложили Голливуд
Не одним лишь приезжим из царской России принадлежит честь основания Голливуда, его ведущих кинокомпаний. Адольф Цукор, родившийся в Венгрии ещё в 1873 году, пятнадцатилетним подростком эмигрировал в США, где первое время подметал улицы у магазинов в Нью-Йорке, потом потихоньку занялся торговым бизнесом, в 1905 году встретился с Маркусом Лоу, владельцем сети кинотеатров. Спустя семь лет умудрился сколотить небольшое состояние на прокате короткометражной европейской ленты «Королева Елизавета» и создать свою фирму Famous Players, подписал выгодный контракт с восходящей звездой Мэри Пикфорд, в 1916 году объединился с компанией Джесси Лэски. Поглотив небольшую фирму Paramount, они присвоили себе это звучное ныне во всём мире название - но ведь славу одному из супергигантов Голливуда принёс именно Цукор, который получил в 1949 году специальный «Оскар» за вклад в киноиндустрию и спустя четыре года издал книгу со знаменательным заглавием «Публика никогда не ошибается». А дожил до непостижимого возраста - оставаясь до 103 лет почётным председателем совета компании Paramount.
У Уильяма Фокса, который младше Цукора на шесть лет, была столь же захватывающая судьба, как и у нашего (родом из Рыбинска) Джозефа Скенка, его тесного партнёра по кинобизнесу. Основанная Фоксом компания слилась с фирмой «ХХ век» в 1935 году, но если Скенк спустя 4 года попал за махинации на четыре месяца в тюрьму, то Фокс, пытавшийся подкупить судью, провёл за решёткой уже полгода, выйдя, заплатил все долги, а потом неплохо жил на проценты, получаемые от вовремя купленных им патентов на изобретения, в частности, на немецкую звуковую систему Tri-Ergon. Правда, умер Уильям Фокс значительно раньше, чем Адольф Цукор, - в возрасте 73 лет.
Другой «последний магнат Голливуда» - Джо (Йозеф) Пастернак, который тоже юношей покинул Венгрию после первой мировой войны, был в США кондуктором, официантом, в 1923 году стал вторым ассистентом режиссёра в Paramount, потом перешёл в Universal. Но успешную карьеру сделал в Европе в начале 30-х годов благодаря музыкальным комедиям австрийца Генри Костерлица с участием популярной венгерской актрисы Франчески Гааль (по некоторым сведениям, эту певицу из будапештского кабаре звали Фанни Зильверич) - «Паприка», «Петер», «Маленькая мама», «Катерина последняя». Приехав в 1935 году в Америку вместе с Костерлицем, ставшим просто Костером, Пастернак практически спас Universal от финансового краха, заключив контракт с новой звездой Диной Дурбин («Три милых девушки», «Сто мужчин и одна девушка», «Первая любовь», «Весенний парад», «Это началось с Евы»). А также помог теряющей популярность Марлен Дитрих после разрыва с Джозефом Штернбергом, заняв её в новом амплуа в картинах «Дестри снова в седле», «Семь грешников», «Красотка Нового Орлеана».
В качестве продюсера-представителя кинокомпании Джо Пастернака выступал в ряде подобных фильмов 40-х годов ещё один выходец из Будапешта - Ласло Бенедек, который затем дебютировал в режиссуре, поставив в начале 50-х две значительные работы - «Смерть коммивояжёра» и «Дикарь». А сам Пастернак продолжал продюсировать музыкальные ленты и комедии - «Поднять якоря!», «В старые добрые времена», «Летний лагерь», «Великий Карузо», «Люби меня или покинь».
Песня без конца
Кстати, последнюю из вышеназванных картин снял Чарльз Видор, который родился в Будапеште, был лейтенантом пехоты на первой мировой войне, стажировался на студии УФА в Берлине. В 1924 году перебрался в США, где прошёл путь от певца в вагнеровских операх до постановщика разнообразных по жанру фильмов (от триллера «Гилда» до экранизации романа «Прощай, оружие»), включая музыкальные («Рапсодия», «Песня без конца»). По стечению обстоятельств, эта кинопесня о Франце Листе была прервана из-за смерти Видора, но всё-таки съёмки закончил Джордж Кьюкор, один из наиболее «европейских» режиссёров Голливуда («Давид Копперфильд», «Ромео и Джульетта», «Дама с камелиями», «Газовый свет», а также масса других утончённых картин о «маленьких женщинах» и «женщинах»). Пусть он и появился на свет в Нью-Йорке накануне ХХ века, но во втором поколении тоже был выходцем из Венгрии.
Между прочим, ещё в начале своей карьеры в кино Кьюкор делал фильм «Один час с тобой», своего рода римейк «Брачного круга» немецкого режиссёра Эрнста Любича, «короля салонных комедий», который, будучи продюсером, сам решил закончить съёмки, оставив Джорджа Кьюкора своим ассистентом. Так прочерчивается связь между разными поколениями, а с другой стороны, между европейским и американским кинематографом. Ведь именно Любич часто обращался к венгерскому материалу и привлекал для совместной деятельности различных киномастеров, венгров по происхождению. С ним сотрудничали, помимо уже упомянутых Винсента Корды и Миклоша Рожи, драматурги Эрнест Вайда (сценарист любичевских лент «Любовный парад», «Прерванная колыбельная», «Улыбающийся лейтенант», «Монте-Карло», «Весёлая вдова») и Мельхиор Лендьел (номинант «Оскара» за сюжет «Ниночки», соавтор сюжета «Быть или не быть»).
В качестве монтажёра у Любича в конце 20-х годов в США работал Эндрю (Эндре) Мартон из Будапешта, который потом уже как режиссёр пытался зарекомендовать себя в Германии, Великобритании, вновь в США. Но, как ни странно, наибольшую известность приобрёл в качестве сопостановщика, справлявшегося с громадным отснятым материалом («Копи царя Соломона», «Самый длинный день» - кстати, ещё одним режиссёром являлся во втором случае известный немецкий актёр и постановщик Бернхард Викки, родом из Австрии, но со швейцарско-венгерскими корнями). Или же Мартон был энергичным режиссёром второй группы в других эпических и зрелищных лентах (уже называвшаяся экранизация «Прощай, оружие», а также «Бен Гур», «Клеопатра», «55 дней в Пекине», «Падение Римской империи», «Герои Келли», «Уловка 22»), внося немалый вклад в эти произведения, например, считаясь фактическим создателем мощной сцены гонок на колесницах в «Бен Гуре».
Искательницы богатых мужей
У того же Эрнста Любича дебютировала в 1945 году актриса Ева Габор («Королевский скандал»). Потом играла в картинах «Последний раз, когда я видел Париж», «Художники и натурщицы», «Жижи». Ева была младшей из сестёр Габор, но первой из них приехала из Будапешта в Голливуд. Старшая сестра ЖаЖа Габор (настоящее имя - Шари), в 1936 году став «Мисс Венгрия», тоже снималась в кино («Мулен-Руж», «Лили», «Печать зла», «Пепе»), но прежде всего скандально известна по своим многочисленным бракам (всего - девять, включая союз с владельцем отелей Конрадом Хилтоном), и её называли «самой дорогой куртизанкой со времён мадам де Помпадур». А ещё одна сестра Магда Габор умудрилась спустя 13 лет после ЖаЖы на короткий срок стать супругой её прежнего мужа, актёра Джорджа Сэндерса.
Точно так же и Ева Барток (в Венгрии - Ева Марта Сёке) большую славу приобрела за пределами экрана. Будучи замеченной в конце 40-х годов Александром Паалом, английским продюсером венгерского происхождения, вышла за него замуж, снялась под присмотром Паала в картине «История пяти городов». Но расставшись с ним, побывала замужем за публицистом Уильямом Уордсвортом, затем за немецким актёром Курдом Юргенсом (вместе играли в лентах «Последний вальс», «Восточный экспресс» и «Без тебя будет ночь»), и последующие романы Барток значили больше, нежели фильмы с её участием.
Девушки нашей мечты
Но несмотря на то, что очаровательные венгерки не раз соблазняли актёров, богачей и политиков, сами становились знатными аристократическими особами или преуспевающими наследницами, они царствовали также и в кино, превращаясь в истинные символы своего времени.
Лиа де Путти, дочь венгерского барона и жена графа, начинала танцовщицей в будапештских водевилях, занималась балетом в Берлине, стала звездой немецкого немого кино («Индийская гробница», «Призрак», «Варьете», «Манон Леско»), потом снималась в США - и именно её имиджу подражает героиня Лайза Миннелли в «Кабаре».
Уже упомянутая Франческа Гааль была популярной в первой половине 30-х годов, но оставшись без чуткого руководства Джо Пастернака и Германа Костерлица, снялась в Голливуде только в трёх картинах (включая «Пират» Сесила Блаунта Де Милля), в 1940 году навестила свою мать в Венгрии, где и осталась не у дел на протяжении всего военного времени.
Но этот же драматический период в истории отнюдь не помешал взлёту звёздной карьеры ещё одной венгерки - Марики Рёкк (подлинное имя - Илона), которую, говорят, обожал Гитлер, а направлял в кино её немецкий муж, режиссёр Георг Якоби («Нищий студент», «Кора Терри», «Женщины - всё же лучшие дипломаты» - название говорит само за себя, наконец, знаменитая «Девушка моей мечты»).
Муж секс-символа и порнозвезда в парламенте
Напротив, венгр Микки Харгитаи известен как спортсмен, который завоевал звание «Мистер Вселенная», а в 1958-64 годы стал мужем американской актрисы и секс-символа Джейн Мэнсфилд, тогда соперничавшей с самой Мэрилин Монро. Бурная и драматическая жизнь Харгитаи и Мэнсфилд послужила в 1980 году основой для телефильма «История Джейн Мэнсфилд» (в роли Микки выступил только начинавший на актёрском поприще другой супер-культурист Арнольд Шварценеггер). А спустя 8 лет сам Харгитаи вместе с дочерью Маришкой (плод супружеской любви с Мэнсфилд) сыграл в посвящённой ему же венгерской ленте «Мистер Вселенная», которую поставил Дьёрдь Сомьяш.
Ещё одна «прекрасная Илона» по фамилии Сталлер и с псевдонимом Чиччолина сначала смущала нравы итальянцев в откровенных порнокартинах, потом двинулась прямиком в политику и стала заседать в парламенте, порой устраивая провокационные акции в Италии и за её пределами, в том числе у нас в России, на пару с Жириновским.
Служители политики - по доброй воле и поневоле
Но задолго до Чиччолины своеобразными проповедниками правящей идеологии, причем в её крайнем нацистском варианте, оказались такие режиссёры из Венгрии, как Арцен фон Черепи (его немецкий фильм «Король Фридрих» 1922 года был объявлен Геббельсом в качестве модели историко-биографического произведения), Йозеф фон Баки («Мюнхгаузен» создан по личному приказу Геббельса к 25-й годовщине киностудии УФА). Будапештец Аттила Хёрбигер, в отличие от старшего брата Пауля (он получил известность в Германии ещё в конце 20-х - «Шпионы» Фрица Ланга, «Асфальт» Джо Мая), не ограничился политически нейтральными ролями в бесчисленных комедиях и опереттах (например, у неплохо процветавшего в 30-40-е годы своего соотечественника Гезы фон Больвари), а сыграл в 1941 году вместе с австрийской женой Полой Вессели в фашистском фильме «Возвращение на родину» Густава Уцицки, одного из лидеров кино Третьего рейха.
Оператор Габор Погани в военные годы сменил один диктаторский режим на другой, переехав из Венгрии в Италию, однако зарекомендовал себя как крепкий профессионал, снимающий чаще всего комедии по-итальянски, хотя и в его активе позднее можно было обнаружить социальные и даже антифашистские картины, как, например, «Чочару» Витторио Де Сики. Сын Кристиано Погани продолжил уже в начале 90-х годов операторскую деятельность отца, но работы Погани-младшего вполне заурядны и не несут черт индивидуального стиля.
Беглецы
Другие деятели кино (в первую очередь венгерские евреи) благоразумно предпочли покинуть хортистскую Венгрию или гитлеровскую Германию. Режиссёр Пауль Циннер, успешно работавший с немецкими актёрами Эмилем Яннингсом, Конрадом Фейдтом и Элизабет Бергнер (она стала его женой), решил обосноваться в Великобритании, где снискал признание лентами «Катерина Великая», «Как вам это понравится», «Мечтающие уста», «Украденная жизнь», а также рядом фильмов-опер и балетов. К классике, особенно к творчеству Бернарда Шоу, испытывал интерес продюсер («Пигмалион») и режиссёр («Цезарь и Клеопатра») Габриэль Паскаль, прежде проделавший почти традиционный путь из Венгрии через Австрию и Германию в Англию.
А Эмерик (Имре) Прессбургер начинал как сценарист в Германии на фильмах Роберта Сиодмака и Макса Офюльса, в 1933 году перебрался во Францию, где написал ещё три сценария, потом по неоформленному паспорту уехал в Великобританию и только в 1938 году был приглашён Александром Кордой для сотрудничества и познакомился с английским постановщиком Майклом Пауэллом. Именно с ним создал большинство своих известных работ («49-я параллель», «Один из наших самолётов пропал», «Жизнь и смерть полковника Блимпа», «Вопрос жизни и смерти», «Красные башмачки», «Сказки Гофмана»), был пятикратным соискателем «Оскара», оказал влияние на английское кино и являлся в 1942-56 годы также совладельцем компании The Archers.
Ещё один видный представитель венгерской диаспоры в англоязычном кино - Джордж Пал. Он был художником в Будапеште и Берлине, затем делал кукольные короткометражки в Нидерландах, с 1940 года - в Голливуде, и уже через три года получил специальный «Оскар» за свои эксперименты в кукольном кино. Позже Пал трижды удостаивался премий Американской академии за спецэффекты в фильмах «Направление - Луна», «Когда сталкиваются миры» и «Война миров», кроме того, три картины, созданные им в качестве продюсера и режиссёра («Мальчик-с-пальчик», «Машина времени» и «Семь лиц доктора Лао»), отмечались «Оскарами» за достижения в области визуальных эффектов. А учеником Джорджа Пала в начале 30-х годов в Германии являлся венгерский аниматор Джон Халас, который в 1934 году уехал в Великобританию, где встретился с Джой Бачелор, женился на ней и основал совместную фирму, выпустившую ряд анимационных лент - среди них наибольший резонанс имели «Скотный двор» (антитоталитарная притча по Джорджу Оруэллу) и «Автомания 2000».
Американский актёр Пол Лукас (настоящее имя - Пал Лукач), который ещё в 1922 году был Самсоном в «Самсоне и Далиле» Александра Корды, специализировался в основном на ролях немцев (например, «Леди исчезает», «Признания нацистского шпиона»). Но знаменательно, что наибольший успех и ряд премий, включая «Оскар», имела его антинацистская роль в спектакле на Бродвее, повторенная в кино («Дозор на Рейне»).
Венгерские евреи во Франции - композитор Жозеф Косма (или Йожеф Козма) и художник Александр Траунер, получившие широкое признание до войны, сотрудничая соответственно с Жаном Ренуаром и Марселем Карне, в годы оккупации были вынуждены скрываться в подполье, выступать в кино («Вечерние посетители» и «Дети райка» Карне) под псевдонимами. Но после освобождения заслуженно стали одними из ведущих деятелей кино Франции, признанными во всём мире мастерами. Траунер, удостоенный «Оскара» (фильм «Квартира») и трёх «Сезаров» (за «Месье Клейна» - как раз о периоде оккупации, а также за «Дон Жуана» и «Подземку»), пережил своего ровесника почти на 25 лет и продолжал творить в кинематографе уже на девятом десятке.
Венгры любят авантюры
Любопытно, что более коммерческие режиссёры Александр Эсвэ и Ришар Поттье (на самом деле - Эрнест Дойч из Будапешта), бывший ассистент Джозефа Штернберга в Германии, спокойно и без проблем снимали во Франции до, во время и после войны - оба делали комедии с участием Фернанделя, а Поттье - также детективы, мелодрамы, лжеисторические «пеплумы». Самая его известная картина - «Железная маска» по Александру Дюма. А уже упоминавшийся Пол Лукас сыграл в 1935 году Атоса в очередной экранизации «Трёх мушкетёров». Американец Корнел Уайлд (у его родителей - венгерско-чешское происхождение) побывал на экране не только Шопеном («Песнь, которую надо запомнить») или Омаром Хайямом в одноимённой ленте, но и Аладдином («Тысяча и одна ночь»), сыном Робин Гуда («Бандит из Шервудского леса»), дважды Д’Артаньяном («Скрестив шпаги» и «Пятый мушкетёр»), Ланселотом («Ланселот и Гинерва»). Можно вспомнить, что один из классиков раннего венгерского кино Пал Фейош тоже имел склонность к чему-то авантюрному - в 1931 году снял во Франции свою версию «Фантомаса», а потом путешествовал по разным странам мира: от Австрии и Дании до Индии, Мадагаскара и Перу, занимался антропологическими исследованиями, словно игнорируя военные времена.
Андре Де Тот (Эндре Тот), сын офицера-гусара, дебютировал в конце 30-х в Венгрии, затем был режиссёром второй группы на приключенческих картинах братьев Корда «Багдадский вор и «Книга джунглей», позже неожиданно стал мастером криминальных лент («Волна преступности»), фильмов ужаса («Музей восковых фигур») и вестернов («Индейский боец», «День человека вне закона»). Стив Секели (настоящее имя - Иштван) снимал на родине комедии и мелодрамы, а в США и Англии - ленты с ужасами («Месть зомби»), триллеры («Шрам») и фантастические картины («День триффидов»). Ладислао Вайда, сын сценариста Ласло Вайды, сотрудничавшего на рубеже 20-30-х годов в Германии с одним из лучших немецких режиссёров Георгом Вильгельмом Пабстом («Любовь Жанны Ней», «Ящик Пандоры», «Западный фронт 1918», «Трёхгрошовая опера», «Солидарность»), словно вопреки традициям отца, ориентировался на коммерчески успешное кино всевозможных жанров, работал в Великобритании, Италии, Испании, ФРГ (там поставил в 1959 году популярный фантастический фильм «Человек проходит сквозь стену»).
Между прочим, и современные постановщики с венгерскими связями (Тибор Такач в Канаде, Питер Сасди в Великобритании, Шандор Стёрн и Иван Надь в США) тяготеют к «страшным лентам» и триллерам. А наиболее интересный среди них - Питер Медак, который является режиссёром насыщенных мрачным юмором картин «Правящий класс» и «Ромео истекает кровью», снял также два фильма ужасов - «Подмена ребёнка» и «Особь II», а ещё пародийно-авантюрную ленту «Зорро, гей-клинок».
Третья волна венгерской эмиграции
Кстати, Медака следует отнести уже к третьей волне эмиграции из Венгрии, если первой считать массовый отъезд после 1919 года, а второй - растянувшееся для многих на несколько лет расставание с родиной в 30-е годы и накануне войны. Питер Медак, родившийся в 1937 году, вынужденно покинул Венгрию после событий 1956 года, как это сделали ныне всемирно признанные американские операторы Ласло Ковач («Беспечный ездок», «Пять лёгких пьес», «Бумажная луна», «Нью-Йорк, Нью-Йорк», «Фрэнсис») и Вилмош Жигмонд («МакКейб и миссис Миллер», «Избавление», «Пугало», «Близкие контакты третьего вида», «Охотник на оленей», «Врата рая»). Так же поступили не лишённый провокационности сценарист Джо Эстерхаз («Основной инстинкт», «Щепка», «Шоу-гёрлс»), часто рискующий продюсер Эндрю Вайна (трилогия о Рэмбо, «Красная жара», «Полный возврат памяти» / «Вспомнить всё», «Цвет ночи», «Никсон», «Алая буква»), актёр французской «новой волны» Ласло Сабо («На двойной поворот ключа», «Безумный Пьеро», «Уик-энд»), потом игравший в картинах «Признание», «Последнее метро», «Ночи полнолуния», «Невыносимая лёгкость бытия».
Однако ещё до бегства после подавленного мятежа 1956 года некоторые из тогдашних деятелей кино покидали страну в начальный период становления социалистической Венгрии под тем или иным предлогом. Допустим, Геза фон Радваньи, вроде бы причисленный к фаворитам коммунистического режима за ленту 1948 года «Где-то в Европе» по сценарию Белы Балажа, теоретика кино и педагога, который ранее сотрудничал в Германии с Лени Рифеншталь и Георгом Вильгельмом Пабстом, а потом находился в эмиграции в СССР. Радваньи предпочёл снимать в 50-60-е годы во Франции, Италии и ФРГ более зрелищное и неидеологическое кино. И другой постановщик Иштван Сеч, имевший дело с Балажем как сценаристом («Песнь о нивах»), в 1957 году уехал в Австрию, ограничившись там съёмкой документальных фильмов.
В 1947 году простился с Венгрией 21-летний будущий американский оператор Эндрю Ласло, на счету которого такие картины, как «Раз картошка, два картошка», «Ты теперь большой парень», «Влияние гамма-лучей на рост маргариток», «Воины», «Первая кровь» (то есть «Рэмбо 1»), «Улицы в огне», «Внутренний космос». Тогда же, ещё ребёнком, был вывезен из страны Карл Шульц, который стал режиссёром в Австралии («Осторожно, он может услышать», «Поездка на север»), а в США снял, конечно же, как и подобает венгру, фильм ужасов «Седьмое знамение».
Наконец, среди эмигрантов начала 70-х годов оказались Ян Кадар (хотя он прославился в чехословацком кинематографе вместе с Эльмаром Клосом, например, своим оскароносным «Магазином на площади», но ведь родился в Будапеште под именем Янош), к сожалению, потом неудачно работавший в США и Канаде, и Янош Хершко, который преподавал кино и телевидение в Стокгольме, сыграл небольшую роль в датском «Элементе преступления», снял в 1990 году документальную ленту «Встречи (Валленберг)».
По дороге
Именно так назывался фильм Марты Месарош, поставленный ею в совместном венгерско-польском производстве. Строго говоря, эту вынужденную странницу, которая жила и в СССР, и в Румынии (там сразу после окончания ВГИКа сняла несколько документальных картин), нельзя считать кинематографисткой вне Венгрии, потому что её работы, созданные в сотрудничестве с Францией («Наследство», «Мать, дочь») или Канадой («Красная Шапочка»), всё-таки являются одновременно венгерскими. Другое дело - Миклош Янчо со своим оператором Яношем Кенде (их ленты «Пацифистка», «Техника и ритуал», «Рим вновь хочет Цезаря», «Частные пороки, общественные добродетели», «Рассвет» поставлены на Западе без участия Венгрии) или Иштван Сабо с оператором Лайошем Кольтаи (несколько телефильмов в ФРГ, а также английская «Встреча с Венерой»). Кроме того, Кенде и Кольтаи, как и Элемер Рагайи, подтверждают высокую школу венгерского операторского искусства и теперь нередко самостоятельно выступают за пределами своей страны. Режиссёру Томашу Тоту, окончившему ВГИК, тоже нравится работать не в Венгрии, а в России («Дети чугунных богов», «Наташа»). Продюсер Андраш Хамори ныне возглавил известную канадскую компанию Alliance. Можно сказать, что попутно снимаются не в венгерских картинах актрисы Анна Селеш (вообще-то она родилась в Румынии и признана в обеих странах), Тери Тордаи (часто появляется в немецких и австрийских лентах). Имидж якобы заезжей венгерки Эстер Балинт остроумно использован американцем Джимом Джармушем в фильме «Чужероднее рая», но на самом деле она является дочерью авангардного театрального режиссёра из Нью-Йорка, играла также в картинах «История с ограблением», «Тень и туман».
Кто бы мог подумать...
Никогда не угадаешь, что доведётся узнать о вроде бы известной личности в следующий момент. Вот и по сведениям из Интернета выясняется, что Дрю Бэрримор по матери является венгеркой (забавно, что её дед, Джон Бэрримор-старший, ещё в фильме «Полночь» 1939 года исполнял роль внезапно влюбившегося в венгерскую графиню). Джонни Вайсмюллер, олимпийский чемпион по плаванию вольным стилем и экранный Тарзан, тоже имел родителей с венгерскими корнями. Наполовину венгр, наполовину итальянец Питер Фолк - не только телевизионный сыщик Коломбо, но и хороший актёр в интеллектуальных лентах Джона Кассаветеса («Мужья», «Женщина под влиянием») и Вима Вендерса («Небо над Берлином», «Так далеко, так близко»). Шерлоком Холмсом на телеэкране был Рональд Хауард, также снимавшийся в картинах «Версия Браунинга», «Бабетта идёт на войну», «Уик-энд в Зюйдкоте». Однако более популярен его отец Лесли Хауард (настоящая фамилия Стайнер), который родился в Лондоне в семье венгерских эмигрантов, играл в фильмах «Услуги для дам», «Улыбающийся лейтенант», «Окаменевший лес», «Ромео и Джульетта», «Пигмалион» (и сопостановщик), «Унесённые ветром» (в роли Эшли), «Пимпернел Смит» (и режиссёр, продюсер), «49-я параллель».
Все профессии для венгров хороши
Напоследок приходится уже скороговоркой перечислить имена других выходцев из Венгрии - режиссёров Джона Ауэра («Город, который никогда не спит») и Джорджа Кацендера («Одинокая Шанель»), актёров Дж. Эдварда Бромберга, Стивена Джерея (Штефана Дьёрдьяи), телекомика и киноактёра Эрни Ковача, актрис Вильму Банки и Зиту Иоганн, актрис и певиц Марту Эггерт и Илону Масси, актрису и танцовщицу Мици Гейнор, операторов Эрнеста Ласло (восьмикратного номинанта «Оскаров» и обладателя этого приза за «Корабль дураков»), Джона Олтона и Жана Бадаля, оператора и режиссёра Николя Фаркаша, аниматоров Жана Имажа и Петера Фолдеша, художника Уильяма С. Дарлинга (урождённый Вильгельм Шандорхази имел семь номинаций на «Оскар», 3 премии за фильмы «Кавалькада», «Песнь Бернадетт» и «Анна и король Сиама»), художника и режиссёра Эрно Мецнера, сценаристов, оскаровских номинантов - Гезу Херчега («Жизнь Эмиля Золя») и Ласло Горога («Романы Сьюзен»), композитора Зигмунда Ромберга, монтажёра Эдварда Варшилку.
Раскопав всё это, начинаешь себя самого чувствовать венгром, хотя во мне есть по линии отца лишь доля польской крови. Значит, придётся когда-нибудь в будущем заняться поляками в мировом кино.