Это вовсе не Малевич с Квадратом, не те, что в церкви танцевали и даже не псих, котрый прибивал разное к брусчатке Красной площади. Это Сергей Бугровский из Липецка. К большому сожалению, уже покойный.
Про Богему я написал книжку – тут ее можно прочитать бесплатно – масса интересного и неожиданного
Мало кто, к примеру, знает, что кроме премии за сомнительные достижения в области шоу-бизнеса «Серебряная калоша» и приза за бессмысленные научные изобретения – «Шнобелевской премии», есть еще и награда за самое мерзкое произведение визуального искусства – конкурс имени Павла Шердановича, американского художника начала ХХ века, которого современники называли «позором культуры», а сам он про свое творчество говорил не иначе как «богохульство против современного искусства». Премия вручается раз в году в США. Для этого собираются произведения со всего мира и в интернете проводится голосование, что гаже. Кто набрал больше всех «фу» тот и победил. Худшим художником мира Сергея признали в 2010 году с картиной «Сидящая модель». Сомнительной награде он искренне радовался и говорил, что это и есть истинное признание. Говорил, что у него изначально была такая установка, что большое количество людей вместе не могут быть правы. Еще Толстой говорил, что у народа очень плохой вкус. Раз картину ругает большинство зрителей, значит на самом деле она великолепная. С этой точки зрения премия Шердановича – самая серьезная победа в творческой биографии для любого художника.
Работ у Сергея много – что создаются, что показываются они сериями. Его очень трудно, практически невозможно оценить по одной картине – он не производитель штучной продукции, а автор особого художественного взгляда. Потому-то один из проектов, демонстрировавшийся в Петербурге и назывался «Живопись после картины». Это была попытка поразмышлять о живописи как процессуальном искусстве, отделенном от конечного результата – картины. Точно таком же виде искусства как пение, танец или музыка.
С этой точки зрения интересен самый известный проект Сергея – боди-принт. Тут тебе и конечный результат – полотно в краске и сам процесс создания картины, демонстрирующийся в виде перформанса. Как раз на таком действе в Петербурге мы и познакомились. Состоялось оно в графическом кабинете Малого Манежа. В рамках перформанса Сергей мазал краской голую модель и валял ее по большим кускам бумаги. Получившийся результат там же демонстрировался как готовое произведение искусства. А что? Очень даже забавно смотрится. Если натренироваться чтобы отпечатки получались не смазанные выходит красиво – с…и и п…а особенно хорошо отпечатываются. О процессе создания боди-принта Сергей рассказывал много и охотно. Дескать, все это – и действо и результат нарушение табу обнаженного тела, призванное не просто отображать прекрасную обнаженную натуру, а рисовать прямо на ней. Реализация естественного художественного инстинкта, желания работающего с моделью живописца нанести краску на самую идеальную из существующих поверхностей – человеческое тело. Дословно Сергей говорил, что волнение художника, наносящего краску на поверхность и волнение мужчины, прикасающегося к женскому телу очень сходны. Сергей долго смешивал разные краски, а потом в строгом порядке мазал ими девиц и далее раскладывал их по поверхностям, помогая аккуратно переворачиваться – зрелище и в самом деле неординарное получалось, да и результат тоже – отпечаток в натуральную величину с названием, например, «Память». Хотя название тут не принципиально – оно подходит вообще любое – «Любовь», «Жизнь». «Прекрасное» - в данном случае уместно все.
Другой, не менее известный перформанс состоялся в садике Фонтанного дома – художественное осмысление БДСМ-фишки с фут-фетишизмом. Симпатичная девица топтала босыми ногами большой торт. Я все это снимал в упор крупными планами, а по окончании от растоптанного торта съел несколько кусков. Смыслов масса – не только надругательство над прекрасным, но и попытка поразмышлять что такое торт в современном исполнении: сочетание пальмового масла, которое вызывает рак, и жир, от которого толстеют и в конечном счете умирают. Так что такой поступок не что иное как уничтожение прекрасных цветов зла – прямо по Бодлеру.