Бард, отряхнув хвою, остолбенел. Воздух заполнили светящиеся сферы. Как огромные мыльные пузыри малинового, золотого, сиреневого свечи, они плавно скользили меж берез. Я спрятался за дуплистым буком. Одна сфера направилась к ручью. Коснувшись воды, растеклась плазменной плёнкой, затем снова сформировалась, забрав микрокаплю. Это был не призрак. Шарик спустился рядом. Внутри мерцал зеленый кристалл. Он растекся, показав образы: космос, планету с бледно-голубыми кристаллическими лесами. Прочувствовалось послание гармонии. Я кивнул. Сфера теплилась. Созревший лист коснулся её – и обратился в пыль искрящегося серебра. Наблюдатель не стал испытывать судьбу. Облако сфер поднялось, уменьшаясь до блеска звезд. На душе стало легко.
Бард, отряхнув хвою, остолбенел. Воздух заполнили светящиеся сферы. Как огромные мыльные пузыри малинового, золотого, сиреневого свечи, они плавно скользили меж берез. Я спрятался за дуплистым буком. Одна сфера направилась к ручью. Коснувшись воды, растеклась плазменной плёнкой, затем снова сформировалась, забрав микрокаплю. Это был не призрак. Шарик спустился рядом. Внутри мерцал зеленый кристалл. Он растекся, показав образы: космос, планету с бледно-голубыми кристаллическими лесами. Прочувствовалось послание гармонии. Я кивнул. Сфера теплилась. Созревший лист коснулся её – и обратился в пыль искрящегося серебра. Наблюдатель не стал испытывать судьбу. Облако сфер поднялось, уменьшаясь до блеска звезд. На душе стало легко.
