Найти в Дзене

Комедия без переводчика, или Как Галкин* осваивает мову

Максим Галкин снова в центре внимания. На этот раз не за шутки, а за позор. Комик, ныне иноагент, попытался пообщаться с украинской журналисткой на её родном языке, но устроил настоящий лингвистический крах. Где мова, там и пауза. И чем дольше он говорил, тем больше хотелось нажать Stop. Казалось бы, человек с карьерой, сценой, аудиторией, сотнями пародий за плечами — ну неужели не может выучить хотя бы одну фразу на украинском? Или хотя бы сымитировать знание? Но нет. Галкин* решил блеснуть знанием мовы на фестивале «Рандеву» в Юрмале, устроенном Лаймой Вайкуле. Получилось... ну скажем так, как у Кличко, если бы тот забыл все слова, кроме «эээ». «Ну... менi це... эээ... менi це дуже... нi ну це... це питання... яке не...» Это только первая половина его «великого монолога». Раньше Галкин* был «голосом пародий», теперь — лицом замешательства. Публика, конечно, хлопала. Ну, как хлопают вежливые люди на похоронах хорошей шутки. Всё действо больше напоминало грустный стендап без шуток, зат

Максим Галкин снова в центре внимания. На этот раз не за шутки, а за позор. Комик, ныне иноагент, попытался пообщаться с украинской журналисткой на её родном языке, но устроил настоящий лингвистический крах. Где мова, там и пауза. И чем дольше он говорил, тем больше хотелось нажать Stop.

Автор: В. Панченко
Автор: В. Панченко

Галкин*, мова и катастрофа в прямом эфире

Казалось бы, человек с карьерой, сценой, аудиторией, сотнями пародий за плечами — ну неужели не может выучить хотя бы одну фразу на украинском? Или хотя бы сымитировать знание? Но нет. Галкин* решил блеснуть знанием мовы на фестивале «Рандеву» в Юрмале, устроенном Лаймой Вайкуле. Получилось... ну скажем так, как у Кличко, если бы тот забыл все слова, кроме «эээ».

«Ну... менi це... эээ... менi це дуже... нi ну це... це питання... яке не...»

Это только первая половина его «великого монолога».

Раньше Галкин* был «голосом пародий», теперь — лицом замешательства. Публика, конечно, хлопала. Ну, как хлопают вежливые люди на похоронах хорошей шутки. Всё действо больше напоминало грустный стендап без шуток, зато с максимальным количеством «эээ» на квадратный метр сцены.

Пугачёва, сидевшая рядом, не сдержала смеха:

«Учит-учит, учит-учит, а тут растерялся!»

О, Алла Борисовна, если бы вы знали, как это звучит. Как финальный аккорд эмигрантского абсурда.

Когда-то Галкин* виртуозно копировал Жириновского и Киркорова, теперь он копирует гугл-переводчик без интернета. На фоне глубокой русофобии в Латвии, вся эта сцена выглядела как пародия на остатки самоуважения. Он старался. Он хотел понравиться. Он даже почти сказал что-то. Но не сказал.

Символично, что иноагенты вроде него упорно бегут от России, но так и не могут выучить язык «свободы», к которому стремятся. Потому что бегут не за идеей, а от ответственности.

Этот эпизод стал не только очередным фиаско Галкина* на публике, но и отражением всей эмигрантской комедии: смешно — только со слезами. Когда артист теряет страну, язык и аудиторию, остаётся только мямлить в пустоту. Даже мова не спасёт.

Примечание: * – внесен минюстом РФ в список иноагентов РФ.

-2