В минувший понедельник после неотложных регулярных медицинских процедур спешил я на свою любимую работу, чтобы её, окаянную, без продыху до самого вечера работать.
Как вдруг в глазах моих предательски потемнело - проклятая хроническая гипотензия решила после нескольких месяцев отсутствия напомнить о себе в самый неподходящий момент.
Но когда я из последних сил собирался было доплестись до призывно зеленеющей на противоположной стороне улицы вывески ближайшей аптеки, остающийся было без обеда многоопытный обжора Гаргантюа со всей ответственностью заявил, что никакой элеутерококк мне не поможет, ибо все мои неприятности исключительно от егоного голода.
После чего немедля потащил меня прочь от светофора к находящемуся неподалёку (но слегка во дворе) кафе "Югославия Гриль".
Спорить с ним времени, а также желания и особенно сил у меня совершенно не было, тем более, что кофеин после еды виделся неплохой заменой опостылевшим пилюлям.
Таким образом я доверил своё бренное тело голодному великану с трезвым стариканом, с убаюкивающе постукивающим лёгким сердцем отключившись аккурат до поступления бодрящего напитка в свой хворый организм.
Король Утопии с Предводителем уездной алкористократии, получив на свои не всегда светлые делишки полный карт-бланш, презрели неохраняемый гардероб и протопали в основной зал.
Где как раз оказался свободен один из так необходимых мне на тот момент диванов.
- Вам обеденное меню? - осведомился официант с простым сербским именем Умид.
- И барную карту! - воскликнул неисправимый алкашонок Воробьянинов.
"Может для с его самочувствием сегодня лучше красного сухого из обеденного?" - с заботой рыгнул Гаргантюа.
На что ветеран пилотируемой алконавтики, заподозрив, что винишко Грангузьевич по-любому вылакает в одну каску ещё до того, как прибудет стариковская закусь, аргументированно заявил, что только этиловый спирт из отборных злаков, разбавленный в определённой пропорции чистой родниковой водой по рецептуре светоча российской науки Менделеева, способен поставить меня на ноги в отведённое до моего запланированного прибытия в офис время.
Памятуя же о здешних солидных порциях и не заметив каких-либо интересных салатов в прейскуранте ланчей, волею судеб оставшаяся лишь вдвоём троица вскоре огласила Умиду следующий заказ, состоявший из:
- терапевтической дозы "Хаски" под телячью чорбу с гомеопатической порцией сербской булки - для ненасильственной борьбы с окаянной трезвостью адепту эстетического алкоголизма;
- гурманской плескавицы с отварной дефицитной картошечкой - для унятия желудочных спазмов гурману Эпохи Возрождения;
- эспрессо - для поднятия после ихней трапезы с к̶о̶л̶е̶н̶ дивана меня.
Тем временем в зал вошла степенная пожилая чета и расположилась недалеко от барной стойки, внимательно рассматривая не только меню, но и окружающую обстакановку, да так, что сразу стало ясно - они здесь в первый раз и хотят сразу видеть все пути возможного отхода.
- Нам чай! - наконец определилась пара, когда официант подошёл к ним принять заказ.
- Ещё что-нибудь? - вскинул бровь тот (к троице он стоял спиной, но по-любому неприятно удивился, и хоть виду профессионально не подал, но инстинкты-то от осознания облома с высоким чеком и соответствующими чаевыми никуда не деть).
- Это всё! - слегка раздражённо отрезал седовласый мужчина, не отрывая взгляда от столика у окна рядом со входом.
За тем столом сидели обыкновенные трое парней, напоминая ничем не примечательных менеджеров среднего звена или сисадминов, выбравшихся из опостылевшего офиса размять косточки под предлогом обеда. Ибо нет ничего более малоаппетитного, чем точить заваренный в кипятке Доширак или принесённую в коррексе с риском испачкать внутренности рюкзака разогретую в микроволновке домашнюю еду под сплетни обедающей на той же крошечной офисной кухонке в полном состава бухгалтерии (по себе знаю).
- Абраша, может пересядем туда? - махнула в сторону нашей троицы женщина, указывая своему спутнику на соседний с обжорой и алкашонком столик тоже с не менее уютным диваном.
Над которым, в отличие от нашего, висели ещё какие-то сушёные овощи.
- Это же не чеснок, Мина, - буркнул на это предложение мужик, по всей видимости - Авраам с голландской фамилией по паспорту, - надень очки - там висит какая-то обычная паренная репа.
Но тем временем Ипполиту Матвеевичу принесли кувшинчик с лекарством в сопровождении изящного лафитника. Но только непосредственно водка холодила его ладонь сквозь донышко штофа - остальные стеклянные поверхности питейной посуды оказались предательской комнатной температуры, слегка расстраивая тем самым отца русской алкократии.
Зато чорба была безумно горяча - нетерпеливо попробовавший густой мясной бульон на язык Воробьянинов почувствовал, как линяет эпидермис его вкусовых сосочков.
Зато половинку лепёшки, хоть теперь и не бесплатную, вынесли мягкой и умеренно теплой.
Но рассиживаться времени не было, поэтому экономный старикан вместо того, чтобы попросить у официанта розетку платной сметаны, решил положиться в этом вопросе на относительно холодный ректификат.
Это оказалось удачной идеей, но кухня за обедом работала в более скоростном режиме и Умид притараканил горячее ещё до того, как Ипполит осилил первую ложку всё ещё весьма горячего супа.
Тем не менее вполне прохладная водка под горячий супец (полный отличного телячьего мяса без намёка на жировую ткань) и приятно тёплый мягкий хлебушек (крошить который как сухари в бульон для более скорого остывания было бы несправедливым оскорблением) сделала своё дело.
А в этот момент в заведении творились какие-то не очень типичные для общепита вещи - парни за столом напротив стали как-то подозрительно видоизменяться.
Мина же заметно помолодела, скинув несколько десятков прожитых лет - видимо чаёк тут тоже наливают не совсем простой. Абрам же, не сводя взгляда с продолжающегося полным ходом весьма подозрительного мракобесия у окна, полюбопытствовал у Умида, из какого дерева у них сделана здешняя мебель. Умид, к своему искреннему сожалению, таким знанием не обладал, испуганно бормоча в своё оправдание, что он только стажёр и единственный кормилец в многодетной семье.
Но тут Гаргантюа вспомнил, что надо бы заняться плескавицей с картофаном, да и эспрессо для меня пора бы уже варить, о чём напомнил Умиду, благодаря чему у офика появился законный повод схорониться от греха подальше за барной стойкой.
- И сахар будьте любезны, - в полузабытьи прошептал я, сквозь треклятую зелень всё же заметив отсутствие на столе сахарницы.
Плескавица всё же успела остыть до температуры человеческого тела, а картофан и вовсе был холодным. Но Гаргантюа был так голоден, а еда была так вкусна, что он почти что закрыл свои очи на эти мелкие недостатки.
Тем более что котлета с картошкой под томатным соусом вышли отличной заменой поп-корну, ибо сюр, происходящий вокруг, уже конкретно походил на вполне себе годный фэнтезийно-мистический боевичок рубежа веков.
Но тут я всё же дотянулся до чашки великолепно сваренного эспрессо, порция которого ещё и тянула на вполне себе 60мл., как вся происходившая вокруг дичь, про которую мне потом взахлёб рассказывали мои ментальные спутники, уже закончилась.
Так что я попросил Умида нас поскорее рассчитать, оставив опосля завалявшуюся в кошельке сиротливую сотню на чай, после чего поспешил поскорее на попутный троллейбус.
А алкашонок с обжорой в итоге так объелись всего двумя блюдами, что в тот день даже воздержались после работы от укрепляющего ужина с расслабляющим выпивоном.
Итоги:
- водка - 4/5
- суп - 5/5
- лепёшка - 5/5
- плескавица - 5/5
- картофель - 4/5
- кофе - 5+/5
- сервис - 4+/5
- атмосфера - 5-/5
- цена/качество - 4/5