Инициатором этого шага стала Аяко Иватаке, владелица ресторана во Вьентьяне, которая, предположительно, увидела в социальных сетях посты японских мужчин, хвастающихся «своими достижениями», используя детскую проституцию. В ответ она создала петицию, призывающую правительство принять меры
(The Conversation) - В бюллетене на японском языке четко разъясняется, что такое поведение преследуется по закону как Лаоса, так и Японии о детской проституции и порнографии, который применяется экстерриториально.
Это дипломатическое заявление было не только юридическим предупреждением. Это было редким публичным признанием предполагаемой вовлеченности японских мужчин в транснациональный детский секс-туризм, особенно в Юго-Восточной Азии.
Это также момент, который требует, чтобы мы вышли за рамки отдельных преступных деяний или какой-либо одной страны и рассмотрели историческое, расовое и структурное неравенство, которое делает такую мобильность и эксплуатацию возможными.
Продажа и покупка секса в Азии — не новость. Контуры менялись со временем, но основное настроение оставалось неизменным: некоторые жизни дешевы и коммерциализированы, а некоторые кошельки толсты и имеют право.
Участие Японии в зарубежной проституции восходит к периоду Мэйдзи (1868-1912). Молодые женщины из бедных сельских регионов (известные как караюки-сан) мигрировали за границу, часто в Юго-Восточную Азию, чтобы работать в секс-индустрии, из портовых городов Малайи в публичные дома Китая и островов Тихого океана.
Если когда-то бедность толкала японских женщин за границу продавать свое тело, то ко второй половине XX века — подпитываемая послевоенным экономическим бумом Японии — именно состоятельные японские мужчины начали ездить за границу, чтобы покупать секс. Примерно в 2000-х годах динамика снова изменилась. В Южной Корее, которая сейчас является развитой экономикой, мужчины отправились в Юго-Восточную Азию, а позже в такие страны, как Россия и Узбекистан, следуя маршрутам, которыми когда-то пользовались японские мужчины.
Позже в тот же период поток принял еще более мрачный оборот.
Японские и южнокорейские мужчины стали выступать в качестве основных покупателей детского секса за рубежом, особенно в Юго-Восточной Азии, на островах Тихого океана и даже в Монголии.
По данным Государственного департамента США, японские мужчины продолжали быть «значительным источником спроса на секс-туризм», в то время как южнокорейские мужчины оставались «источником спроса на детский секс-туризм».
Управление ООН по наркотикам и преступности и другие организации также отметили обе страны как ключевых участников сексуальной эксплуатации детей в регионе. От экспортера к месту назначения: новая роль Японии в секс-индустрии
В Японии, похоже, происходит более недавний и тревожный сдвиг.
На фоне продолжающейся экономической стагнации и падения курса иены Токио, как сообщается, стал местом назначения для въездного секс-туризма. Организации по защите молодежи наблюдают заметный рост числа иностранных клиентов-мужчин, особенно китайцев, посещающих места, где девочки-подростки и молодые женщины занимаются сексом ради выживания.
Эти движения объединяют не только культурно обусловленные убеждения, такие как фетишизация девственности или суеверие о том, что секс с молодыми девушками приносит удачу в бизнесе, но и власть.
Битва за защиту детей
Глобальная кампания по борьбе с детским секс-туризмом началась всерьез с основания ECPAT (глобальной сети организаций, стремящихся положить конец сексуальной эксплуатации детей) в 1990 году в Юго-Восточной Азии.