Владимир Мотыль – кинорежиссер, подаривший нам «Белое солнце пустыни», «Звезду пленительного счастья», «Женю, Женечку и «катюшу», всю свою жизнь боролся за возможность творить. Многие его фильмы, в том числе и упомянутые выше, запрещались или ограничивались в прокате по самым разным, но всегда надуманным причинам.
Советская цензура испугалась и товарища Сухова, и декабристов, и первой любви на войне, и очевидных исторических параллелей. А потому, в рамках вечной русской парадигмы, пыталась действовать исключительно запретами.
А он, несмотря на все преграды, продолжал снимать свое кино, которое так любили и любят до сих пор наши зрители….
Владимир Мотыль в советское время
Владимир Яковлевич Мотыль (1927-2010) не был обласкан судьбой. Он родился в белорусском городе Лепель (Витебская область) в еврейской семье. Потом родители переехали в Минск. Отца в годы сталинских репрессий объявили польским шпионом и отправили на Соловки, где он и сгинул.
Володя вырос в маленьком городке Оса Пермского края, где его мама, лишенная, как жена врага народа, возможности проживания в крупных городах, смогла найти работу. И тем самым, невольно спасла им обоим жизнь. Дедушка и бабушка в Белоруссии в годы войны погибли в нацистском концлагере.
Не мене драматична была и творческая судьба Владимира Мотыля. Чиновники постоянно вставляли ему палки в колеса.
Начинал он как театральный режиссер в Свердловске, потом пришел на Свердловскую киностудию, но первый полнометражный фильм снял на студии «Таджикфильм», куда его позвали из-за нехватки местных кадров.
Первая картина Владимира Яковлевича «Дети Памира» (1962) об установлении советской власти в горном Таджикистане была отмечена на многих союзных кинофестивалях и должна была получить Ленинскую премию.
Владимир Мотыль, оператор Борис Середин и таджикские актеры на съемках фильма «Дети Памира»
Но Филипп Ермаш, который в те годы отвечал за кино, возглавляя соответствующий отдел в ЦК КПСС, раскритиковал режиссерский подход, сорвав тем самым награждение. Дело в том, что влиятельный чиновник, когда-то был первым секретарем Свердловского горкома ВЛКСМ (и, между прочим, в 1959 году руководил поисками несчастной группы Дятлова) и у него уже тогда были идеологические претензии к Владимиру Мотылю, который трудился главным режиссером Свердловского ТЮЗа. Главный комсомолец региона лично запретил несколько спектаклей молодого постановщика.
Личный конфликт между Ермашом, который с 1972 по 1986 гг. являлся председателем Госкино, и Мотылем будет продолжаться все последующие годы, и, вероятно, станет главной причиной многих запретов и гонений на режиссера.
Владимир Мотыль и Иннокентий Смоктуновский на съемках фильма «Звезда пленительного счастья»
Также на Владимира Мотыля «косо смотрели» после того, как он отказался вступать в КПСС. А ему настоятельно рекомендовали получить членский билет, потому что негоже вручать Ленинскую премию беспартийному.
После восторженных отзывов за «Детей Памира» провинциального режиссера позвали на главную киностудию страны. Мотыль приехал в Москву с готовым сценарием, который он написал вместе с ветераном Булатом Окуджавой, по его повести.
Но трагикомедия о войне «Женя, Женечка и «катюша» (1967) напугала чиновников уже на этапе замысла. Руководство «Мосфильма» этот сценарий отвергло. Создателей будущей ленты приютила киностудии «Ленфильм». Однако съемки едва начались, как руководители студии их остановили и объявили о закрытии картины.
Владимир Мотыль и Булат Окуджава
Как ни странно, в этот раз помог все тот же Филипп Ермаш. Владимир Мотыль рассказывал, что поехал в Москву на встречу со старым свердловским «знакомым», чтобы… шантажировать того. Режиссер узнал, что главным аргументом в отказе присуждения Ленинской премии за «Детей Памира» стали утверждения партийного деятеля о том, что Мотыль не снимал фильм, а это делал прославленный Лев Кулиджанов, числившийся в фильме «художественным руководителем». Это вообще стандартная практика в то время, когда режиссеру-дебютанту назначали опытного советника. Но Кулинджанов на съемки в Таджикистан даже не приезжал.
Владимир Мотыль рассказывал, что лично заявил Ермашу, что подаст официальную жалобу во все государственные и партийные инстанции за клевету, тем более подтвержденную протоколами заседаний. И тогда заведующий сектором кино отдела культуры ЦК КПСС, зная о проблемах режиссера с его вторым фильмом, предложил «сделку». Жалобы не последовало, а «Ленфильм» тут же разрешил продолжать съемки «Жени, Женечки и «катюши».
Но, кажется, осторожные советские чиновники от кино, решили отыграться на прокатной судьбе картины.
Владимир Мотыль и Булат Окуджава на съемках фильма «Женя, Женечка и «катюша»
Фильму присвоили третью, низшую, категорию, а значит, лишили доступа в кинотеатры крупных городов и ограничили количество копий. Но, вопреки всем ограничениям, «Женечку…» посмотрели почти 25 миллионов зрителей, причем особенно тепло встречали его ветераны и офицеры Советской Армии, среди которых тогда было много участников Великой Отечественной войны. Сегодня фильм по праву входит в золотой фонд отечественных военных фильмов.
После «Жени, Женечки и «катюши» неблагонадежному Мотылю отказывали все крупные киностудии, но прославленный режиссер Григорий Чухрай, на свой страх и риск дал ему возможность в своем Экспериментальном творческом объединении при «Мосфильме» снимать «Белое солнце пустыни» (1969).
Кто знает, когда бы этот фильм увидел широкий зритель, потому что директор «Мосфильма» Владимир Сурин отказался принимать итоговый вариант картины, а режиссер не хотел ничего менять.
Владимир Мотыль и Анатолий Кузнецов на съемках фильма «Белое солнце пустыни»
В дело вмешался космонавт Алексей Леонов, который порекомендовал картину, увиденную на закрытом показе для космонавтов, самому Брежневу. Генсек пришел в восторг после просмотра, а «Белое солнце…» немедленно пустили в прокат. И по результатам за 1970 год фильм привлек в кинотеатры 34,5 млн. зрителей. Притом, что ему выдали не первую, а только вторую прокатную категорию (а значит, намного меньше копий).
Но почему советские киночиновники пытались запрещать, ограничивать в прокате и «Белое солнце пустыни», и «Женю, Женечку и «катюшу»? В этих фильмах нет ничего крамольного.
Тут сработал извечный страх российского бюрократа из любой исторической эпохи. Боязнь всего нового. Показать комизм отдельных ситуаций на Великой или Гражданской войне, в те годы им казалось это почти как святотатством. А потому лучше запретить! И наплевать, что зрители, хотели смотреть не скучные агитки, а настоящую жизнь, где есть и слезы, и смех, и любовь…
Следующий фильм появился на свет только через 6 лет после триумфа «Белого солнца…». История нелепых запретов повторилась вновь. Снова «Мосфильм» отверг сценарий Мотыля, и снова пришлось ехать в Ленинград.
«Ленфильм» сценарий «Звезды пленительного счастья» утвердил, но съемки еще долго не могли начаться. Правда, в этот раз дело было не в цензуре – студия настаивала на участии в будущей картине определенный актеров и актрис, а Мотыль отказывался и набирал свой актерский состав. Он вообще с трудом шел на компромиссы в своем творчестве, что, конечно же, не добавляло к нему любви со стороны власть предержащих.
Владимир Мотыль на съемках фильма «Звезда пленительного счастья»
В фильме «Звезда пленительного счастья» (1975) о судьбе декабристов и их жен, который так полюбился зрителям, чиновники вновь усмотрели антисоветчину. А именно намек на советских диссидентов, лозунги которых оказались удивительно схожими с требованиями борцов с самодержавием 150-летней давности.
Хорошо, что идеологические претензии посыпались уже после того, как картину выпустили в прокат, где ее посмотрели 22 млн. зрителей.
Но зато отыгрались на создателе двусмысленной картины. Опытный и кассовый режиссер Владимир Мотыль следующие несколько лет был фактически безработным. Его не выпускали за границу, хотя и «Белое солнце…», и «Звезда пленительного счастья» участвовали в международных кинофестивалях и неплохо продавались зарубежным кинопрокатчикам.
И, наконец, следующую работу Владимира Яковлевича - фильм «Лес» (1980) – экранизацию одноименной комедии А. Н. Островского – просто не выпустили в прокат.
Хлопотать за картину в высокие инстанции отправилась исполнительница главной женской роли Людмила Целиковская. Звезда Сталинской эпохи так «достала» некоторых руководителей, что ей прямо в глаза однажды заявили, что Народная артистка РСФСР гражданка Целиковская (звание получено еще в 1963-м) никогда не станет Народной артисткой СССР. Так и произошло. А фильм все равно оказался на полке.
Оператор Владимир Ильин, актер Станислав Садальский, актрисы Людмила Целиковская, Кира Крейлис-Петрова и режиссер Владимир Мотыль на съемках фильма «Лес»
Какую антисоветчину разглядели в ленте, поставленной по пьесе, опубликованной за 100 лет до экранизации, до сих пор непонятно. Кто-то утверждает, что в некоторых персонажах ленты (твердолобый герой Михаила Пуговкина или похотливая великовозрастная героиня Целиковской) рассмотрели пародию на тогдашних высших партократов, стоявших одной ногой в могиле. С другой стороны, всё литературное наследие Александра Островского эта грустная и язвительная пародия на тех, кто дорвался до власти и до больших денег, на тех, кто не способен уважать других и не умеет признавать свои ошибки, а значит, его творчество будет актуальным и остросоциальным в России всегда.
В любом случае «Лес» показали в советских кинотеатрах только в 1987 году, когда в годы Перестройки стали извлекать с «полок» многие запрещенные фильмы.
Вот так, в постоянной борьбе с чинушами, и прожил свою жизнь Владимир Мотыль. Один против советской цензуры, которая не давала ему снимать кино. Создал всего 10 фильмов, хотя должен был быть нарасхват у киностудий. В постсоветском кинематографе, как и многие его именитые коллеги, места себе не нашел.
Владимир Мотыль в XXI веке
Его заслуги для отечественного кино оценили только в наше время. В 1997 году присвоили Государственную премию за «Белое солнце пустыни», а в 2003 звание Народный артист России за общий вклад в киноискусство.
Ушел Владимир Яковлевич Мотыль в феврале 2010 года, в возрасте 82 лет.