В 1974-м Михалков был молод, амбициозен и чертовски самоуверен. Он запускал свой первый полнометражный фильм - «Свой среди чужих, чужой среди своих» — и уверенно распоряжался на площадке, словно царь в съемочном павильоне. На одну из ключевых ролей - чекиста Кунгурова - он выбрал Александра Пороховщикова. Выбор был смелый: фактурный, брутальный, с голосом, будто смолой политым. Но главное - характер. Такой, что даже шкафы в коридоре уступали ему дорогу. Никто тогда не догадывался, что их с Михалковым столкновение будет не только творческим, но и буквально физическим.
Режиссёр с кулаками и актёр с прошлым боксёра
Михалков в те годы любил устраивать «мужские» проверки на прочность. Он вообще с младых ногтей жил по принципу «либо ты - альфа, либо ты - статист». На съёмках всё было чётко: кто не слушается - вылетает. Но Пороховщиков был не из тех, кто падал ниц при первом окрике. Напротив — при слове «дисциплина» у него тик начинался. Да и не просто он - бывший боксёр, за плечами юношеские соревнования, жёсткая школа ринга и умение держать удар, как держат паузу в театре.
По легенде, всё случилось во время перерыва. Михалков, разгорячённый работой и, возможно, слегка переоценивший собственные физические данные, предложил «подраться по-дружески». Якобы ради азарта, мол, «спарринг, как у настоящих мужиков». Пороховщиков, не моргнув, согласился. Через пару минут режиссёр уже лежал на полу с глазами, полными недоумения.
Никаких переломов, всё в рамках джентльменской дуэли - но последствия были куда серьёзнее, чем синяк под глазом.
Михалков пронес обиду через всю жизнь
Режиссёры, особенно начинающие, редко прощают публичные фиаско. А уж если поражение нанесено актёром, да ещё и при всей съёмочной группе - считай, кровь на ковре. Михалков, говорят, побагровел не от боли, а от унижения. Позже Александр вспоминал: «Я руку ему протянул - а он смотрит мимо, будто я операторский кран у него угнал».
Съёмки, правда, он закончил. Профессионализм победил эго. Но после этого случая фамилия Пороховщикова из режиссёрских блокнотов Никиты Сергеевича исчезла, как вырезанная цензурой сцена.
- Никита Сергеевич с тех пор его на порог не пускал, - подтвердил в интервью адвокат Сергей Жорин, близкий друг актёра.
- Не простил. А зря - партнёр был сильный, да и характер у них с Пороховщиковым похожий - оба нетерпимы.
Актёр, которому мешал характер
История с Михалковым - лишь одна из глав бунтарской биографии Александра Шалвовича. У него вообще вся жизнь была с перчинкой. После школы он собрался поступать в Щукинское, но умудрился вляпаться в драку с пожарным. Не с хулиганом, не с пьяницей - с человеком, который по долгу службы спасает людей. Комиссия училища даже рассматривать документы не стала. Вердикт - «не тот контингент».
Пришлось идти в медицинский. Где, как вы догадываетесь, он тоже не сидел, сложа руки. Организовал джаз-бэнд, рубил на барабанах, записывал концерты... внимание! - на рентгеновские плёнки. Это классическая советская смекалка: звук - есть, винила - нет, значит, снимок ребра подойдёт.
Поймали, отчитали, чуть не отчислили. Но удержался. Артист, как ни крути, даже в белом халате - всё равно артист.
Сила есть - ума не надо? Или наоборот?
Пороховщиков был редким типом - актёр с мощной фактурой и внутренним огнём. Не играл, а прожигал роли. Но такая мощь требует точного дозирования, как яд - чуть больше, и всё пойдёт прахом. Именно поэтому он не всегда вписывался в систему - в любом смысле этого слова.
Его упрямство, прямолинейность, привычка говорить в лицо то, что обычно шепчут за спиной - всё это мешало делать карьеру по классическим лекалам. Он не подлизывался, не улыбался по заказу, не включал «своего в доску» на банкете. А в кино и театре такие люди - как нож на кухне: незаменимы, но опасны, если не умеешь обращаться.
Как всегда - характер сильнее связи
С тех пор пути Михалкова и Пороховщикова не пересекались. Первый пошёл в мэтры, второй - в характерные роли и в вечное недопонимание с системой. Они могли бы создать не один шедевр, могли бы стать творческим дуэтом - взрывным, нестандартным, мощным. Но вместо этого - тишина, длинной в десятилетия.
И вот тут, пожалуй, самое горькое. Потому что в истории советского кино достаточно бездарностей, которых пихали на экраны по блату. А вот люди с силой, с духом, с огнём - часто оказывались за бортом из-за того самого несчастного эго.
Иногда один удар меняет судьбу. Даже если он был честным. Даже если «по-мужски». Александр Пороховщиков выиграл бой - но потерял режиссёра. А Михалков проиграл - но сохранил контроль. Как говорится, ничья - с элементами трагикомедии.
А вы как считаете, был ли у Михалкова повод затаить обиду? Или всё же великодушие - первый признак настоящего мастера?
Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые истории - и не стесняйтесь оставлять комментарии: ваша реакция - наш лучший гонорар.