Высоцкого не стало между тремя и пятью утра 25 июля 1980 года.
Около восьми утра я поднялась по эскалатору станции метро «Таганская», площадь еще была пуста, но под стенами станции толпились, переговаривались, посматривая на подъезд театра: там стояла сплоченная колонна, — те, кто пришел сюда с ночи, самые преданные и самозабвенные. Всю ночь они поддерживали огонь поминальных свечей возле входа в театр, слушали записи песен, пикетировали улицу, театральная сторона которой была увешана сделанными наспех самодеятельными плакатами и стихами — стихами самого поэта и стихами о нем,
- писала корреспондент журнала «Сельская молодежь».
Прощание началось в 10 утра. «Реквием» Моцарта и «Всенощное бдение» Сергея Рахманинова сменяли фрагменты с участием Высоцкого из спектакля «Гамлет». Сотни тысяч людей, желавших проститься с великим актером и певцом, заполнили всю Таганскую площадь и улицы вокруг: очередь растянулась от Кремля через Солянку и Устьинский мост по всей Верхней Радищевской на девять километров.
К полудню все прилегающие улицы с переулками, все подступы к театру были оккупированы: стояли на крышах, высовывались из окон, висли на каждом столбе. Руками, газетами, сумками и авоськами люди закрывались от июльского солнца, ожидая, когда их пустят к Высоцкому.
По левой, пустынной стороне улицы, сплоченно и обособленно одновременно, своими кланами они шли стремительно, как на марше, а впереди шагали их капитаны. Это шли проститься с артистом русские театры. Шли МХАТ и «Современник», Театр на Малой Бронной и Ермоловой, Малый, Вахтангова,
— писали в той же «Сельской молодежи».
О том, как проходил тот день рассказывал золотопромышленник и друг Высоцкого Вадим Туманов:
Машину засыпают цветами, я ничего подобного никогда не видел. Она не видна, весь этот катафалк — засыпан. Столько народу — скопище. Объяснить это невозможно. Все балконы забиты людьми, на крышах, на трубах — море людей...
Актер Валерий Золотухин тоже записал в своем дневнике тот день, а также то, что он сказал тогда у гроба своего друга и партнера по сцене:
С первого твоего появления на этой сцене, с первых шагов твоих на этих подмостках до последнего слова твоих сочинений мы, товарищи твои по театру, с любовью, восторгом, любопытством, болью и надеждой наблюдали за твоей азартной траекторией. Ты был душой нашей, ты есть счастливая частица наших биографий, биографий всех тех людей, которые хоть на малое время сталкивались с тобой в работе. Ты стал биографией времени.
Слова Золотухина исчерпывающе описывают феномен Владимира Высоцкого и его роль и место в истории русской культуры.