- Доченька, если меня не станет - остерегайся остаться лишь с Эдуардом и дедом Валерием. Этот человек… он совсем не тот, за кого себя выдает. И не самый честный. Откроется всё - со временем поймёте, - с трудом слышно прошептала женщина на больничной койке.
- Ну, мама, что ты… - Светлана считала: болезни лишили мать последних здравых мыслей.
…Всю жизнь Светлана росла в уверенности: у неё - настоящая семья. Ласковый отец, строгий, но добрый дед Валерий, старший брат Эдуард и она - младшая, любимица, о которой все заботятся.
Детство, юность промчались ласково. Света окончила институт, устроилась работать. Всё впереди! Но беда, как это бывает, пришла в одно мгновение.
Светлана давно снимала жильё отдельно, жила сама. Скромная квартирка, зато не в тягость родителям. Они вдвоём, всё у них хорошо. Светлана была в этом уверена.
По субботам она захаживала в родной дом с выпечкой. Брат Эдуард приезжал редко, но тоже навещал. Как-то раз, когда все были в сборе, мама пригласила поговорить.
- У меня не очень хорошие новости, - сказала она, - врачи поставили диагноз…
Повисла тишина, как после удара. Отец отвернулся к окну, Эдуард молча смотрел в пол.
- Папе трудно… - тихо шепнула Светлана брату на крыльце.
- Ага… - сухо хмыкнул тот, слова не требовались.
На семейном совете решили биться до последнего: обзванивать врачей, собирать лекарства, пробовать всё, чтобы продлить маме жизнь.
Но болезнь брала своё. Мать Светланы медленно угасала у всех на глазах. Самое страшное утро пришло без спроса. Зазвонил телефон. Отец говорил глухо, будто чужой:
- Мама ушла. Нужно собраться… Попрощаться…
Всю прежнюю жизнь будто смыло. Светлана будто потеряла почву - не за что теперь уцепиться, не к кому прислониться плечом.
Похоронами занялся Эдуард. Отец, судя по всему, сник совсем: объявил, что никаких накоплений не осталось - всё ушло на таблетки и клиники. На всё едва хватило маминых пенсий.
Прошло полгода. Светлана с головой ушла в работу, спасалась рутинами, не позволяя боли просочиться в обычные дни. Эдуард присматривался к девушке - искал, за что бы ухватиться взамен утраченной семьи. Отец превратился в тень, избегал разговоров, жил замкнуто. Светлана звонила ему вечерами:
- Как ты, пап? Нужно продукты?
- Всё хорошо, дочка, не переживай, все нормально… - и тут же прощался.
Эдуард заезжал к отцу, подвозил покупки. Оба замечали: мужчина стал закрытым, молчаливым. Решили - скорбь не даёт прорваться наружу…
Но однажды всё изменилось.
Отец неожиданно пригласил детей в гости. Светлана на радостях напекла вишневый пирог - до недавнего времени этот ритуал был для мамы. Эдуард купил бутылку вина.
Стол был накрыт, но мамино место пустовало. Светлана не выдержала вида пустого стула - отпросилась в ванную, чтобы дать волю слезам.
- Я тут решил… домик за городом продать, - начал отец первым. - Сил нет тянуть, да и машины теперь нет… С добром попрощался.
- Как нет машины?! - поразился Эдуард.
- Продал. Надоело. Маме всё надо было: то к речке, то за малиной, то за грибами… А мне ни к чему.
- Пап, может не стоит спешить с домом? Помнишь, как все вместе лето проводили… - осторожно сказала Светлана.
- Не хочу слушать! - отрезал отец. - Всё решил.
Дети решили: деньги пусть копит - это его выбор.
Прошло два месяца. Светлана звонит - отец не берёт трубку. Тревога. Приехала – дверь закрыта. Звонок на мобильный - наконец ответ:
- Алло… Доча? Я тут… не жди меня, я в поезде.
- Куда?! Пап, что случилось?
- Да, я и Тая решили в Гагры махнуть отдохнуть. Познакомлю, когда вернёмся. Ты удивляешься? Жить-то продолжается…
Светлана поделилась этим с братом. Решили - надо бы поговорить после возвращения. Но всё как назло - отца дома не застать, а то ли времени нет, то ли настроение плохое. И вдруг однажды он заявляет:
- Надоела трёшка. Огромная, зачем она мне? Продам, перееду в студию поменьше.
- Что за глупости! - попытался возразить Эдуард.
- Моя кровная квартира! Ну вот на свои и командуйте когда-нибудь. Я сам решу.
- Это всё из-за Таи, да? - вскинулась Светлана.
- Какая, к чёрту, Тая только появилась? Всю мою жизнь она была рядом - и ваша мать всё знала!
Так и случилось: через месяц квартира ушла с молотка. Какие уговоры - решение отца железное. Спорить не имело смысла, но как ни обидно - потеряли детство и память.
Время шло, и вот воскресенье. В дверь Светланы звонит телефон домофона.
- Приехал опять на отдых? - спросила она, открывая дверь.
- Доча… можно я немного у тебя поживу? - неловко буркнул отец, опуская глаза.
- Что произошло, папа? - Светлана окинула его исследующим взглядом.
- Тася оформляла студию, а теперь там живёт её взрослая дочка с двумя ее мальчишками… Да и поругались мы. Выпроводила, вот и всё… К Эдуарду идти стыдно, он этого не поймёт. Ты у меня добрая - как твоя мама… - отец с трудом сдерживал слезы.
Светлана распахнула дверь. Что делать? Это отец. Не сердцем же жить, когда на чаше - родитель…
И в голове всплыли последние слова мамы - о предательстве, о недоверии… Как же она права была! Только что делать теперь? Светлана не знала. Позвонила брату:
- Надо решать, Эдик. Вместе. Не эмоциями - здраво. Есть суды, есть правда. Хотя, может, все уже поставлено на свои места. Или… это и есть справедливость?
Всем большое спасибо за лайки, комментарии и подписку❤️