Невероятно шикарный семейный портрет принца и принцессы Уэльских с двумя их маленькими сыновьями, Уильямом и Гарри, был сделан мужем принцессы Маргарет, лордом Сноудоном в 1991 году в Хайгроув, когда весна сменялась летом. Но несмотря на его стильность он был полностью искусственным.
Изначально фотография предназначалась для выпуска «Лучшие британцы», посвященного 75-летию Vogue, как часть портфолио лорда Сноудона, в которое входили футболист Гэри Линекер, комик Лес Доусон и премьер-министр Джон Мейджор с женой Нормой. Однако в тот момент фотография так и не вышла, потому что Диана с Чарльзом не нашли для ее создания времени в своем графике.
Однако Диана видела выгоду в сотрудничестве с Vogue. Она всё чаще обращалась к журналу, чтобы подчеркнуть тщательно продуманный образ трудолюбивой, влиятельной женщины, занимающейся важными гуманитарными вопросами, общественного деятеля с независимыми взглядами и смелым, неформальным подходом к работе.
Рождественская черно-белая фотосессия Патрика Демаршелье для Vogue 1989 года с участием принцессы Дианы и её сыновей в Хайгроуве, где принц Уэльский в тот момент демонстративно отсутствовал, положила начало этой тенденции фотографирования. К тому времени едва заметные трещины в королевском браке начали превращаться в серьёзные разломы. Многие считали, что в 1989 году Диана узнала о внебрачной связи своего мужа с Камиллой Паркер-Боулз.
Статья о Сноудоне с фотографией семьи принца и принцессы Уэльских, была опубликована в Vogue в ноябре 1991 года. Акцент на семейной жизни рассматривался как противовес сольным выступлениям принцессы Дианы. Слишком поздно для выпуска «Лучшее британцы», но идеально подходит для празднования 10-й годовщины свадьбы Уэльских. Даже подпись под фото указывала, кому верен Vogue:
«Принцесса и её принцы».
Получилась шикарная фотография, и при этом на ней все было ненастоящим. Ничто из того, что вы видите, на самом деле не принадлежало семье.
Пони был нанят; он слишком велик для двух маленьких мальчиков. Мебель и аксессуары, от фляг до корзины с провизией, были доставлены в Хайгроув в багажнике машины лорда Сноудона. Стол с эффектным узором в виде узлов был сделан самим Энтони, лордом Сноудоном и стоял в его студии в Кенсингтоне и фигурировал на многих его фотографиях; кованую садовую скамейку принесли из сада; корзина с фруктами была куплена в элитном продуктовом магазине по дороге на фотосессию.
Фотографа позабавило, когда позже бульварная газета прикрепила ценники ко всем выставленным предметам и дала советы, где их можно приобрести.
Тарелка на переднем плане, украшенная рисунком в виде "перьев принца Уэльского", была названа «бесценной семейной реликвией» и «частью королевской коллекции в Виндзоре».
«На самом деле, — сказал позже Энтони, лорд Сноудон, — я сделал её вместе с [художником-постановщиком] Карлом Томсом в домашней печи».
Принцесса Уэльская, должно быть, тоже участвовала в розыгрыше. Она одета в бриджи для верховой езды и сапоги, хотя терпеть не могла верховую езду после того, как в детстве упала с лошади и сломала руку. Говорят, королева Елизавета II сожалела о том, что Чарльз и Диана не могли вместе ездить верхом и решать проблемы по мере их возникновения, как делали они с Филиппом.
Самым большим обманом, конечно же, было представление миру семьи как единого целого, в то время как брак на тот момент стремительно распадался.
Фотография лорда Сноудона в Vogue — это шедевр лицемерия и притворства. В следующем году премьер-министр Мейджор, с которым у Чарльза с Дианой мог бы быть общий выпуск Vogue, объявил о расставании королевской четы.
Читайте также: История одной фотографии: королева тоже держит руки в карманах
Понравилась статья? Поблагодарите автора лайком!
Чтобы не пропустить новости о королевской семье, подпишитесь на мой канал, на сайт TheCrowns.ru или на телеграм канал, на сайте выходит еще больше статей, а в телеграм - больше коротких постов