Около 2000 сверхсекретных документов. Переписка премьер-министра Великобритании с президентом Соединённых Штатов. Коды, считавшиеся «непробиваемыми». Всё это утекало прямиком в Берлин — через руки дочери русского контр-адмирала и влюблённого в неё американского шифровальщика. Когда весной 1940 года британская спецслужба МИ-5 доложила Уинстону Черчиллю, что практически одновременно с Франклином Рузвельтом его послания читает Гитлер, катастрофа уже набирала обороты. Летом того же года Франция пережила крах — войска Гитлера в кратчайшие сроки разгромили одну из сильнейших военных держав в Европе, а англичане, бросая технику, бежали из Дюнкерка, хотя со временем происходившему был придан статус «успешной эвакуации».
В Великобритании тяжёлое поражение историки отчасти связывают с именем «русской шпионки Анны де Волкофф» — вполне реального лица, русской по национальности, работавшей, однако, на Германию. За этим именем — история семейного краха, ненависти, переродившейся в предательство, и разветвлённой сети связей в самых верхах британского общества.
Адмирал, застрявший в Лондоне
Чтобы понять, как дочь русского офицера оказалась в центре одного из крупнейших шпионских скандалов Второй мировой, нужно вернуться на десятилетия назад. В июле 1913 года новым военно-морским атташе Российской империи в Великобритании был назначен Николай Александрович Волков — бывший адъютант великого князя генерал-адмирала Алексея Николаевича, опытный моряк, сын учёного-химика и одновременно художника, чьи работы представлены в Третьяковской галерее. Командировка планировалась на два года, но с началом Первой мировой войны миссия в Лондоне превратилась в бессрочную: атташе отвечал за военные поставки в северные порты России. Со своей задачей он справлялся успешно, и в 1916 году получил от Николая II звание контр-адмирала с зачислением в Свиту Его Величества.
Две революции 1917 года зачеркнули эту карьеру. Всё имущество Волкова в России было национализировано, и у него вместе с членами семьи осталось лишь то, с чем они уехали в Лондон. До начала 1920-х адмирал представлял в Великобритании Белую армию, затем работал в британском Адмиралтействе — после чего ему объявили, что в его услугах больше нет нужды. Пришлось продавать драгоценности супруги. Впрочем, в отличие от многих других эмигрантов, в нищету контр-адмирал не впал, основав небольшой русский ресторан на Харрингтон-роуд в центре Лондона. Заведение, приносившее стабильный доход, быстро стало популярным: завсегдатаями «Русской чайной» были не только эмигранты, но и представители британской элиты.
Девочка, которая ненавидела
Дочери адмирала, Ане, в момент отъезда из России было одиннадцать лет. Она тяжело переживала падение семьи, хотя адмиральский статус отца всё-таки сохранял уважение к Волковым среди британцев. Анна Николаевна Волкова ненавидела не только Советскую Россию, но и евреев, ибо отец и его друзья утверждали, что всё случившееся стало следствием «международного еврейского заговора».
Антисемитизм в Британии в ту пору не был чем-то запретным и редким, подобные настроения распространились достаточно широко, а приход Гитлера к власти в Германии мало кого шокировал. Даже королевская семья на домашнем пикнике не считала зазорным зигануть на камеру. На этом фоне отец и дочь Волковы органично вошли в «Правый клуб» — сообщество британской элиты, выступавшей за союз с нацистской Германией. Анна нередко бывала в Рейхе и даже встречалась с представителями окружения Гитлера.
Начало Второй мировой войны заставило «Правый клуб» объявить о самороспуске. Вот только члены его своих взглядов отнюдь не поменяли. Волкова считала, что в этой ситуации нужно помогать тем, кто взялся покончить с евреями и большевиками, — и нашла для этого идеальный инструмент.
Шифровальщик, потерявший голову
Тайлер Кент — шифровальщик посольства США в Великобритании, ранее работавший в посольстве США в СССР, где, по версии американских историков, «насмотрелся на ужасы сталинского режима». Кент был моложе Анны, но влюбился в неё без памяти, попав под влияние более умной и властной женщины. Волкова объяснила ему — во всём плохом, что происходит в мире, виноваты евреи и коммунисты, и чтобы покончить с этим, нужно помочь фюреру. Сверхсекретные донесения вскоре потоком потекли от Кента к Волковой, а далее по её каналам — в Берлин.
Масштаб утечки был чудовищным. Черчилль посылал телеграммы в американское посольство, находившееся в прямой связи с Белым домом, посредством специальной кодировочной машины. В общей сложности он направил Рузвельту 950 посланий и получил около 800 ответных. В одной из депеш премьер-министр умолял:
«Прежде всего, немедленно нужны сорок-пятьдесят старых миноносцев. Во-вторых, мы просим несколько сотен самолётов. Третье — противовоздушная артиллерия и боеприпасы должны быть в изобилии в будущем году… если мы доживём, чтобы увидеть их…»
Эти слова отчаяния в те же часы ложились на стол нацистского руководства.
Посол США в Великобритании Джо Кеннеди-старший позже писал:
«Кент руководил работой по использованию “непробиваемого” кода. Из-за его предательства все дипломатические коммуникации внешнеполитической службы Соединённых Штатов были выведены из строя в самый драматический момент истории — в дни Дюнкерка и падения Франции»
Кент всегда имел «непробиваемый» код при себе, и это, по словам Кеннеди, «нанесло катастрофический вред».
Арест и суд за закрытыми дверями
20 мая 1940 года обоих арестовали. Всего через Кента и Волкову утекло к нацистам около 2000 сверхсекретных документов. Судили шпионов осенью того же года при закрытых дверях, и тут начался второй акт этой истории — не менее грязный, чем первый.
Кент получил 7 лет, и подобную мягкость связывают с настойчивыми просьбами Рузвельта не создавать ему громкого скандала перед президентскими выборами. Что до Волковой, то её деяния тянули на виселицу. Однако приговорили Анну всего к 10 годам тюрьмы — влиятельные друзья по «Правому клубу», по всей видимости, помогли избежать худшего.
После приговора
В 1943 году Волкову лишили британского подданства, однако она всё равно осталась в Великобритании и после освобождения работала швеёй. О послевоенной жизни Анны известно немного, но от своих взглядов она не отказалась. Погибла дочь адмирала в начале 1970-х в автокатастрофе в Испании, в компании единомышленницы — британской фашистки Энид Ридделл. В Испании в то время всё ещё правил единомышленник Гитлера каудильо Франко.
Кент же был в 1945 году депортирован в США, где дожил до 1988 года, выступая с крайних антикоммунистических позиций. Рвение оказалось настолько яростным, что в ФБР заподозрили в нём тайного агента КГБ, выстраивающего себе прочную легенду. Впрочем, никаких связей с Москвой у него не обнаружили.
Разоблачение дочери похоронило бизнес адмирала Волкова. Свои дни он доживал в предместье Лондона и, по имеющимся сведениям, продолжал утверждать — все беды его семьи проистекают по причине «еврейского заговора». Верен себе до конца.