В жизни будущей Железной леди не было танцев, кино и игр. Зато с семи лет – свой банковский счет!
На 99,5 процента моя Маргарет само совершенство! – гордо заявлял 77-летний Альфред Робертс, отец будущего премьер-министра Великобритании. И, вздыхая, добавлял:
– Что до оставшихся 0,5 процента, то она могла бы быть чуточку сердечней. Ей не хватает женской теплоты!
Но он сам виноват. Почему папа воспитывал Маргарет как… мальчика?
– Запомни, детка, – втолковывал он. – Если ты поставила перед собой цель, – иди к ней не сворачивая. Упала? Не хнычь. А соберись с силами, встань и продолжай свой путь. Никогда не сливайся с толпой и не принимай стадных решений. Не бойся быть непонятой и непохожей на других. Отстаивай свою точку зрения вопреки всему. Не перекладывай ответственность на других. Никому не показывай, что тебе больно. Не опускайся до жалости к себе. И усвой главное: слова «Я не могу» и «Это слишком трудно» – удел слабых духом!
Отец общался с Мэгги на равных, уже когда ей было три годика! Тогда же научил ее читать и подсадил на серьезные книги. Папа заставлял Мэгги играть в хоккей на траве, плавать и заниматься легкой атлетикой. Также девочка посещала музыкальную школу и курсы поэтического мастерства. По вечерам Альфред таскал дочь с собой… в университет. А если не попадал на лекции из-за работы, то Мэгги должна была идти одна, все записать, а потом пересказать отцу.
С 10 лет Маргарет ходила на политические собрания в своем провинциальном городке Грэнтеме. Задумав развить в дочери ораторские способности, Альфред заставлял ребенка участвовать в жарких дебатах наравне со взрослыми. Причем требовал, чтобы дочь была «убедительной»! Не имея сына и разочаровавшись в старшей дочке Мюриэл – копии его жены Беатрис, образцово-показательной хозяйки, – Альфред Робертс вкладывал в младшенькую все свои нереализованные амбиции и мечты.
К труду Мэгги тоже была приучена с детства. В свободное время она работала в бакалейной лавке отца. В жизни будущей Железной леди не было танцев, кино и веселых игр с друзьями. Все это папа считал «баловством», и дочка соглашалась с ним. Впрочем, мисс Робертс никто никуда и не звал. Ровесники ее не любили и прозвали Стальной Мэгги. Она была «зубрилкой»-отличницей, говорила лишь о политике, усиленно готовилась к поступлению в престижный Оксфордский колледж, не признавала чужого мнения и не умела смеяться. К тому же из бедной, по тамошним меркам, семьи. Им вечно не хватало денег, хотя мать-швея часто брала заказы. В доме Робертсов не было ни туалета, ни горячей воды. И детям не позволяли «такую роскошь», как игрушки, сладости или красивые платья. Зато с семи лет девочки получали по два пенса в неделю. Но Мэгги, в отличие от сестры, не бежала тратить их на мороженое и украшения! Ее «капитал» работал: Марго вносила денежки на свой банковский счет!
Детство бывшего премьер-министра было тяжелым.
– Будь оно у меня другим, не было бы тогда той Маргарет Тэтчер, которую знает весь мир! – усмехалась знаменитость. – И я безмерно благодарна отцу за мое «мужское» воспитание. Жаль, что он умер за девять лет до моего назначения главой правительства. Представляю, как он был бы горд.