Мама, папа и дочка, рядом дерево и домик - так рисовала маленькая Оля на картинке свою семью.
Оля росла в самой обычной квартире, в самом обычном городе. И детство ее до определенного момента было счастливым и безоблачным, каким и должно быть у любого ребенка.
Мама, Марина, работала воспитателем в детском саду, а папа, Сергей, рабочим на заводе. В выходные они гуляли с Олей, читали ей сказки, вместе ходили в парк. Оля помнила их молодыми, красивыми и непьющими. Тогда она чувствовала себя в безопасности, кокон из люби, заботы и нежности родителей окутывал ее.
Постепенно этот кокон стал давать трещины, сначала малозаметные, но они расширялись, превращаясь в безобразные дыры, и кокон распался.
Родители Оли стали пить. Сначала они позволяли себе отлично погулять и посидеть только по праздникам, затем выходные стали поводом «для выпить».
- Питница у нас, - хохотал папа вечером в пятницу.
День за днем, рюмка за рюмкой, они погружались в пучину ал.ког.ольной зависимости, забывая про дочь, пуская под откос свою жизнь.
Оля только во сне видела красивую маму, а наяву она была нечесаная, нетрезвая, говорила сипло, лицо ее опухло от многочисленных возлияний. Родители перестали играть с ней, читать ей книги, ходить в парк. Теперь их интересовало только одно – очередная бутылка.
В доме все чаще звучали крики, нетрезвые песни, ссоры.
К ним периодически заглядывала бабушка, мама отца, Вера Ивановна. Была она женщиной суровой, неласковой, всегда высказывала недовольство Олей и ее мамой.
- Марина, да когда ты уже одумаешься? На кого ты похожа? Позорище.
- Вера Ивановна, это наша жизнь, не лезьте в нее, - огрызалась Марина, - сами разберемся. И вообще, чего это вы притащились? Мы вас не приглашали. Пришли тут, ко всему придираетесь.
- Я придираюсь? Да я ради сына стараюсь, чтобы он опомнился, а ты его только на дно тянешь. Что будет с Олей, когда вы совсем сопьетесь?
- С Олей все будет хорошо. А мы немного выпили, и совсем не спиваемся. Имеем право расслабиться на выходных. Собой лучше занимайтесь. В вашем возрасте пора уже о душе подумать, а не по чужим жизням шастать.
Оля пряталась под столом, стараясь не привлекать к себе внимания. Она не любила все эти скандалы. Бабушка уйдет, мама начнет картинно рыдать, папа ее успокаивать. Затем они будут лечить «душевные раны» (так мама говорила), выпьют бутылку или две, будут песни кричать и танцевать.
Папа, Сергей, обычно не вмешивался в эти женские баталии, делая вид, что ничего не слышит.
- Женщины сами разберутся, а мужику лучше туда не лезть, чтобы не получить порцию гнева от обеих сторон.
Время шло, а жизнь Оли не улучшалась, скорее наоборот. Родители окончательно потеряли над собой контроль, утонув в ал.ко.голь.ном море. С работы обоих родителей уволили за пьянку и прогулы, но им было все равно. Есть иногда было нечего, но на бутылку деньги они всегда находили. Оля была предоставлена сама себе: сама стирала свои вещи, готовила себе еду, когда было из чего, и пыталась делать уроки, несмотря на постоянный шум и пьяные крики.
Несмотря на такую обстановку дома, Оля училась хорошо. Как говорила учительница, были бы другие родители, вообще была бы отличницей.
- Учись, Оля, образование – твой шанс вырваться из этого кошмара и построить нормальную жизнь.
Оля уставала, не высыпалась и не могла сосредоточиться на учебе. В пятом классе в ситуацию вмешались социальные службы, которые после посещения квартиры приняли решение об изъятии ребенка из семьи. Для Оли это был шок и ужас, она плакала, просила не забирать ее, говорила, что любит своих родителей и хочет жить с ними.
Родителей лишили родительских прав, а Олю определили в детский дом. Ни бабушка, ни другие родственники не захотели взять ее под опеку. Бабушка, Вера Ивановна, сказала:
- Мне и самой трудно, я уже не молода и хочу пожить для себя, а не вешать себе на шею почти подростка.
Оля плакала:
- Бабушка, забери меня отсюда.
- Оленька, прости меня, милая, - говорила бабушка, избегая смотреть Оле в глаза. - Я бы с радостью тебя взяла, но я просто не потяну.
Оля плакала и просила бабушку передумать.
- Бабушка, я буду помогать тебе по дому, буду хорошо учиться, только забери меня.
- Не разводи нюни, ты же большая девочка. Я сказала – нет, не могу, у меня своя жизнь. А там тебя накормят, оденут и дадут образование.
У мамы были какие-то родные, но они тоже не захотели брать Олю к себе.
- У нас свои дети, да и брать за чужого ребенка ответственность мы не хотим.
В детском доме Оле было нелегко, она скучала по родителям, не понимала, почему ее никто не забрал. Постепенно это чувство стало трансформироваться в злость. Она не собиралась прощать людей, которые не были к ней добрыми.
В детском доме царили свои порядки, свои правила и свои законы: чтобы выжить и не стать жертвой, Оле пришлось научиться защищать себя. Она стала жестче, сильнее и более замкнутой.
Но несмотря на все трудности, Оля училась отлично, планировала поступить в институт.
- Вырасту, выучусь, будет у меня своя семья, и я никогда своего ребенка не брошу.
Время летело быстро. Оля успешно окончила школу, поступила в институт. Родители к этому времени отошли в иной мир, выпив какую-то паленую жидкость.
За Олей была закреплена родительская квартира. И вот, она вошла в нее: хлипкая дверь, старенький замок, разрушенные остатки мебели, грязь.
Оля решительно взялась за дело: выкинула всю старую мебель, отмыла стены и полы от грязи, постепенно заменила окна и двери, покрасила стены в светлые тона, потихоньку стала обрастать мебелью.
Она сама смеялась:
- Кровать есть, стены есть, а остальное понемногу приобрету.
Она через рубрику «отдам даром» нашла весьма неплохую мебель, привезла ее домой.
Оля решила навестить бабушку, все же она оставалась ее единственной кровной родственницей.
Визит к бабушке оказался непростым. Вера Ивановна встретила Олю холодно и отстраненно.
- Как дела?
- Нормально, делаю в квартире ремонт.
- Молодец. Учишься?
- Да. Бабушка, я хотела спросить, почему ты не забрала меня?
- Бесс мысленно ворошить прошлое, все уже давно прошло и забыто. Ты учишься, здорова, так что ничего плохого не произошло.
Оля вздохнула, а по дороге домой почувствовала какое-то облегчение:
- Бабушка меня не любит, никогда не примет, да и ладно. Фото с ней я на память сделала, внукам буду показывать.
На фотографии они стояли рядом: две чужие друг другу женщины, связанные лишь кровными узами.
Шли годы, после детского дома прошло 9 лет, наполненных разными событиями.
Институт стал для Оли глотком свежего воздуха: новые знакомства, интересные лекции, активная студенческая жизнь — все это помогло ей отвлечься от тяжелых воспоминаний прошлого, и она с головой погрузилась в учебу. Походив на студенческие вечеринки, Оля закрыла их для себя – неинтересно.
На втором курсе она познакомилась с Алексеем, четверокурсником. Он учился на факультете экономики, в «женском царстве», девушки его обожали: добрый, с юмором, симпатичный. Но Алексей относился ко всем дружески, обратив внимание на Олю. Она стали встречаться, Алеша познакомил Олю с родителями, и те приняли ее как родную. Впервые за долгие годы она почувствовала, что о ней заботятся.
Когда Ольга слегла с ангиной, а Алексей был в отъезде, приехала его мама. Она варила бульончики, купила лекарства, вызвала врача. Оля расплакалась:
- За мной класса со второго так никто не ухаживал. У вас, наверное, свои дела.
- Да какие дела, если ребенок болеет, - улыбнулась мама Алексея.
Она села рядом, обняла ее:
- Сложится у вас с Алексеем – хорошо, а если нет, то ты все равно помни, что есть люди, которым ты небезразлична, мы всегда поможем, будем рядом.
С Алексеем все сложилось. И свадьба была красивая, хотя и небольшая, Оля была счастлива. Жить они стали с родителями Алексея, Оле очень не хватало любви, а мама Алексея с удовольствием заботилась, любила, оберегала и опекала.
- Жили бы отдельно, у Ольги же своя квартира, - говорили знакомые.
- Я не могу их разлучить, Олю и маму, - хохотал Алексей. - Им так хорошо вдвоем. Мама любит кого-то опекать, заботиться, а Оле это в радость.
Квартиру Ольга сдала – деньги не лишние. В срок в этой молодой семье родился сын, обожаемый всеми. Оля смеялась: порастет, еще и за дочкой схожу, или за мальчиком. Чем больше, тем лучше.
В 2019 году Оле сообщили о смерти бабушки. Ее поместили в свое время в социальное учреждение, где она умерла. Внучку искали еще до ее смерти, но телефонов не было. Узнала Ольга случайно, от соседки, встреченной в городе.
Сожалела ли она? Нет, ее никто не пожалел. Соседка же передала Ольге ключи от квартиры бабушки.
Оля никому не рассказала об этом, даже свекрови. Она отправилась в бабушкину квартиру, чтобы забрать какие-то фотографии отца и мамы, у нее не было ничего. Открыв дверь, Оля замерла в шоке. В квартире все было перевернуто вверх дном. Мебель была сломана, вещи разбросаны по полу, словно кто-то что-то лихорадочно искал. Ольга наняла людей, в квартире навели порядок, вынесли все, она отремонтировала дверь, поменяла все замки.
Ольга же забрала фотоальбомы, и ценные вещи, какие нашла.
- Ну, вот и все, пусть стоит.
Ей не хотелось будоражить эти темные воспоминания. Через год она родила дочку, а когда та подросла, Оля все же рассказала свекрови, про бабушку и квартиру. Свекровь слушала внимательно, Ольга никогда не рассказывала о периоде жизни, когда попала в детдом, о бабушке, о своей боли, а тут разговорилась.
- Девочка моя, - обняла ее свекровь, - ты не одна, мы рядом.
Оля улыбнулась:
- А квартира-то так и стоит, я же не наследник, я внучка. Да и не могла я там долго находиться, как будто опять стала маленькой и просила бабушку забрать меня.
- Проконсультируемся у юриста, как быть.
В результате Ольга подала иск в суд к Администрации района:
-Прошу признать право собственности на квартиру в порядке наследования по закону. По факту я ее приняла: сделала уборку, отремонтировала дверь, забрала фото, приходила, проверяла квартиру.
Администрация подала встречный иск:
- Ну и что, что отремонтировала, но коммуналку не платила, там долги какие. Просим признать выморочным имуществом, квартиру отдать нам, городу, нам нужнее.
Суд первой инстанции Ольге отказал, иск Администрации удовлетворил, признав квартиру выморочным имуществом.
Оля это обжаловала, и апелляционная инстанция решение отменила, признав за Ольгой право собственность на квартиру бабушки:
…Судебная коллегия, с учетом представленных доказательств Ольгой и ее пояснений о принятии наследства в установленный законом срок - фотографий личных вещей А.М., полученных Ольгой после смерти бабушки, акта … о ремонте двери …., заказчиком работ по которому выступала Ольга (л.д. 87), показаний свидетеля В.С., повторно допрошенного судебной коллегией в судебном заседании 09 апреля 2025 года, полагает доказанным факт принятия наследства Ольгой после смерти бабушки в установленный законом срок.
При этом, представленные доказательства согласуются между собой, доказательств в опровержение доводов Ольги Администрацией не представлено, оснований для критической оценки представленных Ольгой доказательств, в связи с этим, не имеется. К тому же, Администрацией не представлено доказательств по осуществлению ею действий по сохранению наследственного имущества, факт осуществления Ольгой действий по охране наследственного имущества в пределах 6-месясячного срока для принятия наследства Администрацией не опровергнут и не оспорен.
Ольга была рада: есть шанс получить квартиру.
- Они еще обжалуют, - сказала свекровь.
- Думаю, все же отстоим квартиру, - улыбнулась Ольга. – Одна будет сыну, вторая дочке, а нам с Лешей и с вами хорошо.
*имена взяты произвольно, совпадения событий случайно. Юридическая часть взята из:
Апелляционное определение Московского областного суда от 09.04.2025 по делу N 33-9545/2025