Когда в 1937 году сухопутные силы вермахта объявили конкурс на новый единый пулемёт, все были уверены — победит Штанге, отец MG34. Он представил образец с газоотводным механизмом: надёжный, испытания прошёл достойно. Но комиссия, уткнувшись в чертежи, скривилась. Французщина! От Гочкиса там тянуло слишком явно, и дух Третьего рейха зашевелился недовольно. В результате проект зарубили.
А победила… никому не известная фирма Großfuß Metallwerke из скромного городка. Новичок. Но в его конструкции был задел на эпоху: MG39, прародитель будущей легенды. Схема — короткий ход ствола, автоматика — отдача. Всё как у MG34, но подход другой: минимум фрезеровки, максимум штамповки. И главный козырь — темп стрельбы: 1200 выстрелов в минуту.
MG34 не отступал: на свет появилась версия S с тем же темпом. Первые 300 экземпляров на полигоне показали себя неплохо — армия обрадовалась. Было решено: заказать ещё 1707. И вот тогда, в реальном бою, открылся ад не только для противника. Высокоскоростной затвор начинал разрушать тыльник, отдача била по плечам, механика летела.
К MG39 вернулись с новыми глазами. Немного доработали — и в 1942-м мир увидел MG42. Без режима одиночного огня. Только очередями. Лента — всё та же, от MG34, но подача теперь односторонняя, слева. Кожух с характерным вырезом — для быстрой смены раскалённого ствола.
Но главное — затвор. Инженер Вернер Грунер внедрил принципиально новую схему: прямолинейный затвор с роликовым запиранием. Во время выстрела затвор и ствол откатываются назад, ролики сходятся — и через 18 мм они разъединяются. Ствол — вперёд. Затвор — назад. Всё. Быстро. Механично. Без изысков. Как мясорубка.
Войска окрестили MG42 «Гитлеровской пилой». В Красной армии — «косторезом». Секунда — и противник в пыль. После войны MG42 не ушёл в небытие. Франция, Югославия, легионеры, Zastava. А в 1958-м, под НАТОвский патрон, он вернулся в строй как MG3 — уже в Бундесвере.