Пакуя удочки в багажник, Алексей нечаянно уронил банку с гречневой кашей. Катя подобрала её и, улыбнувшись, сказала:
— Уф, не разбилась! Не переживай, милый, вся рыба твоя. Прикормка сама рвётся в дело!
Роман, друг Алексея, ехавший с ним на рыбалку, рассмеялся:
— Точно, ни одна рыбешка нас не обойдёт!
Только Алексей, хмурясь, буркнул:
— Может, и так, но чует сердце — будет просто прогулка. Если рыбы не поймаем, хоть кашу поедим, ложку я захватил.
Почему у него испортилось настроение, никто не понял. Может, банка с кашей показалась ему дурным знаком. Загрузив вещи, Алексей громко сказал:
— Всё, поехали! Кать, я постараюсь хоть на сковородку наловить, но не обещаю. Звони, если что, мы на связи.
Казалось, он предчувствовал, что рыбалка пойдёт не по плану. В дороге Алексей слушал музыку в наушниках, кивая на Ромкины несмешные шутки. Через полчаса он пересел на пассажирское сиденье, отдав руль другу, и, откинувшись, закрыл глаза. Роман заметил его тревогу, но не стал расспрашивать. Поглядывая на дорогу, он переписывался в телефоне. Роман, в отличие от женатого Алексея, был холост и не упускал шанса поболтать с женщинами.
— Ищу свою половинку, она где-то рядом, — любил повторять он.
Алексей только качал головой:
— Вот соберутся все твои подруги разом — тогда посмотрим, куда твой задор денется.
Его можно было понять: с Катей у него была семейная гармония, хоть работа и выматывала. Врач-хирург в местной больнице, он видел всякое, но каждый пациент, избавившись от болезни, благодарил его, как родного.
Свернув на просёлку, Роман толкнул Алексея:
— Проснись, скоро приедем. Может, порулишь, а я перекушу?
Алексей кивнул, попросил остановиться и вышел на минуту. Тишина вокруг была такой, что даже птицы, казалось, замолкли. Сев за руль, он решил поискать местного проводника. Хоть он знал, где клёв лучше, с опытным рыбаком было бы надёжнее.
Роман согласился, попутно мечтая взглянуть на местных девушек. Он всё искал ту самую, единственную. Алексей усмехнулся:
— Откуда в тебе столько прыти? Женское внимание — это, конечно, приятно, но меру знать надо.
Роман отмахнулся:
— Рули, я сам разберусь, на кого смотреть.
Через полчаса впереди показались дома деревни Лесково. Дорога к озеру проходила через неё, обещая передышку от ухабов. Проезжая мимо одного дома, Алексей заметил, как нетрезвый мужчина, еле держась на ногах, тряс за плечо мальчика. Алексей резко затормозил, хотел выйти и приструнить его. Но тут из дома вывалилась женщина, в таком же состоянии, и прохрипела:
— А ну домой, мелочь! Хватит по улицам шляться. Сейчас найду тебе дело, а то совсем распустился.
Алексей не сдержался и крикнул в открытое окно машины:
— Отпустите ребёнка, ему же больно!
Мужчина обернулся, сжал кулаки и рявкнул:
— Катись отсюда, разберёмся без тебя!
Мальчик юркнул за соседний дом, но мужчина медленно двинулся к машине. Роман занервничал:
— Лёш, поехали, не связывайся. Таких, как он, полно, ничего не сделаешь, только нервы изведёшь.
Алексей кивнул — не его дело лезть в чужую семью. Вздохнув, он свернул на другую улицу. Им повезло: навстречу шёл пожилой рыбак, напевая что-то себе под нос.
Остановившись, Алексей спросил через окно:
— Здравствуйте, как тут с рыбой? Слышал, что клёв есть, но совет местного был бы кстати.
Рыбак присел на корточки:
— Карась на перловку идёт, плотва тоже берёт, окунь — на блесну. Езжайте к роще, там тропка, машина пройдёт. Через триста метров — река, а рядом озеро. Без улова не останетесь.
На плечах у рыбака был рюкзак, явно полный рыбы, но друзья не стали расспрашивать.
Через полчаса они добрались до места. Роман раскладывал удочки, Алексей собирал дрова для костра. Первая рыба — плотва размером с ладонь — попалась быстро. Роман, потирая руки, предвкушал удачную рыбалку. Алексей взял стул и спустился к воде, ища тишины. Закинув удочку, он смотрел на поплавок, но тот замер, будто в стоячей воде. Тоска навалилась неожиданно, словно ждала момента. Глянув на часы, Алексей пробормотал:
— Место красивое, есть, кому его беречь.
Роман, не поняв, присвистнул, вытаскивая ещё одну рыбу. Алексей усмехнулся:
— Видно, не только девушки, но и рыбы тебя любят.
Тут его поплавок дёрнулся и ушёл под воду. Подсечка — и в руках заблестел крупный карась. Осмотрев его, Алексей сказал:
— Маловат, Катя не одобрит. Надо ещё, а то пирога не будет.
Роман, видя, что друг повеселел, подсыпал прикормки. Клёв пошёл лучше. За пару часов они наловили почти пять кило. Алексей, глядя на садок, воскликнул:
— Теперь можно домой, не стыдно!
Тут зазвонил телефон.
— Катя, небось, соскучилась, сейчас обрадую, — улыбнулся он, но, увидев номер, нахмурился. — Из больницы. Странно, знают же, что выходной. Видать, что-то серьёзное.
Роман помрачнел:
— Только клёв пошёл, и на тебе. Может, не ответишь? Без тебя не справятся?
Алексей покачал головой:
— Я врач, должен быть наготове. Извини, надо ответить.
Он включил вызов:
— Слушаю.
Роман видел, как напряглось лицо друга, губы задрожали. Закончив, Алексей вытер лоб и сказал:
— Еду обратно. Если не хочешь оставаться, собирай вещи. В больницу привезли ребёнка, состояние тяжёлое. Подробностей не сказали, узнаю на месте.
Роман пожал плечами:
— Ладно, высади меня в деревне. Запомнил, куда тот рыбак зашёл, попробую с ним поболтать, может, с местными девушками сведёт.
Алексей не стал его упрекать, хоть и подумал, что думать о женщинах, когда ребёнок в беде, — неуместно. Но Роман не поймёт всей серьёзности, даже если извинится.
Оставив друга в Лесково, Алексей помчался в больницу. По пути ещё раз позвонил дежурной медсестре, уточняя, что с ребёнком. Она сообщила о внутренних травмах. Не обращая внимания на знаки, Алексей прибавил скорости. Через сорок минут он был в приёмном отделении хирургии. Медсестра ждала у входа:
— Идёмте, операционная готова, как вы просили. Но есть ещё кое-что…Она не договорила — появился анестезиолог:
— Алексей Петрович, надо торопиться, есть осложнения.
Поднимаясь на второй этаж, Алексей не мог представить, кого увидит на столе. Мальчик был на грани, и ошибка могла всё решить. Алексей знал это. Перед операционной он присел, обвёл взглядом персонал. Медсёстры смотрели на него с надеждой:
— Мы верим в вас, Алексей Петрович.
Ноги подкосились, но он собрался и вошёл. Увидев пациента, он замер, едва выдохнув:
— Это же он…
Все в операционной переглянулись, но вопросов не задавали — время было дорого. Алексей не отрывал глаз от мальчика, будто силой воли заставляя его выжить. В какой-то момент слёзы потекли сами собой. Он не скрывал их. Медсестра рядом тихо вытирала их салфеткой. Никто не спрашивал, что происходит — все были заняты спасением ребёнка.
Закончив основную часть, Алексей сказал ассистенту:
— Дима, наложи шов, как обычно. Я выйду, надо отдышаться.
Он еле дошёл до выхода, оборачиваясь на мальчика. Слёзы катились по щекам, оставляя следы на халате. Медсестра подошла:
— Алексей Петрович, вы бледный. Может, прилечь?
Он отмахнулся:
— Я в порядке, а вот он…Показав на операционную, он снова заплакал. Медсестра ушла, не задавая вопросов. Алексей вспомнил сцену в деревне: нетрезвый мужчина, теребящий мальчика, женщина с хриплым голосом. Он видел всё, но не вышел из машины. А теперь этот ребёнок лежал на столе.
Дрожь унялась, и Алексей пошёл в кабинет. Прилёг на диван, закрыл глаза, но тут постучали:
— Алексей Петрович, это я, Марина.
— Заходите, — вздохнул он. — Отдохнуть не вышло. Что там? Есть подробности?
Марина выдохнула:
— С мальчиком привезли родителей. Полиция их забрала, но они такое вытворяли — сплошная ругань.
Алексей не удивился — он ожидал чего-то подобного от тех двоих. Но его волновало другое:
— Как прогноз у мальчика?
— Точно скажут позже, но я верю, что он справится, — тихо ответила Марина.
Алексей опустил голову:
— Я тоже верю. Надеюсь, он ещё порадует нас.
Родителей мальчика забрали в полицию. Алексей сам позвонил туда, чтобы уточнить, не отпустили ли их. Капитан ответил:
— Не волнуйтесь, Алексей Петрович, мы их держим крепко. Но скажите, кем вам этот мальчик? Так за него переживаете, будто он ваш сын.
Алексей вздохнул:
— Не родной он мне. С Катей детей пока нет, но планируем. Я видел его в деревне, когда проезжал. Как будто близкого человека встретил. Редко так бывает, но сердце за него болело. Простите, капитан, что душу выливаю, но честность — мой принцип.
Капитан заверил, что родителей накажут по всей строгости.
Операция у мальчика прошла удачно. Он быстро шёл на поправку, удивляя врачей. Никита, так звали пациента, подружился с медсёстрами и знал Алексея по имени. Когда хирург зашёл в палату, Никита воскликнул:
— Спасибо, Алексей Петрович! Помню, как вы за меня вступились. На миг подумал, что вы мой папа, а не тот, от кого плохо пахло.
В дверь постучали. На пороге появился Роман:
— Привет! Я не один, знакомьтесь.
Он вывел вперёд женщину:
— Это Лиза, моя любовь навсегда.
Лиза ахнула:
— Никита? Ты в порядке?
Она была из Лесково и знала мальчика, но не была рядом, когда случилась беда.
— Всё хорошо, тёть Лиз, Алексей Петрович меня спас, — ответил Никита.
Роман, ошеломлённый, сказал:
— А давай заберём его к нам? Родителей его надолго закроют, я слышал. И права их лишат.
Лиза, со слезами, кивнула:
— Я за. Давно хотела с его родителями поговорить. Вся деревня знала, как они над ним издевались. А властям — хоть бы что. Завтра поедем, узнаем про опеку.
С передачей Никиты в семью Лизы и Романа проблем не возникло. Роман наконец остепенился и сделал доброе дело. После выписки Алексей дал советы мальчику и его новым родителям. Сам он теперь навещает Никиту — тот стал для него как крёстный сын.
А как бы вы поступили на месте Алексея? Поделитесь своим мнением в комментариях!
Следующий рассказ:
Сделай мне подарок — подпишись на меня❤️