В самом сердце Веселого Леса, на старой-престарой сосне с уютным дуплом, жил бельчонок по имени Тишка. Тишка был не просто бельчонок, он был самый шустрый, самый любопытный и самый непоседливый бельчонок на свете! Его рыженькая шубка всегда лоснилась, хвостик торчал пушистым вопросительным знаком, а глазки-бусинки так и искрились озорными огоньками.
Однажды утром мама-белка сказала серьезным голосом:
"Тишка, солнышко мое, осень уже на пороге. Скоро листья пожелтеют и начнут падать, а потом придет зима – белая, холодная. Нам нужно много-премного запасов! Сегодня твоя важная задача – собрать как можно больше спелых орешков для нашей кладовой. Ты же наш главный добытчик!"
Тишка вскочил, отдал маме честь (почти как солдат, только хвостом задел чашку из желудя – бдымсь!) и звонко крикнул:
"Есть собрать орехи! Будет сделано, мамуля! Я принесу целую гору! Самую большую гору в лесу!"
И вот он уже несется по веткам. Шурх-шурх-шурх! Его маленькие лапки ловко перебирают кору. Прыг-скок! С одной ветки на другую. Тишка чувствовал себя настоящим героем, лесным капитаном, отправляющимся в плавание за сокровищами!
Орехи и... Ой, Грибочки!
Первое дерево – могучий дуб. Ах, сколько тут желудей! Крепких, блестящих, в смешных шапочках. Тишка начал старательно срывать их и складывать в свою воображаемую корзинку (на самом деле он просто засовывал их за щечки, набивая их так туго, что они стали похожи на два огромных шарика).
"Хрум-хрум!" – пробовал на вкус. "Вкусно! Отличные желуди! Мама будет довольна!"
И вдруг... его нос уловил новый, волнующий запах. Что это? Сладковатый, землистый... Тишка насторожил ушки. Он выглянул из-за ветки. Внизу, под дубом, под большим папоротником, красовались... грибы! Не простые, а рыжики – яркие-оранжевые, как маленькие солнышки, упавшие в траву.
"Ой!" – прошептал Тишка, забыв про желуди. – "Какие красавчики! Мама обожает рыжики! Надо собрать и их! Всего парочку... ну, может, три... или пять..."
Он спустился вниз, как заправский парашютист, и начал срывать грибы. Они были такими упругими, такими душистыми! Он аккуратно складывал их под кустик – "Вот сюда, чтобы не потерять. Сейчас вернусь!". Набив щеки грибами (теперь они стали похожи не на шарики, а на два лопнувших воздушных шарика, торчащих в разные стороны), Тишка вспомнил про желуди. "Ах да, надо еще желудей!"
Грибы и... Ой, Ягодки!
Он полез обратно на дуб. Цап-царап! Лапки цепляются за кору. И вдруг... на тонкой веточке соседнего дерева он увидел закачавшуюся гроздь спелой рябины! Ягодки – ярко-красные, блестящие от утренней росы, как крошечные рубины.
"Ух ты!" – ахнул Тишка, замирая. – "Какие красивые! Прямо как бусы! И наверное, очень вкусные? Мама говорила, что рябина полезная, особенно для беличьих хвостов, чтобы они были пушистыми!"
Желуди? Грибы? Они мгновенно испарились из мыслей бельчонка. Он тут же принялся срывать ягодки. "Ам!" – одна ягодка попала в рот. – "Ммм... кисленькая! Но интересная!" Он набрал целую пригоршню. "Маме понравится! И сестренке! И папе!" Куда же их положить? Ага! За щеки! Но щеки-то уже были заняты грибами! Пришлось грибы аккуратно выплюнуть на ветку ("Тфу-тфу! Только не уронить!"). "Эх, надо быстрее, а то грибы без присмотра!" – подумал Тишка, глядя на свои грибы на ветке.
Ягоды и... Ой, Бабочка!
Он уже почти спустился за грибами, как вдруг... мимо пронеслось что-то желтое. Бабочка! Она порхала так легко и грациозно, будто танцевала вальс на ветру.
"Ух ты!" – завизжал Тишка от восторга. – "Поймать ее! Показать маме! Она будет летать у нас в дупле, как живой цветок!"
Он забыл и про ягоды во рту, и про грибы на ветке, и про желуди где-то там, под деревом. Он помчался за бабочкой! Прыг! Чуть не схватил! Еще прыг! Бабочка ловко увернулась. Прыг-скок-прыг! Тишка носился по веткам, как угорелый. Его щеки раздувались, хвост метался из стороны в сторону. "Стой! Куда? Подожди немножко!" – кричал он бабочке, которая, конечно, его не слышала.
Бабочка и... Ой, Кузнечик!
Погоня привела его на солнечную полянку. Бабочка скрылась в траве – поймать ее стало невозможно. Тишка приуныл. "Эх, улетела..." Но грустить было некогда! Прямо у него под лапкой твинь! – подпрыгнул огромный зеленый кузнечик! С такими длинными усами!
"Ого!" – удивился Тишка. – "Здоровенный! Настоящий богатырь! Здравствуй, дядя Кузнечик!"
Кузнечик посмотрел на него одним глазом (у кузнечиков глаза по бокам) и... твинь! – прыгнул в густую траву.
"Ага! Поймался!" – засмеялся Тишка и ринулся в погоню уже за кузнечиком. Тот прыгал зигзагами, Тишка бежал за ним, спотыкаясь о кочки и стебли высокой травы. "Стой! Давай дружить! Я тебе орешек дам!... Э-э... орешек?.." Тут Тишка вдруг остановился как вкопанный. Его глазки округлились. "ОРЕШЕК?! ЖЕЛУДИ! ГРИБЫ! ЯГОДЫ!" – пронеслось у него в голове. Он вспомнил про маму, про кладовую, про Великие Собирательства! "Ой-ой-ой! Я же совсем забыл!"
Великое Возвращение (и Пустые Щеки)
Тишка бросил кузнечика и помчался обратно к дубу так быстро, как только могли нести его коротенькие лапки. *Топ-топ-топ!* По земле. Царап-царап! По стволу. На ветке... грибов нет! Только пара травинок. "Кто украл?!" – чуть не заплакал Тишка. Он спустился вниз, к папоротнику... грибы на месте! Ох, он же их сложил под куст! Он набрал грибы снова в рот. "Фух!"
Он полез за ягодами... но ягоды, которые он выплюнул на ветку, куда-то подевались! Наверное, упали или их птицы склевали. "Эх..." – вздохнул Тишка. Оставались желуди. Он спустился к подножию дуба и начал искать свои первые трофеи. "Вот один! Вот еще! А этот куда закатился?" Он бегал по опавшим листьям, разгребая их лапками, набивая щеки уже желудями. Они были тяжелее ягод и грибов! Щеки оттягивались, как два маленьких мешочка с горохом.
Солнце уже клонилось к закату, окрашивая лес в золото и розовый цвет. Тишка, уставший, но довольный, что хоть что-то нашел, поплелся домой. Его щеки были набиты желудями до предела, он нес в лапках два самых красивых гриба-рыжика, а в шерстке застряло несколько красных ягодок рябины. Он был похож на маленький, очень грязный и немного помятый грузовичок, везущий странный груз.
Мамина Улыбка
Мама-белка ждала у дупла. Она увидела своего Тишку – перепачканного землей, с листиками в хвосте, с невероятно раздутыми щеками и серьезным выражением на мордочке.
"Ну что, мой главный добытчик? Как успехи?" – спросила она, придерживая улыбку.
Тишка с трудом разжал челюсти. Бум-бум-бум! – желуди посыпались к ее лапкам горкой. Потом он торжественно протянул грибы. "Держи, мама! Рыжики! Самые лучшие!" И вдруг с его бока скатилась ягодка рябины. "О! И это тоже! Для красоты и пушистости хвоста!"
Мама посмотрела на горку желудей, на грибы, на ягодку, потом на своего замурзанного, но невероятно старательного бельчонка. Она не смогла сдержаться и рассмеялась – звонко и тепло, как колокольчик.
"Тишка, Тишка! – сказала она, обнимая его. – Ты собрал целое богатство! И орехи, и грибы, и ягоды!" Она ласково вытерла ему мордочку мягкой травинкой. "Но главное – твое старание и твое большое беличье сердце! А то, что ты по пути увидел столько всего интересного – бабочку, кузнечика, ягодки – так это же замечательно! Это значит, ты очень внимательный бельчонок!"
Тишка сиял. Мама не ругалась! Она его похвалила! Он помог! Пусть и немного.
"Завтра," – сказал он важно, набивая щеки ужином (мама все-таки дала ему вкусный орешек из запасов), – "завтра я буду сосредоточенный! Только орехи! Целый день! Ни на что не отвлекусь! Ну... может, только на одну самую красивую шишку? Или на блестящий камушек?.. Ой!"
Мама снова засмеялась и потрепала его по пушистой головке. А Тишка, громко чавкая орешком, уже строил планы на
завтрашние Великие (и, конечно, немножечко запутанные) Собирательства. Потому что быть бельч
онком в Веселом Лесу – это самое интересное приключение на свете!