Все части повести здесь
К своим пятнадцати Вика стала настоящей красавицей с огромными, зелеными, как у матери, глазами, опушенными длинными черными ресницами, белой кожей с нежным, сверкающим румянцем и красивой стройной фигуркой с длинными же ногами. Одевалась она хорошо – помимо бабушки, которая тратила алименты на то, чтобы одеть девочек, и Лиля нет-нет, да покупала сестре обновку на свои заработанные, чем очень радовала Вику. Сама же Лиля просто любовалась сестрой – все наряды были ей к лицу, все шло, что она надевала, и стоило ей распустить по плечам свои длинные локоны и принарядиться, как Лиле начинало казаться, что рядом с ней не сестра, а какая-нибудь там известная модель с обложки журнала.
Часть двадцать пятая
Новый учебный год в техникуме принес им новых хлопот – все-таки второй курс, как-никак, а не абы что! Рефератов, курсовых, и разного рода других работ стало больше, к ним прибавились олимпиады и соревнования между техникумами и факультетами. Лиля старалась участвовать, в чем могла, как и Светка, но приходилось задерживаться, и в таких случаях они ходили к вахтерше тете Зое звонить домой. У нее в «кандейке», как они называли небольшие подсобные помещения, часто сидел то дядя Тимур, то пара уборщиц. Тетя Зоя была доброй женщиной и звонить им разрешала, зная, что дома их ждут.
Вике тоже было непросто с учебой – она с головой окунулась в уже почти взрослую школьную жизнь и тоже была в классе активисткой.
Как-то раз Лиля решила спросить ее о том, что она думает делать после школы.
– В городе новый колледж открыли, называется многоуровневый. Там на стилистов учат. Я хочу туда поступать.
– На стилиста? – удивилась Лиля – Вик, я думала, ты что-то более серьезное выберешь, тем более, после одиннадцатого класса. У тебя есть все возможности поступить в институт.
Сестра упрямо покачала головой:
– Нет, Лиля, и не уговаривай! Какая – нибудь там бухгалтерия и экономика абсолютно не для меня! Совсем не для меня, понимаешь?! Я ничего в этом не смыслю и не хочу в это вникать. Стилистика – это будущее, потому я хочу в этот колледж и поскорее потом пойти работать в какой-нибудь крутой салон. Сейчас их столько открывается! Не просто какие-то там парикмахерские, а именно салоны красоты. А стилисты – на вес золота, потому это очень прибыльно! Стилист – это тебе не просто макияж наложить, это и одежда, и образ в целом. В общем, профессия будущего.
– Вика, но это не серьезно! Всю жизнь будешь чужие лица косметикой красить и одежду богатым тетям подбирать?
– И что? Это такая же профессия! И потом – женщины никогда не расхотят быть красивыми, так что тут – как с твоей бухгалтерией, хорошие стилисты будут востребованы всегда.
Лиля еще немного поуговаривала сестру, но потом поняла, что это бесполезно – Вика себе на уме и будет делать то, что хочет.
– И ты мечтаешь потом в городе остаться?
– Ну, уж точно не в нашей дыре! В городе перспективы хоть какие-то, а при хорошем раскладе можно будет и в Москву податься.
– Какие у тебя далеко идущие планы! – восхитилась Лиля – Вика, а как же бабушка?
– А что бабушка? Вряд ли бабушка одобрит, если мы, как две наседки, будем рядом с ней сидеть.
Немного покоробили Лилю слова сестры. Но Вика такой и была всегда – напористой, идущей напролом. И ведь действительно – у такой, как она, вполне может сложиться блестящее будущее, а она, Лиля, должна поддержать сестру.
К своим пятнадцати Вика стала настоящей красавицей с огромными, зелеными, как у матери, глазами, опушенными длинными черными ресницами, белой кожей с нежным, сверкающим румянцем и красивой стройной фигуркой с длинными же ногами. Одевалась она хорошо – помимо бабушки, которая тратила алименты на то, чтобы одеть девочек, и Лиля нет-нет, да покупала сестре обновку на свои заработанные, чем очень радовала Вику. Сама же Лиля просто любовалась сестрой – все наряды были ей к лицу, все шло, что она надевала, и стоило ей распустить по плечам свои длинные локоны и принарядиться, как Лиле начинало казаться, что рядом с ней не сестра, а какая-нибудь там известная модель с обложки журнала.
Кроем того, у Вики был легкий характер и чувство юмора – то, чего не хватало Лиле. Она могла быстро принять решение и сообразить, что делать, а еще в классе ее уважали за бойкость, острый язычок и смелость в высказываниях. Кроме чтения, Вика в последнее время увлеклась игрой на гитаре и училась сама по самоучителю, который ей купила в городе Лиля в книжном магазине. Гитару же привез отец, не новую, но довольно хорошую, сказал, что купил в городе на барахолке по сходной цене. В магазине такое было и не достать – кому сейчас нужна та музыка, вот полки и пустые. Голос у сестры был завораживающий, и когда она пела, бабушка, сурово поджав губы, выходила во двор, что-то бормоча себе под нос.
Лиля как-то раз спросила ее:
– Ба, тебе что, не нравится, что Вика на гитаре играет и поет? А мне кажется, у нее очень хорошо получается.
– Ох, Лиля, молоденькая ты еще! И не понимаешь, что певунья, да еще если красавица девка – счастлива никогда не будет. И горя много близким принесет. Так еще испокон веков наши предки говорили.
– А если девка певунья, но страшная? – улыбнулась Лиля – она счастлива будет? Все от человека зависит, ба!
Лиля обняла Марию Ивановну и добавила:
– Это все предрассудки. У Вики, можно сказать, стальной характер, она, я верю, добьется всего, чего хочет.
... Дело о поджоге старого сеновала так и осталось не раскрытым.
– Вот на что годится этот Забелин? – рассуждала Рая Величкина в теплицах – «кто-то кинул спичку или сигарету, а кто – не вычислишь!» – вот и все его слова! А то, что помимо Марии Ивановны, могли еще и соседние дома пострадать – ему плевать. Ну, вот что это за милиционер, какой с ним будет порядок в поселке и какой от него толк?!
В сентябре месяце, когда зарядили на улице первые осенние дожди, еще пока теплые и пахнущие прелым сеном и сырой землей, вывернутой наизнанку после сбора урожая, когда выкапывали на огородах морковь и золотистый лук, когда потянуло с Юры уже по-осеннему прохладным ветром, а в воздухе вдруг зазвенело – запахло приближающейся зимой, к Бакланову наведалась бригада из города. Туда же потянулись машины со стройматериалами, приехала огромная бетономешалка и экскаватор, и восторженные детишки, которые иногда прибегали из Подпечинок, благо, было недалеко, вытаращив любопытные глазенки, наблюдали, как на соседнем пустыре, заросшем пыреем и полынью, начинает появляться фундамент. Лиля вместе со Светкой, возвращаясь со своей «подработки» по субботам и воскресеньям, останавливались неподалеку и тоже смотрели на труд рабочих.
– Мама сказала, что Бакланов вознамерился цеха построить, мол, у администрации землю выкупил. Будут производить тут грибную икру и пироги с грибами вроде в пекарском цехе.
– У нас же все сами пекут – пожала плечом Лиля – кому нужны будут эти его пироги?
– Лиль, трасса недалеко – Светка показала рукой в сторону – рекламу повесит – побегут, как миленькие, мимо проезжающие. Да ветром будет запах с цехов тянуть, так что отбоя от покупателей не будет. Сбыт, опять же, по магазинам наладит. Узко ты мыслишь, Лилек! Сейчас масштабнее надо.
Она рассмеялась и обняла подругу. Они еще немного понаблюдали за работой и пошли домой.
Занятия в техникуме и интересная студенческая жизнь еще больше сплотили девчонок. Они решили, что если все сложится так, как они думают, то после техникума постараются поступить в институт на заочное, они уже узнавали условия и хотя с каждым годом бюджетные места даже на такие факультеты, как их, сокращались, шанс поступить все же был. Тем более, можно будет пойти сразу на третий курс института после техникума, и к тому же, девчонки во что бы то ни стало решили, что закончат техникум с красными дипломами. Для этого они делали все возможное и невозможное, а самое главное – усиленно занимались.
Со всеми этими заботами и хлопотами, с учебой, дни летели в таком быстром круговороте, что казалось, они не успевали жить и замечать вокруг себя все остальные события. Учеба поглотила практически все их время, и только в субботу – воскресенье они могли переключить свой мозг и руки на работу в теплицах.
– Лиль, как скучно вы со Светкой живете! – подначивала Лилю сестра – учеба – дом – теплицы. Учеба – дом – теплицы... И так по кругу... Ну, разве это жизнь? А ведь тебе всего семнадцать!
– А что ты предлагаешь?
– Лиль, вы даже в клуб не ходите! Не развлекаетесь! Что это за жизнь?
– Вика, да у нас сил нет в клуб ходить! Нам бы выспаться за всю неделю, да поработать. В воскресенье после работы снова выспаться, чтобы потом учиться всю неделю. Какие тут развлечения могут быть?
– Так и жизнь пройдет – ворчала Вика – а ведь ты красавица, Лилька, на тебя парни местные так смотрят... подойти только боятся.
– И правильно боятся – ответила Лиля – мне не до них сейчас совсем.
Отошли на второй план и мать с Олегом с ее проблемами, и отец, и про Тимофея она вроде бы совсем стала забывать...
Как-то раз пришли в теплицы на работу, и увидели Анатолия. Переглянулись, и Лиля тихо спросила у Раи Величкиной:
– А он что тут делает?
Та полушепотом стала рассказывать:
– А что ты хотела? В Подлопатках работы ему нет, а на одной воде никакая любовь не держится. Баба его тоже тут работает, и он приехал проситься, так ему Бакланов сказал, что кроме грузчика ничего не может предложить. Тот из себя строить начал, мол, я такой специалист, а ты – в грузчики меня! Так он ему сказал, что если хоть одна жалоба поступит – он его и из грузчиков уволит и больше не возьмет. Вот и работает грузчиком теперь, терпит. А мать-то твоя – ой, умора! – развеселилась Рая Величкина – губы накрасила, волосы начесала, и давай задом крутить перед ним, снова с той бабой чуть не сцепились, да Анатолий Анфисе напомнил, при каких обстоятельствах они дело-то хулиганское замяли. Теперь вот хочешь – не хочешь, а будут притираться тут все вместе.
Лиля вздохнула – очень не хотелось ей сталкиваться с Анатолием, да и матерью тоже, но что поделаешь. Хорошо одно – на упаковке их сильно и не тревожит никто. Она знала, что Бакланов был рад, когда понял, что она отказалась с матерью поменяться, зато Анфиса теперь ходила вечно недовольная, и когда видела дочь – демонстративно отворачивалась. Да Лиля и сама старалась избегать этих встреч. Единственный, за кого болело сердце – Олежка. Брат все-таки... Вроде есть какие-то подвижки в его лечении, да и вообще по виду братика не скажешь, что он больной, просто нервный, плаксивый, спит плохо, капризничает. И, знала Лиля, в садике воспитательницам молоденьким с ним тяжело.
Мать, по слухам, старается не пить, только Лиля знает – все это ненадолго, Анфиса – человек слабохарактерный, нет в ней стержня, рано или поздно снова возьмется за старое. Вон, Рая Величкина и не ходит к ней уже, так как когда приходила до этого, та все предлагала «тяпнуть», а Рае этого и не надо – та твердо вознамерилась перейти на работу в пекарню, которая откроется вместе с производством, и теперь ездила в те дни, когда не было ее смен, в город на курсы, которые сама и оплатила из накопленных средств.
– Мне много не надо – говорила она, смеясь – я ж одна. Хозяйства сильно не держу – только куры да гуси, огородина есть, да, она и спасает. Так что кое-чего скопила... Хотя бы осуществлю свою давнюю мечту – всегда хотела быть либо поваром, либо пекарем.
... Девчонки вышли из ворот техникума и вздохнули обе, одновременно, полной грудью. Сегодня они сдали контрольную, на «отлично», контрольная была серьезная, хоть и прошел всего месяц с начала учебы. Переглянулись, улыбнувшись удовлетворенно, и рассмеялись – так радостно было на душе.
– Ладно, Свет, я поеду, бабушка попросила сразу после занятий дома быть – мы сегодня с ней и Викой огород убираем, мусор сжигаем последний, к зиме, в общем, готовимся.
– Хорошо, я тоже пойду. Мне еще по маминой просьбе на рынок надо, и потом к нашей тетке двоюродной зайти – мама ей тут свежего меда передала, целый день его с собой таскаю. Встретимся завтра, я зайду за тобой, как всегда.
– Хорошо – они попрощались и разошлись в разные стороны.
Лиля успела отойти на довольно-таки приличное расстояние, когда вдруг услышала скрип тормозов, какие-то крики и возню позади себя. Обернувшись, она увидела, как трое высоких здоровых парней в черных кожаных куртках пытаются затащить в машину, тоже черную, почти такую же, как та, на которой к Бакланову приезжали бандиты, упирающуюся и изо всех сил брыкающуюся и старающуюся вырваться, Светку. Несмотря на то, что подруга была более сильнее Лили, силы были неравны – парни упорно тащили девчонку к машине, а она кричала так, что кажется, затихло все вокруг. Выходящие из ворот техникума молоденькие первокурсницы, увидев эту картину, в страхе нырнули обратно.
Лиля кинулась в ту сторону, но как бы быстро она не бежала, к тому времени незнакомцы уже затащили Свету в автомобиль, и машина, заскрипев колесами, тронулась с места. Лиля кинулась следом, крича:
– Отпустите! Отпустите ее, уроды!
Она стучала по багажнику машины руками, но та быстро набирала скорость. Единственное, что она успела сделать – это поднять с земли увесистый камень и швырнуть его в заднее стекло машины. По стеклу пошла трещина, раздался громкий отборный мат, камень отскочил на дорогу, а Лиля успела заметить сквозь заднее стекло, что двое сидели на переднем сиденье – один из них был за рулем, а третий сзади старался угомонить сопротивляющуюся Светку. Страх овладел ею, когда этот самый третий ударил ее подругу по голове своим пудовым кулачищем, и она сразу после удара обмякла на сиденье.
Как-то совершенно вяло застряла в мозгу мысль о том, что времена страшных девяностых прошли – это тогда девушек прямо на улицах насильно пихали в машины, а потом никто и никогда больше не мог их найти. Времена прошли, но почему-то мало что с тех пор изменилось.
Размазывая по лицу слезы, Лиля кинулась в техникум, к «кандейке» тети Зои, чтобы оттуда позвонить в милицию. Она смогла запомнить номер машины и теперь надеялась, что это поможет быстро найти ее подругу.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.