Глава 271: Застрявшие во времени
Самолет уверенно несся над безкрайними облаками, стремительно прорезая темноту ночного неба. Мы с Лили едва успели прикрыть глаза на миг, как сами не заметили, как глубоко уснули. Пробудил нас нежный и заботливый голос стюардессы, мягко спрашивавшей, что мы хотим покушать. Я взглянул на часы — было ровно 00:50. Мы выбрали еду и тихо приступили к трапезе.
Мне всегда нравилось дегустировать еду в самолетах, ведь в каждом перелёте мы вкусно знакомились с национальными блюдами той страны, авиакомпанией которой летели. В этот раз ничто не изменило моих привычек — горячие блюда, крохотные десерты и ароматный кофе приносили особый уют высоко в небе. Однако, несмотря на плотный ужин, сон все не приходил — и тогда мы решили посмотреть фильмы. Я погрузился в мир Вонки с Джонни Деппом, а Лили с улыбкой наблюдала за забавными приключениями героев «Мадагаскара».
Фильмы закончились, и нам наконец удалось уснуть. Мягкий, как облака, голос пилота разбудил нас — скоро приземление в Международном аэропорту Абу-Даби. На часах было 04:50. Мы пристегнули ремни и с волнением стали ждать снижения. Самолёт плавно вошёл в атмосферу, торопливо снижаясь, и вскоре коснулся полосы. Посадка прошла гладко — ровно в 06:05 мы коснулись земли. Собрав рюкзаки, мы прошли к выходу, поблагодарив всю команду авиакомпании.
В 06:15 мы ступили на землю горячих и солнечных Объединенных Арабских Эмиратов. Войдя в светлый терминал, часы показали 6:30 утра. По нашим расчетам, оставалось около полутора часов до нашего рейса в Манилу — пути домой и мы направились в поисках выхода на посадку. Чемоданы вновь никто не забирал — нам не нужно было забирать их, так как мы летели одной авиакомпанией, и они все делали самостоятельно, поэтому мы продолжали путешествие налегке, лишь с ручной кладью — нашими рюкзаками.
Прогулка по аэропорту Абу-Даби была настоящим удовольствием: яркие витрины магазинов, стильные декорации, автоматические курилки — словно маленькие стеклянные оазисы, уютно расположившиеся у середины коридоров.
Найти наш выход на посадку оказалось проще простого, но неожиданность поджидала впереди. Номер нашего рейса отсутствовал на табло, и мы решили узнать у сотрудников аэропорта, когда начнётся посадка. Контролер внимательно изучили наши билеты — и сообщил дружелюбным голосом, который заморозил наши сердца: ваш рейс не сегодня, а завтра.
Я возмутился: как так получилось? Мы сами видели время пересадки, когда покупали билеты в офисе Артура, и там обещали всего два часа на нее. А по факту — самолёт завтра, в голове появилась мысль, что нам делать? Мне виза для нахождения на территории Арабских Эмиратов не нужна, так как я гражданин Российской Федерации, а Лили нужна, так как она гражданка Филиппин, у нас есть время не более суток нахождения на территории Арабских Эмиратов. Сотрудник ответил спокойно, что самолет будет через 22 часа, и что волноваться не стоит. «Вот это чудеса», — сказал я Лили, видимо сам Бог решил, чтобы мы задержались в Абу-Даби, я не понимаю, как такое могло случиться. Лили тихо улыбалась и пыталась успокоить меня: «Всё хорошо, любимый, главное – мы вместе». Мы буквально стояли на распутье — что делать с этим внезапным и необъяснимым изменением?
Удобно устроившись на мягких диванах, мне наконец начало доходить, что произошло. «Любовь моя, — сказал я, обнимая Лили, — помнишь, когда мы покупали билеты, было два рейса через Абу-Даби?» Она кивнула, улыбаясь, «Да, любимый». «Один с пересадкой в два часа, другой — в двадцать два. Видимо, Артур случайно выбрал второй», — продолжил я. Лили только улыбнулась — «Не переживай, просто доверься Богу, главное — мы вместе». Я вздохнул и подключился к Wi-Fi аэропорта, чтобы позвонить Артуру.
Разговор с Артуром оказался подтверждением наших подозрений. Всё было именно так — билеты, действительно, были оформлены на длинную пересадку. Исправить ничего нельзя было, поэтому нам оставалось только принять ситуацию и, возможно, немного прогуляться по городу.
Я рассказал Лили об этом разговоре, и она, как всегда, была полна нежности и спокойствия. Как обычно, она сказала: «Все хорошо, любовь моя, мы просто подождем». Мы провели время, наслаждаясь тишиной, пока она не призналась, что хочет спать. Мы нашли уютное местечко — кресла с диванами, но диваны были заняты, и мы сели на мягкие кресла рядом и задремали.
Через час я проснулся и предложил Лили прогуляться по аэропорту или даже выйти в город. Она очень устала и решила остаться отдыхать. Лили нельзя было выходить из аэропорта, так как гражданам Филиппин нужна была виза, а ее мы не делали, а мне виза была не нужна, так как для граждан России виза в Арабских Эмиратах не требуется. Я спросил, не будет ли она против, если я прогуляюсь. — Конечно, любовь моя, я буду ждать тебя здесь, — сказала мне Лили. И я отправился один — погрузился в атмосферу бутиков, рассматривал товары, изучал цены, настолько привычные для меня, как будто я не выезжал из России.
Прогуливаясь по аэропорту, я оказался у выхода из него, а время ожидания казалось вечностью, мне стало ясно — просто сидеть и ждать я не смогу. Я решил прогуляться дальше, прочувствовать этот город, ощутить реальность за стенами аэропорта. Медленно шел, будто боясь спугнуть что-то важное, что вот-вот откроется мне в этих улицах и зданиях.
Я подошел к миграционному контролю. Билет и паспорт лежали в руках, словно ключи от другой жизни. — Могу ли я выйти? — спросил я, словно играя в игру с судьбой. Ответ был привычным: «Конечно, только отметка в паспорте нужна». Я кивнул и протянул документы. Печать — и я свободен.
Жаркое солнце встретило меня за пределами аэропорта, несмотря на раннее утро 08.20 утра. Величественная архитектура зданий сочеталась с зеленью и необычными деталями, словно я оказался в футуристическом фильме.
Я пересек дорогу двигаясь к парковке и остановился у небольшой курилки, где группка иностранцев тихо обменивалась сигаретами и разговорами. Казалось, что здесь все погружены в свои мысли, словно каждая сигарета — маленькая пауза в бесконечном потоке дел и забот. Я медленно сделал шагал вперед, пытаясь найти для себя уголок спокойствия. В этот момент ко мне подошел молодой парень с открытым лицом и легкой улыбкой.
— Доброе утро, сэр, — сказал он, не торопясь, его голос был спокойным и дружелюбным.
Я ответил улыбкой и кивком:
— Доброе утро.
Он посмотрел на меня с легким интересом:
— Откуда вы?
— Я из России, — ответил я, чувствуя теплую искру взаимопонимания.
Парень представился как Жюль. Его акцент, мягкий и плавный, сразу выдавал француза.
— А вы сами? Чем занимаетесь? — спросил он.
Мы начали неспешный разговор, и я рассказал ему о своей истории с Лили — о том, как мы встретились, как растет наша любовь, несмотря на расстояния и сложности. Он слушал внимательно, иногда удивляясь и качая головой, словно не мог поверить, что такие истории все еще случаются в современном мире.
— Это очень трогательно, — сказал Жюль после паузы. — В наше время люди забывают о таких вещах. Любовь стала редким подарком.
Затем он достал из кармана аккуратно упакованную пачку французских сигарет и протянул мне:
— На память. Пусть вам повезет.
Я взял подарок с благодарностью, тепло ощущая этот неожиданный акт доброты от чужого человека.
Мы еще несколько минут говорили о всяком — о странах, о местах, куда хочется поехать, о простых радостях жизни. Потом Жюль улыбнулся и сказал:
— Мне пора, но очень приятно было познакомиться.
— Спасибо, — ответил я. — Пусть у вас все будет хорошо.
Он повернулся и быстро ушел по направлению к терминалу. Мне же осталось стоять и смотреть ему вслед, чувствуя, что этот случайный разговор дал мне немного надежды и облегчения в этот странный и непонятный день.
Я подумал о Лили. Что она сейчас чувствует? Грустит ли, скучает? Сердце сжималось от неизвестности. Солнце уже пылало по-настоящему, когда я направился назад, к холодным стенам аэропорта.
Я прошёл проверку без задержек, словно между прочим. Воздух внутри терминала был холодным и тянулся тяжёлой прохладой кондиционеров. Мои шаги эхом отдавались по пустым коридорам, когда я направился к миграционному контролю. В руках сжимал паспорт и билет — документы, которые должны были открыть мне путь обратно в зону вылетов.
Подойдя к стойке, я протянул инспектору бумаги, ожидая привычной процедуры: печать, короткий взгляд, добро пожаловать. Но вместо этого услышал:
— Сэр, приходите завтра. Сегодня мы вас не можем пропустить в аэропорт, рейс у вас завтра.
Ледяная вода хлынула мне в лицо, холод пронзил тело, заставив сердце биться гораздо быстрее. Я даже не сразу смог ответить.
— Но я спрашивал у ваших коллег, — произнёс я, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри всё горело, — они сказали, что я могу выходить и входить.
— Да, сэр, вы можете выходить и заходить, — ответили мне в один голос, — но так как ваш рейс завтра, система не пустит вас сегодня внутрь.
Мои глаза невольно заискрились тревогой.
— У меня там — моя жена, — сказал я, голос дрожал, — она ждёт меня, одна.
Ответ был жесток и непоколебим:
— Сэр, ничем не можем помочь. Попробуйте обратиться к авиаперевозчику, возможно, они помогут.
Я направился к стойке авиаперевозчика, надеясь на лучшее, но и там получил тот же отказ:
— Прогуляйтесь по Абу-Даби, а завтра придёте и зайдёте. Или попробуйте поговорить с директором службы безопасности. Может, он что-то решит.
С последней надеждой я подошёл к нему. Его глаза внимательно слушали мою историю, и он кивнул.
— Пойдёмте, попробуем поговорить с миграционной службой, — сказал он.
Вместе мы вернулись к контролю. Директор коротко поговорил с сотрудниками, обсудили ситуацию. Но итог был прежним:
— Сейчас не можем впустить, приходите завтра, двери аэропорта сегодня для вас закрыты.
Я остался стоять, потерянный. Мир вокруг вдруг стал слишком большим и холодным. В голове закрутились мысли: «Что там сейчас Лили? Не случилось ли чего-то?» Я достал телефон и набрал её номер. Первый звонок — ничего. Второй — тишина. Третий... её голос так и не раздался, только гудок, после которого слышалась мучительная пустота. Пустота на том конце связала меня с неизвестностью, и я стоял, одинокий в этом холодном лабиринте терминалов, разрываясь между беспокойством и безысходностью.
«Лили… почему ты не отвечаешь?» — шептал я сквозь дрожь в голосе. Пытаясь сдержать рыдания души, я опустил голову и почувствовал, как слезы начинают медленно катиться по щекам. Несправедливость, беспомощность и страх — все это сливалось в одно болезненное чувство безысходности.
В этот момент я понял, что впереди ещё 21 час разлуки, и сердце моё просит лишь одного — услышать её голос, увидеть её глаза, прикоснуться к её руке. Но единственное, что оставалось — тишина и холод этого огромного, бездушного аэропорта, тесно сжимающего меня в свои объятия одиночества.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...