На пленуме ЦК КПСС в октябре 1964 г. Н.С. Хрущёву был выдвинут целый ряд претензий, как политических, так и поведенческих.
Номенклатура устала от постоянных реорганизаций и административных перестроек, которые проводил Хрущёв, причем особого смысла, как и результатов, они не имели. А разделение Хрущевым обкомов партии на промышленные и сельскохозяйственные привело к едкому анекдоту о том, что в Британии теперь тоже две королевы: одна по промышленности, другая по сельскому хозяйству. Затем министерства были упразднены и на их месте возникли совнархозы, что привело к увеличению численности госаппарата.
Раздражал стиль поведения первого лица государства: он вел себя откровенно по-хамски, причем делал это публично, используя с трибуны ненормативную лексику.
Упрёком Хрущёву ставили и то, что во время его правления наша страна столкнулась с тремя мировыми кризисами: Суэцким, Берлинским и Карибским, причём каждый грозил перерасти в ядерную катастрофу.
Но главное – экономика СССР приходила в упадок, темпы роста всех сфер экономики, включая промышленное производство и ВВП, резко снижаются, а в сельском хозяйстве – настоящая катастрофа, ведь в 1963 г. Советский Союз впервые закупает на 800 миллионов золотых рублей хлеб в США. Считается, что из-за неурожая, но с этого года СССР перестает обеспечивать свое население хлебом (как и многими другими продуктами питания), а многомиллиардные вложения в освоение целинных земель не оправдались. Под угрозой – продовольственная безопасность.
Анекдотом в стране, где белый хлеб выдавали только хроническим больным по справке врача, воспринималась несбыточная третья программа партии, обещавшая советскому народу, стоящему в очереди за молоком и булками, коммунизм к 1980 году.
Последующий период советской аграрной политики (1965–1982 гг.) связан с именем Л.И. Брежнева и мартовским (1965 г.) Пленумом ЦК КПСС.
Потребовались десятки лет экспериментов (издевательств над здравым смыслом), прежде чем новая аграрная политика сделала упор на усиление материальной заинтересованности колхозов и совхозов, а также личных подсобных хозяйств, ограничение действий административных факторов и усиление экономических.
1. Государство существенно увеличило капиталовложения в сельское хозяйство и связанные с ним отрасли, запланировав 71 млрд руб., что больше, чем в шестой пятилетке и семилетке. (Чунтулов В.Т. и др. Экономическая история СССР. – М., 1987).
2. Установлен неизменный план сдачи зерна по стабильным ценам с 1965 по 1970 год, а план за весь указанный период был снижен с 4 млрд пудов до 3 млрд 400 млн. Если колхоз получил сверхплановую продукцию, он мог использовать её по своему усмотрению или продать её государству, при этом устанавливалась надбавка в размере 50% к основной закупочной цене.
3. Были снижены цены на сельхозтехнику и запчасти к ней.
4. Отменялся налог с лиц, содержавших скот, разрешалась продажа кормов, снимались ограничения на количество содержавшегося скота, личные приусадебные хозяйства увеличивались до 0,5 га.
В результате сельское хозяйство выходит из кризиса, существенным было увеличение производства зерна, среднегодовой сбор которого повысился на 30%, относительно предыдущей пятилетки. Возросло также производство мяса, яиц, молока, сахарной свеклы, подсолнечника и других сельскохозяйственных продуктов. В колхозах и совхозах стало больше техники. Если в 1970 г. тракторов было 1,8 млн единиц, то в 1985 г. их стало 2,8 млн, то есть больше на 85,5%, зерноуборочных комбайнов соответственно 623 и 832 тыс. единиц, больше на 33,5%. (Народное хозяйство СССР в 1985 г. Стат. ежегодник. – М.,1986).
Резко возросли инвестиции – в сельское хозяйство было вложено: в девятой пятилетке 134,4 млрд руб., десятой – 175,2, одиннадцатой – 204,6 млрд руб., что составило соответственно 23,9; 24,4 и 24,2% всех капиталовложений, но в результате рост инвестиций и материально-технической базы не давали ожидаемых результатов.
В самом сложном положении находилось сельское хозяйство и в целом деревня в Нечерноземье – огромной территории России, охватывающей 29 областей и республик. Здесь было меньше капвложений по сравнению со многими союзными республиками.
Прибалтика гордо говорила, глядя на «ленивых иванов»: «Мы сами себя кормим!» – при этом стараясь не вспоминать, что в 1973 г. государственные капиталовложения составили на 100 гектаров сельхозугодий в Нечерноземье – 8,5 тыс. руб., в Белоруссии – 12,5 тыс., Латвии – 14.6 тыс., Эстонии – 15,9 тыс. руб., в Литве – 17,6 тыс. (Хрестоматия по отечественной истории (1946–1995 гг.) / Под ред. А.Ф. Киселева, Э.М. Щагина. – М., 1996).
В марте 1974 г. ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли постановление «О мерах по дальнейшему развитию сельского хозяйства Нечерноземной зоны РСФСР». Программа подъема Нечерноземья была рассчитана на 15 лет – до конца 1980-х гг. Однако в этой Программе содержались явно ошибочные положения, реализация которых нанесла огромный ущерб Нечерноземной деревне.
Это продолжение политики, начатой Хрущёвым, которая не только не была прекращена, но активно развивалась: по прежнему продолжалось переселение неперспективных деревень.
С конца 1950-х годов до 1970 гг. России в целом за тот же период число деревень сократилось с 294 до 216 тыс., т. е. на 78 тыс. населенных пунктов. (Лола И.М., Савина Т. М. Закономерности развития и пути преобразования сельского населения в Нечерноземной зоне РСФСР // Актуальные проблемы сельского хозяйства. – М., 1980).
Это означало, что сотни тысяч сельских жителей лишились работы, а, следовательно, и материальных доходов. Они должны были искать и работу, и жильё.
Несмотря на то, что правительство в 1982 г. разработало и приняло «Продовольственную программу СССР на период до 1990 года», результаты достигнуты не были. Почему?
«Продовольственная программа» основывалась на прежних принципах: увеличение инвестиций, укрепление материально-технической базы колхозов и совхозов, регламентации их деятельности, то есть «дадим побольше денег, пришлём побольше техники, а вы слушайте, что мы говорим!»
Программа не привела к увеличению самостоятельности сельскохозяйственного производителя, колхозы и совхозы как до этой программы не были хозяевами своей продукции, так и после ее разработки.
Получается, что производитель отчитался о количестве полученного продукта, и больше его ничего не волновало, отсюда просто гигантские потери при транспортировке и хранении: потери зерна составляли 20%, картофеля – 40%, овощей – 30% от того, что производилось. Если же эти проценты перевести в натуральные цифры, то из 188 млн т в среднем собираемого в 1971–1985 гг. зерна потери составляли в среднем 36 млн т, картофеля соответственно из 83 млн т – 33,2 млн т, овощей – из 26,1 млн т – 8,7 млн т. (Народное хозяйство СССР в 1985 г. – Правда. – 1989, 16 марта).
В заключение отметим, что аграрный сектор экономики к середине 1980-х гг. исчерпал потенциал для дальнейшего роста, нуждался в реформировании, когда в полной мере стали бы учитываться экономические интересы сельскохозяйственного производителя.