Этот кусок земли на окраине леса был словно выжжен. На нем не росла трава, не стояли деревья. Мы, селяне, прозвали его Мертвой поляной, но объяснения, почему она такая, найти не могли. Бабы поговаривали, что там когда-то похоронили задушенного младенца, кто-то рассказывал, что это место шабаша ведьм, а еще ходили слухи, что на Мертвой поляне ревнивая жена заколола мужа и его любовницу...
Одним словом, несли всякое, правды не знал никто, но земля так и оставалась мертвой. Но и это еше не все. Над поляной время от времени поднимался туман, из которого выступали силуэты... Страшное зрелище, скажу я вам, перед густым и буйным лесом огромный кусок земли без единого признака жизни. Да еще этот туман... Он поднимался не всегда, чаще во время дождя, а иногда, когда кто-то вел коней на водопой, туман становился гуще. Однажды он начал преследовать
конюха, словно погнался за лошадьми, желая уехать на них отсюда... Утром конюха нашли мертвым. Он скончался от сердечного приступа.
Детвору наказывали, если они 6ежали туда играть, бабы, крестясь, обходили стороной, деревенские мужики хоть и храбрились, но после истории с конюхом в лес и из леса стали ходить другой дорогой. Одним словом, чурался и стар и млад. Мало ли чего! Кто его знает...
Как-то днем я хозяйничал в своем дворе, как вдруг услышал шум приближающегося автомобиля. Оглянулся и увидел шикарную блестящую машину, честно говоря, в жизни таких еще не встречал. Разве что в сериале каком. Из-за опущенного тонированного стекла водительской дверки на меня оценивающе посмотрел холеный молодой мужик.
— Добрый день, — поздоровался он. — Вы не знаете, где находится дом Сергея Лисовского?
— Может, и знаю, — пробурчал я. Парень сразу мне не понравился.
Какой-то скользкий. Вроде и одет солидно и не урод, но очень неприятный тип. Не хотел бы иметь с ним ничего общего. О таких, как он, бабушка говорила: «За копейку и мать родную продаст»...
— Так знаете или нет, я спешу!
— Знаю, знаю, — нехотя ответил я. — Вы должны повернуть налево и проехать метров сто, а затем направо и ехать прямо до конца села. Его дом последний с левой стороны. Не ошибитесь. Желтый такой.
— Спасибо, — скользкий тип кивнул и уехал. А мне показалось или и вправду, что за его машиной потянулась белесая дымка. Похожая на туман...
Что общего может иметь такой, как этот, с вечно пьяным Серегой Лисовским? Хотя, в конце концов, не мое это дело. У меня еще скот не кормлен и дров наколоть нужно. А кроме того, разве что-то утаишь в селе? Скоро все и так вылезет наружу. Я оказался прав, через час с огорода вернулась жена и принесла последние новости.
— Слышал, наш Лисовский продал какому-то столичному хлыщу Мертвую поляну — сообщила с порога моя драгоценная половина.
— Мать, ты на солнце, что ли, перегрелась? Присядь, передохни, а я тебе кваску холодненького налью,
— Говорю ‚ продал, — Не дожидаясь продолжила Галя.
— Но как Лисовский может продать то, что ему не принадлежит? Кусок леса! — не переставал удивляться я.
— Подумай головой! — Значит, может, — стояла на своем жена. — Все село уже только
об этом и говорит, А ты - не может, не может! — И пошла готовить обед.
Моя бабушка говорила: «Любви, огня и кашля от людей не спрячешь, — и всегда добавляла: — И нечистых дел». Прошло немного времени, и некоторые подробности стали общеизвестны. Выплыли, так сказать, наружу. Оказалось, что — «столичный хлыш», как прозвала его Галина, давно хотел приобрести землю в нашей местности. Приглянулась ему Мертвая поляна. Ну не заниматься же захватом — начал любопытствовать, есть ли у нее хозяин. Ко всеобщему изумлению,
Им оказался пьянчуга Лисовский. Во всяком случае, хлыщ имел документы, что Серега — владелец этой богом забытой земли. Вот сделка и состоялась. Лисовскому поставили бутылку, дали немного денег, и дело с концом...
— Ума не приложу, каким боком земля у леса принадлежит Либовскому. У него и грога за душой нет! — не унимался я. -Мало ли Место там странное, и он странный...
— Пьяница он, а не странный. Да и неясно, зачем столичному франту этот выжженный кусок земли.
— Наверное, строиться будет... — пожала плечами жена.
—Вселепо напродажу, мог бы купить Зачем стройку разводить? что-то другое...
— Не пугай. — отрезала жена. — Я и без того это место десятой дорогой обходила, а теперь и подавно. Там же... ведьмы... А еще помнишь конюха? Кто-то ведь его ухайдокал...
— При чем тут ведьмы и конюх?
— Как при чем? Проклятая земля!
Зачем туда соваться? Беды не оберешься потом, — причитала она.
— Бросай эти бабские басни! Ведь мы! Меня другое интересует...
Той ночью я спал очень плохо. Снились бегущие лошади, грязная река, разрушенные дома, а еще человеческие крики и стоны, словно кто-то звал на помощь ...
Через несколько недель в селе началось строительство. Точнее, не в самом — селе, а на окраине со стороны леса, на том самом злочном месте. Приехал столичный хлыщ и заявил, что намерен возводить на пустыре огромный развлекательный комплекс и гостиницу. По Мертвой поляне туда-сюда начали сновать люди с лопатами и один экскаватор. Вообще то я не строитель, но лично мне все казалось подозрительным, это не было похоже на грандионую стройку. Техники маловато. Да и зачем в селе развлекательный комплекс? И вдруг как-то после обеда... — Кости, выкопали кости! — во все горло кричал соседский сынишка Шурик.
— Там это, дядя Вова, там черепа нашли, — сообщил малец, выпучив на меня синие глазенки. — Какие черепа, Шурик? — удивленно уточнил я у пацана.
— Человеческие!!! — Господи помилуй! — с веранды вышла Галина.
— Ты случайно не обманываешь, Шура? Мальчонка покачал головой:
— Идите и сами посмотрите. Там все село собралось! — выпалил он. И мы пошли. Издалека было видно как на Мертвой поляне толпится добрая половина односельчан. Подходившим вновь приходилось просачиваться сквозь толпу, чтобы хоть что-то увидеть, а рабочие пытались никого не пускать. Да уж, название поляны оправдало себя...
— Уходите! Это вам не цирк и не кино! Это частная собственность, — зло крикнул нам мужик с лопатой.
— Что тут происходит, Иваныч? — спросил я у соседа.
— Да, кажется, кладбище отрыли.
— Какое кладбище? — Обычное, Михалыч! Меньше чем Через пятнадцать минут пришел участковый, а еще через десять — приехал наряд милиции. За это время я узнал кое какие подробности. Первый череп обнаружили, когда стали копать якобы котлован под фундамент: для комплекса и гостиницы. Затем еще один. Потом еще и ещё.
В итоге оказалось, что вся поляна усеяна человеческими костями. «О, поле ,поле кто тебя усеял мертвыми — костями...» Люди перешептывались, было непонятно, — насколько старые эти останки. Сколько живу в этом селе, Мертвая поляна всегда была таковой. Все рассказывали друг другу байки, но никто не знал истины. И вот кости! Чьи? Этой же ночью на поляну спустился Густой туман, а наутро двух рабочих нашли мертвыми, они ночевали во времянке...
А дальше ни дня не проходило без наряда милиции, вызывали археологов и еще какую-то бригаду исследователей. Костями было усеяно все! Можно только представить, какие пошли разговоры!
— Неужели от Второй мировой остались? — предполагали одни.
— Похоже на массовое захоронение. Только чье? — терялись в догдках другие. — Что ж получается, туман — души погребенных?..
— Это ведьмацкие штучки, — стояли на своем третьи.
— Я знала, я была уверена, что там останки людей разносила по селу старуха Яковлевна.
— Мне еще мои бабка с дедом говорили, что там людей зарывают...
Раскопки продолжались много недель. Археологи нашли около сотни скелетов, а так как пришлось привлечь в помощники местных, то мы ежедневно имели информацию из первых уст. Мелкие вещи, найденные рядом, — булавки, шпильки, пуговицы — показывали, что тела захоронены в конце XVII - начале ХVIII веков. Допускали, что может быть, это старое кладбище, но селяне знали, что это не так, местное кладбище сотни лет находится рядом с церковью далеко отсюда. Вскоре установили, что это все же не кладбище, а беспорядочное захоронение людей. Но у всех у них была общая деталь — следы на костях указывали, что люди погибли от ударов острым предметом. Всем несчастным наносили колотые раны. И неоднократно...
— Час от часу не легче, — сетовала моя женушка. — Заколоты!.. . Затем нашли вымощенную дорогу, она вела от поляны к развалинам некогда большой усадьбы. Дорога давно была засыпана землей и поросла травой, о ее существовании и не догадывались. Я слышал, что на том месте стоял дом, но потом он сгорел. Мы называли его «пал», за ним начиналось другое село, он служил условной границей. Постепенно выплыли более интересные подробности. Когда-то село выглядело иначе. То, что потом превратилось в Мертвую поляну, находилось в самом его центре. А то, что теперь мы называем «палом», — было не просто усадьбой, а постоялым двором, хозяин которого... Убивал своих гостей, а их тела закапывал на Мертвой поляне. Он закалывал богатых гостей и их дам, снимал украшения, выворачивал карманы и складывал скарб в сундук. Потом случился пожар, все сгорело дотла... — Вероятно, он где-то закопал и сундук, — предположила жена. — Вполне возможно, — согласился я. — Тем более, при осмотре «пала» не нашли ничего похожего на остатки сундука и драгоценностей. — А туман не что иное, как души несчастных, так они охраняют сокровища, — прошептала Галя... Начинала вырисовываться финальная картинка. Выглядело все вот как. Наш местный пьяница Лисовский не был, разумеется, хозяином земли. Это невозможно! Как я и говорил с самого начала. Это смешно даже предположить. Но хлыщ из столицы каким-то образом узнал о сундуке с сокровищами, зарытом на Мертвой поляне, и захотел его найти. Чтобы не вызывать подозрений раскопками, необходимо было сделать эту землю своей. Но как купить ничью землю? Как присвоить себе целый кусок леса?
Через третьих лиц, чтобы не светиться поначалу самому, он нашел Лисовского, которому подсунули бумаги и сказали, что он - наследник Мертвой поляны. За бутылку водки Лисовский подписал документ и еще больше обрадовался когда землю у него предложили откупить. Вот тут и появился столичный жук на шикарной машине, в тот самый день, когда я его впервые увидел. Выкопать драгоценности в открытую он не мог. Было бы подозрительно. Придумал для отвода глаз строительство развлекательного центра...
А там повсюду черепа...
— Спасибо Господу, что это закончилось, — вздохнул Лисовский, на этот раз абсолютно трезвый.
— Нам бы тут житья не было. Нельзя тревожить покойных... А на мне и подавно проклятие висело бы, ведь все думали, что земля моя, значит, мои предки... Я, наверное, и пить брошу. Слышу какие-то стоны по ночам... Жутко... Через несколько месяцев Мертвую поляну отгородили, освятили, а в центре поставили памятник. Все село на него деньги собирало. А Серега Лисовский еще и помогал забором огораживать. Пригласили батюшку, отслужили панихиду. Уверен, это было необходимо, потому, что, когда я через несколько недель шел в соседнее село, заметил на Мертвой поляне первые ростки зеленой травки. Они несмело пробивались из земли, изо всех сил стремясь вырасти. И выросли.
Мертвая поляна перестала быть мертвой, а стала местом памяти тех несчастных, которые ехали проездом и навсегда остались в нашем селе... Моя бабушка говорила: «Короткая жизнь — это ужасно, но еще ужаснее длинная смерть. Надеюсь, у этих людей она была не была слишком длинной и мучительной. Земля им пухом...
Но это еще не конец этой истории. Мир тесен, и через какое-то время стало известно, что хлышу таки удалось откопать сундук.
Он сделал это еще до панихиды. Археологам не хватило чуть чуть, чтобы добраться до клада, а этому посчастливилось. Он искал и нашел. Мы узнали об этом от пастуха, он видел городского франта однажды на рассвете. Тот выждал, когда на поляне никого не будет, и устроил самостоятельные раскопки. Пастух боялся рассказывать об увиденном, и без того всё село «на ушах».
Сундук был небольшой, встал на заднее сиденье. Когда машина отъезжала, пастух рассказал, что ее поглотил туман. Больше горожанина никто не видел Но как-то в один из дней... Утопленник, утопленник — кричал на все село Шурик. — Шура, о чем ты? — Я вышел на встречу соседскому мальчугану.
— В реке нашли крутую машину, а в ней мужик... Дверцу заклинило, вот он и не смог выбраться. Утонул вместе с машиной! «И вместе с вожделенными сокровищами», подумал я.