Мы гладим питона, потому что мы — люди. Нам нужен контакт: погладить, потрогать, прижать, почувствовать отклик.
Змея в этот момент молчит. Не улыбается, не закрывает глаза, не делает шаг навстречу. Она просто лежит.
И мы начинаем гадать: а чувствует ли она что-то вообще? Чувствует. Но иначе. У змеи нет пальцев, нет ушей, нет мимики.
Но её кожа — это вся поверхность тела, сплошной рецептор.
Каждый сантиметр чешуи — это способ улавливать микродвижения воздуха, вибрации, температуру и прикосновение. Это не кожа для эстетики. Это система чувствования мира.
Плотная, сухая, но удивительно тонко реагирующая. Змея не ищет прикосновения.
Она не просит, не прижимается, не просит погладить. Для неё любое прикосновение — это событие.
Иногда — тревожное. Иногда — нейтральное. Иногда — допустимое. Питон не испытывает удовольствия от касания так, как это делают млекопитающие.
Он не ждёт тепла — он оценивает его. Не ищет ласки — но допускает прикосновение, если считает вас безопасным. Когда вы