А я стояла и молилась, хотя ни разу не верующая…
Понедельник начался прекрасно. Пухлый снег крупными снежинками падал на большую, чёрную и лохматую голову Шелдона. Утренний кофе из кофейни, Фёдор тихо сопел в коляске. Все было хо-ро-шо!
Сегодня доставка привезет диван, и дома станет совсем красиво и уютно. Именно в этот день меня посетила мысль, а не пора ли ввести в прикорм молочку? Выбор пал на творожок «Агуша» с грушей. Грушу Фед уже пробовал, да и молочку в микродозах тоже.
Вечер того же дня. Ужин. Пара ложек «Агуши». И 20 минут времени. Фёдор стал вялый, покрылся пятнами и захрипел. Его дважды стошнило.
– Илья, звони в скорую! Он задыхается!
В скорую мы звонили несколько раз. Ее отправили сразу, но звонки давали хоть какое-то понимание, сколько ее ждать. 30 минут скорая ехала к задыхающемуся ребёнку. Вы скажете, это ещё быстро для большого города, я скажу – вечность. Если что, когда мой пес однажды тонул в реке, спасатели приплыли к нему за 4 минуты.
У сына уже синели губы…
Когда муж побежал встречать скорую на улицу, я стояла у окна с обмякшим Федей на руках. То ли уснул, то ли сознание потерял. А я стояла и молилась, хотя я ни разу не верующая. Но в тот момент старалась не допустить мысль, что, возможно, это конец. Что скорая не успеет, и мой 8 месячный ребенок просто задохнётся у меня на руках.
Как и всегда в моменты стресса я абстрагируюсь, и как будто смотрю на всё со стороны. Я не плачу, не истерю, не паникую. Поплачу потом. Когда будет можно.
Врачей приехало трое. Самый большой дядька оказался кошатником, боящимся собак, он отсеялся сразу. Маленькая женщина с «ёжиком» на голове была очарована Шелдоном. Она была из тех, кто может делать 100 дел разом: одновременно спрашивала у меня про симптомы, у мужа про наш район и квартиру, про собаку, при этом делала свои записи. Тут же показывала, как держать ребёнка, чтобы сделать ему укол. Спросила, буду ли я держать сама, не запаникую ли.
– Нет, я сама.
– Хорошо, когда мама не паникует. - сказал «третий».
Третий – парень, совсем молодой, очках и с татуировкой с черепами на руке. Два значка ещё у него были на униформе. Забавные, на медицинскую тему. Сейчас уже не вспомню, что там было, руки хорошо запомнила. Все-таки, с татуировкой вы больше врезаетесь в память, чем без неё.
Два укола. Детский обиженный плач. Я сочувствую тебе, сын, но так надо.
– Умоляю, скажите, что это не реакция на собаку?! – я, наконец, озвучила то, чего так боялась.
– Как давно у вас собака?
– Больше трёх лет.
– Пфф! Нет, конечно! Ребёнок с собакой с рождения! И аллергия на животных так не проявляется, это пищевое! Но точно покажут анализы. – Сказала «Ёжик» и потрепала Шелдона за голову.
Пёс как будто чувствовал, что сейчас не тот случай, когда нужно облаять чужаков. Нет, он пару раз, конечно, гавкнул, для проформы. Но щитом между мной и врачами не вставал. Не знаю, как собаки это чувствуют.
Легче стало минут через 5. Дыхание стало ровным и в полную силу. Но красные пятна на теле и лице ещё были.
– Мамочка, я бы вам посоветовала поехать с нами в больничку. - Сказала «Ёжик». Лучше пусть вас посмотрит аллерголог.
– Где больница?
– Вертковская, 3.
– Поехали! - мы переглянулись с мужем, и я спешно начала бросать вещи в сумку...