Не так давно все мы с вами узнали, что такое сидеть на самоизоляции по домам, помните? И нам пришлось испытать все прелести карантина: ограничение свободы, моральная подавленность, отсутствие денег и масса свободного времени, которое неизвестно, куда девать. Но самоизоляция - отнюдь не изобретение нашего времени: на ней довелось "посидеть" даже нашему великому Александру Сергеевичу.
А ещё, как оказалось, карантин - это возможность совершить творческий прорыв с пользой для себя и отечества. Вот как получилось у Александра Сергеевича, когда в 1830 году на Россию обрушилась эпидемия холеры.
Нашествие холеры
Это сейчас хорошо известно, что холера – это острая кишечная инфекция, которая вызывается бактерией под названием «холерный вибрион». Но во времена Пушкина это была неизвестная и загадочная болезнь, о которой знали не больше, чем мы сейчас о короновирусе СОVID-19.
Взрыв холерной пандемии произошёл в 1817 году в Индии, после чего мутные воды Ганга донесли её до Ближнего Востока. Активным переносчиком холеры выступила британская армия, базировавшаяся в Калькутте, которая своими организационными передвижениями разнесла холерную заразу в Аравию, Персию и Закавказье.
Из Баку холера перекинулась на служащих астраханского порта, и к 1823 году добралась до границ Российской империи. К счастью, аномально лютой зиме 1824 года удалось остановить её смертельное шествие по миру – холерные эмбрионы погибли в ледяных водоемах пораженных ею стран.
Однако, в 1829 году холера все-таки проникла в Россию. На этот раз смертельную болезнь подцепила русская армия, воевавшая в Азии сначала с Персией, а потом с Турцией. Вернувшись на родину, войска принесли с собой вторую волну холеры, дремавшую в водах Ганга со времён античности. Первым от нее пал Оренбург. В сентябре 1830 года холера была уже на пороге Москвы.
Правительство лихорадочно пыталось поставить заслон неведомой болезни, косившей целые города. Срочно была создана комиссия по борьбе с эпидемией во главе с медицинским светилом того времени Матвеем Яковлевичем Мудровым (скончался от холеры в 1831 году).
В газетах печатались рекомендации, как избежать заболевания, кстати, были они точно такие же, как сейчас – чаще мыть руки. Но безуспешно. В течение 1830 года холера поразила 31 губернию. Из 68 тысяч заболевших умерло более половины.
Болезнь протекала стремительно и съедала человека буквально за сутки. У заболевшего начиналось головокружение, сильная рвота и диарея, которые приводили к такому катастрофическому обезвоживанию организма, что человек буквально истлевал заживо и умирал.
В народе холеру прозвали «собачья смерть» - слишком уж неприлично она протекала. Никто не знал, как именно происходит заражение, поэтому спасались, кто чем мог: растирали руки уксусом, дышали через платки, натертые хреном, мазались жиром, жгли сухие листья и окуривались дымом.
Надо сказать, что медицинские познание того времени были, мягко сказать, наивными. Так, известный русский профессор и терапевт Прохор Алексеевич Чаруковский назвал семь главных причин возникновения холеры. Среди них: испуг, страх, огорчение и все в таком же духе. Понятно, что с таким «диагнозом» медицина была бессильна перед холерой. Её пытались лечить, как обычную «горячку», то есть, простуду: делали кровопускание или парили больного в бане, чтобы с потом вышла болезнь. От такого лечения обезвоженным от холеры больным становилось только хуже. Оставалось единственное средство – карантин.
В Москве началась паника. Кто мог, спешил уехать. Только за 12 дней столицу покинуло 60 тысяч человек. И тут, надо сказать, российская крепостная зависимость проявилась во всей своей неприглядной красе: пропускались только коляски и экипажи, то есть, состоятельные жители. Пеший люд безжалостно разворачивался обратно – погибать.
В это время Пушкин
В это самое время Пушкин переживает счастливое событие: он как раз повторно сватается к Наталье Гончаровой, и наконец получает невнятное, но все-таки положительное согласие от матери невесты.
По этому случаю отец дарит ему к свадьбе 200 душ крепостных крестьян из небольшой деревеньки Кистенёво, в результате чего в сентябре 1830 года поэт спешно едет в родовое имение Пушкиных Большое Болдино в Нижегородской губернии, чтобы вступить во владение новой собственностью.
При этом, слухи о холере его не пугают – у него есть более серьёзная причина для беспокойства, чем какая-то эпидемия.
Дело в том, что перед самым отъездом уже помолвленный поэт в очередной раз умудряется вдребезги разругаться с матерью невесты, что грозит превратить его предстоящую женитьбу в мираж, в результате чего он пребывает в состоянии мрачной хандры, которая сейчас именуется депрессией.
Дело в том, что Натали Гончарова была бесприданницей, и будущая теща поэта – Наталья Ивановна поставила условие, что жених сам должен будет найти деньги на приданое невесты, другими словами, выкупить её у матери, иначе никакой свадьбы не будет.
«Я уезжаю в Нижний, не зная, что меня ждет в будущем. Если ваша матушка решила расторгнуть нашу помолвку, а вы решили повиноваться ей, - я подпишусь под всеми предлогами, какие ей угодно будет выставить. Быть может, она права, а неправ я, на мгновение поверив, что счастье создано для меня», - горестно пишет поэт своей невесте Натали Гончаровой.
В таких расстроенных чувствах он прибывает в Болдино 3 сентября 1830 года, то есть, за три недели до объявления в Москве холерного карантина. За это время нужно было успеть переоформить на себя деревню вместе с двумя сотнями мужиков.
Карантин меняет планы Пушкина
Надо сказать, деревенька Кистенёво была убогая. Крестьяне жили в ней в сильной нужде. Только несколько крепких домов были покрыты тёсом и топились по-белому, остальным же подслеповатым избушкам вместо тёса на крышу досталась солома. По весне крестьяне подавались на заработки –бурлаками на Волгу, гуртовщиками в оренбургские степи или жать пшеницу в Самарскую губернию.
Визит в Болдино задумывался как чисто деловой и потому короткий, Пушкин планировал покончить с делами за пару недель, однако, едва он успевает приехать в имение, как приходит известие о запрете передвижения, поскольку холера, поразившая Россию в начале лета, к 20-м числам сентября добралась уже до Москвы, и правительство объявило карантин, который моментально парализовал всю страну.
“Едва я успел приехать, как узнаю, что около меня оцепляются деревни, учреждаются карантины. Народ ропщет, мятежи вспыхивают то там, то здесь нелепые», - делится своими впечатлениями Пушкин со своим другом Плетнёвым.
Пушкин в полном отчаянии: он добивался руки Натальи Гончаровой два года, один раз уже получил отказ, и вот сейчас, когда наконец-то судьба ему улыбнулась, на его пути к счастью встал карантин, отрезавший его от любимой. В конце сентября поэт предпринимает попытку вырваться из Болдина, но не тут-то было!
«Мне объявили, что устроено 5 карантинов отсюда до Москвы, и в каждом мне придётся провести 14 дней; сосчитайте хорошенько и притом представьте себе, в каком я должен быть сквернейшем настроении! К довершению благополучия, начался дождь, с тем, конечно, чтобы не перестать до самого санного пути. Будь проклят тот час, когда я решился оставить вас… Я бешусь, и эта чума с её карантинами – разве это не самая дрянная шутка, какую судьба могла придумать?» - жалуется Пушкин в письме к Натали Гончаровой, 30 сентября 1830 год, Болдино.
Пушкин ошибся: на самом деле, до Москвы было устроено не 5, а целых 14 карантинов! Естественно, пройти их все было совершенно немыслимо, так что поэту пришлось вернуться в Болдино и застрять там на целых три месяца – до 29 ноября.
«Въезд в Москву запрещён, и вот я заперт в Болдино. Во имя неба, дорогая Наталья Николаевна, напишите мне, несмотря на то, что вам этого не хочется. Скажите мне, где вы? Нет ли окольного пути, который привёл бы меня к вашим ногам? Я совершенно пал духом и, право, не знаю, что предпринять. Ясно, что в этом году (будь он проклят) нашей свадьбе не бывать», - горестно пишет Пушкин своей дорогой Натали.
Волей-неволей пришлось искать себе какое-нибудь занятие, чтобы не сойти с ума от скуки. А для поэта, да ещё такого, как Пушкин, вопрос, чем себя занять в свободное время, никогда не стоял – нужно было только дождаться прихода музы, которая, как мы знаем, никогда его надолго не оставляла.
Распорядок дня Пушкина на карантине в Болдино
Правда, поскольку визит в деревню планировался деловой и короткий, Пушкин приехал налегке, как на зло, не взяв ни одной рабочей тетради с рукописями, которые обычно всегда брал с собой.
Но зато к его услугам в этой глуши нашлось целых четыре книги в настоящем оригинале: сборник стихов Милмана, Боулза, Уилсона и Корнуэлла, ещё один сборник со стихами Кольриджа, Шелли и Китса, второй том «Истории русского народа» за авторством Николая Полевого и сборник афоризмов Жана-Поля (Иоганна Рихтера).
«Приехал я в деревню и отдыхаю. Около меня холера морбус. Знаешь ли, что это за зверь? Того и гляди, что забежит в Болдино, да всех нас перекусает!.. Ах, мой милый! Что за прелесть здешняя деревня! Вообрази: степь да степь; соседей ни души, езди верхом, сколько душе угодно, пиши дома, сколько вздумается, никто не помешает. Я занят моими делами, перечитывая Кольриджа, сочиняя сказочки и не ездя по соседям», - сообщает поэт все тому же Плетнёву.
Как вспоминали болдинские старожилы, курчавый барин каждый день ездил верхом, общался с крестьянами, записывал их наречия, интересовался, какие где леса, какие травы растут и каждый день принимал хлорную ванну – ему готовили кадушку с горячей водой.
Как проходил его день, он в подробностях описывал Натали Гончаровой:
«Просыпаюсь в 7 часов, пью кофей и лежу до 3 часов. <...> недавно расписался, и уже написал пропасть. В 3 часа сажусь верхом, в 5 в ванну и потом обедаю картофелем, да грешневой кашей. До 9 часов — читаю. Вот тебе мой день, и все на одно лицо».
Интересная деталь: Пушкин любил писать лёжа, именно поэтому часто и не вставал с постели до трёх часов дня. И так все три месяца.
В результате за время этого вынужденного заточения поэта в Болдино на свет появились такие великие произведения, как:
• «Повести покойного Ивана Петровича Белкина»
• «Маленькие трагедии»
• «Сказка о попе и работника его Балде»
• «Домик в Коломне»
• Закончен роман в стихах «Евгений Онегин»
• 32 новых стихотворения, среди них «Элегия» и «Бесы»
Этот уникальный творческий рекорд в дальнейшем получит название «Болдинская осень».
Плоды Болдинской осени
«Повести Белкина» пишутся Пушкиным стремительно, причём, сразу набело.
Сюжет «Гробовщика», естественно, навеян бушующей вокруг холерой: имя главного героя – Адриан, именно так зовут соседа Натали Гончаровой, который как раз являлся гробовых дел мастером и жил на той же самой Басманной улице, что и она. На новоселье к главному герою приходят похороненные им люди – так мрачная реальность нашла своё отражение в воображении Пушкина.
«Метель» и «Станционный смотритель» показывают лихих гусаров с непривычной стороны: удалые красавцы предстают в виде ветреных и несерьёзных соблазнителей.
Кстати, в соседней деревне Львовка, в доме сына Пушкина - Александра Александровича сейчас устроен музей героев "Повестей Белкина".
Столкнувшись в Болдино с простыми крестьянами, ставшими его единственными собеседниками, Пушкин невольно проникся их нуждами и заботами, что, естественно, нашло отражение в его творчестве.
Прелестная «Барышня-крестьянка» - очаровательный намёк на лицемерный и притворный высший свет и поиск естественной и чистой красоты деревенской жизни. Получилась лёгкая и озорная комедия ситуаций, в которой барышня переодевается крестьянкой и заводит роман с соседом-помещиком.
Тема холеры проходит красной нитью и через новеллу «Пир во время чумы» из сборника «Маленькие трагедии». Пушкин перевел отрывок из пьесы Джона Вильсона «Город чумы», в которой была описана средневековая чумная эпидемия в Англии в 1665 году, и которая причудливым образом наложилась на реальные события холерного карантина, отрезавшего поэта от Москвы.
Чем окончилась самоизоляции Пушкина?
29 ноября карантинное оцепление было снято, и Пушкин тут же умчался в Москву, до которой добрался 5 декабря.
К счастью, холера обошла стороной друзей поэта и его невесту, и 2 марта 1831 года они с Натали Гончаровой благополучно обвенчались, правда, для этого поэту пришлось заложить свои 200 душ крестьян из деревни Кистенёво, чтобы купить невесте приданое, но это уже совсем другая история.
В 1854 году был открыт возбудитель холеры – «холерный вибрион», и страшную болезнь удалось постепенно обуздать. И хотя холера ещё несколько раз посещала Россию, медицина научилась отражать её атаки.
Предыдущая статья :