Привет!
На днях разговорился с одним парнем — инженером-конструктором из небольшого города. Знаешь, из тех, где все друг друга знают, а градообразующее предприятие одно на всю округу. И он мне рассказал историю, от которой как-то даже не по себе стало.
Народная примета в КБ: Если молодой инженер в рабочее время увлеченно изучает сайты по переобучению на курьера или ИТ специалиста, значит — либо у него настолько мало работы, что нечем заняться (но зарплата по-прежнему крошечная), либо у него столько работы, что он уже не видит смысла в инженерной карьере, потому что зарплата все равно маленькая, а пенсионеры рядом мирно спят.
Работает он в конструкторском бюро, еще советской закалки. Говорит, костяк коллектива — пенсионеры и те, кому до пенсии рукой подать. И они, в общем-то, всем довольны. Еще бы! К своей пенсии получают полноценный оклад и премию. Сидят себе спокойно, дорабатывают, ни о чем не тревожась.
А вот молодым специалистам, на которых, по идее, и должно всё держаться в будущем, повышать зарплату руководство наотрез отказывается. И знаешь, какая у них отговорка? «Это создаст нестабильность в коллективе».
Я сначала даже не понял. Какую нестабильность? Оказывается, логика у них такая: если поднять зарплату молодым, то «старички» начнут возмущаться. Их это, видите ли, дестабилизирует. То есть, чтобы не дай бог не нарушить душевный покой пенсионеров, которые и так получают двойной доход, руководство готово душить на корню любую мотивацию у тех, кто пришел работать и развиваться. Отсутствие кабалы в виде кредитов, ипотек и большой семьи делает его неуязвимым для корпоративных игр. Он не будет держаться за любую работу, поэтому смело отстаивает свои принципы. Попытки на него надавить или обмануть? Он не станет "лизать задницу" начальству ради карьеры. Это вопрос внутренней этики и личных ценностей.
И самое печальное, что выбора у ребят особо нет — предприятие-то в регионе одно такое. Никакой конкуренции за кадры, никаких альтернатив. Обещания про "космические корабли" и светлое будущее без конкретики? Спасибо, не надо. Он ищет реальную, измеримую отдачу от своего труда, особенно если она выражается в понятных ему цифрах. Это не жадность, это чёткое понимание ценности своего вклада.
Молодой талантливый инженер, который уже несколько лет сидит на ставке, подходящей скорее уборщице, осмеливается подойти к начальнику КБ с просьбой о повышении. — Я тут посмотрел, у меня опыт, квалификация, да и проекты я тяну… Может, поднимем зарплату? Ну хотя бы до… Начальник, почесав затылок: — Ну, с большой натяжкой, можем поднять на пять процентов. Это максимум. — Извините, — уточняет инженер, — а натягивать будете только вы на моем окладе, или еще и финансовый директор поможет, когда пенсионерам доплаты рисует?
И какой, ты думаешь, итог? Парень, с которым я говорил, — толковый инженер, голова светлая — уже не просто ищет другую работу. Он и его друзья-коллеги активно ищут, как бы вообще сбежать из профессии. Переучиться на кого угодно, лишь бы не оставаться в этой системе, где твой рост и твои амбиции — это «фактор нестабильности».
Встречали когда-нибудь инженера, который вроде бы и «свой парень», но в то же время кажется немного... не от мира сего? Такого, кто не особо гонится за офисной суетой и корпоративными лестницами, зато ценит настоящую работу и конкретный результат? Если да, то эта статья для вас. Если нет, давайте знакомиться — возможно, вы узнаете кого-то из своих коллег или даже себя.
Когда я учился в машиностроительном колледже в 2007 году, из нашей группы в 28 человек реально пошли в машиностроение – на разные должности – от силы человек пять. Потом я пошёл на высшее, учиться на инженера-механика. После выпуска в 2011 году, из нашего потока (учились за бюджетный счёт), реальными инженерами на производство стали всего четверо из 26. Многие, даже если бы и хотели, не могли найти более-менее оплачиваемую работу на заводе или у частников. А где платили, там требовали уже готовый опыт. Далее те кто пробил эти стены недопонимания, по разным причинам понимают перспектив реальных ноль.
Как-то ехал в такси, разговорился с водителем. Он окончил авиастроительный, но так и не смог пробиться через бюрократию отдела кадров, и в итоге сменил направление. Было такое чувство, что им специально дано указание не брать без опыта. На дворе тогда был 1993 год.
И вот сидишь и думаешь: сколько еще таких историй по стране? Талантливые ребята, которые могли бы двигать технологии вперед, просто вымываются из сферы из-за вот такой вот замшелой, убийственной логики. Обидно до скрежета зубов
Aurum Amiсus
Представьте, человек всю жизнь, с 1982 года, вкалывал на заводе. Начал учеником фрезеровщика, дорос до начальника роботизированного участка. А в 2003 году вдруг психанул, плюнул на всё и ушёл. Выучился на водителя и следующие десять лет колесил по стране. Прикиньте, как же ему было непривычно первое время! Не надо никому отчитываться, выбивать ресурсы, биться за каждую копейку на каком-то там БТЗ... Короче, давно надо было бросать. Всё равно завод потом растащили.
владимир д.
Помню, как в лихие девяностые развалилось огромное конструкторское бюро, которое работало на оборонку. Инженеры-конструкторы, среди которых был и я, вдруг оказались без работы. Пришлось мне сменить рубашку с галстуком на рабочую спецовку – семью-то кормить надо. Работал я тогда на большом энергетическом предприятии в подрядной организации. Однажды подхожу к бригаде сантехников, которые устроили перекур, и вдруг вижу среди них знакомого. Это был мой бывший ведущий инженер-конструктор, а теперь он работал сантехником 4-го разряда. Разговорились. Он рассказал, что работой очень доволен, зарплата устраивает. А самое главное, говорит, появилась внутренняя свобода! Голова не болит за эти разработки, ночью не надо анализировать варианты решений – ни свои, ни чужие. Он словно скинул тяжелый груз с плеч. Вот так и получается: работа инженера-конструктора требует огромных умственных усилий, а государству, похоже, такие специалисты оказались не нужны.
Борис Мирошкин: Куда Ушли Настоящие Технари?
Начну издалека. Я прошёл путь от слесаря монтажно-заготовительного участка до начальника ПТО. И за это время убедился: "созидатели" у нас мыслят ужасно косно. В 70-х, как говорил Козьма Прутков, что в тебя напихали, то и носишь. Тогда ещё 25-30% людей, получивших знания, продолжали самообразовываться. В 80-90-х этот показатель упал ниже 20%. А сегодня? Море "менеджеров", которые не то что своих обязанностей не знают, они вообще не понимают, зачем их мамы и папы родили на эти места!
С 90-х годов в институтах не осталось квалифицированных преподавателей. Все ушли на вольные хлеба, остались одни наседки и приспособленцы. Страна, которая когда-то "делала ракеты и перекрывала Енисей", теперь продалась и превратилась в барахолку, торгующую ресурсами или перерабатывающую энергоёмкие продукты, вывезенные из других стран.
Современный выпускник самого крутого универа освоил АВТОКАД, 3D-рисовалки и прочую визуализацию, но не реальность. А реальность такова: "всё купим за бугром!" Siemens, Bosch и так далее. Я своего сына после института долго учил думать, а не просто вставлять исходные данные в программы "врагов". Ведь заказчики, вы прикиньте, даже сами техзадание составить не в силах!
Вернёмся к нашей теме. На всю эту огромную страну не осталось и 2% технарей, которые занимаются самосовершенствованием (программистов не считаем). Ни Мишустину, ни ректорам ведущих институтов заказов на подобные умы не поступает! А те маленькие "государства", вроде РЖД, РОСТЕХа или АТОММАШа, сами пытаются на обломках высшей школы инкубировать кадры.
Мой совет этим 2%: учитесь, предлагайте свои услуги напрямую руководству, только не через этих "менеджеров по кадрам"! Торгуйтесь, рынок квалифицированного труда огромен, и не держитесь за родину. Стране нужны мобильные специалисты, стройки и развитие происходят не только в Москве, хотя столица вполне может стать для вас трамплином.
Андрей Прохоров: Кто Виноват и Что Делать?
"Дык, эта... кто ж виноват-то?!" — так начал свой монолог Андрей. "Старички, руководители, или вся система?" Он задаётся вопросом, понимаем ли мы, в каком общественно-политическом строе мы живём.
Если да, и если это не по душе, то, по его мнению, придётся становиться профессиональными революционерами. А если же мы принимаем эту данность, то нужно включить в себе инженера — творца и созидателя.
Это значит идти "на вольные хлеба" в любой законной сфере деятельности: самому ставить себе техническое задание, искать пути его реализации, брать на себя риски и принимать конечный результат, который, кстати, не обязательно будет положительным.
Андрей уверен: "Для вас никто ничего делать не будет и создавать условия тоже". Причина проста: экономика страны поставлена на сырьевые рельсы. В общем, спасение утопающих — дело рук самих утопающих.
Сергей Семененко: Пока Нет Признания, Прорывов Не Жди
Пока не начнут поощрять конструкторов (даже точнее — разработчиков, создателей изделий) — наше занятие обречено.
Он проводит параллель с композиторами, отмечая, что разработчики — это фактически "композиторы проектов", и закон, по его мнению, требует именно такого отношения. Пока этого не произойдёт, никаких "рывков" ждать не стоит.
В итоге, по его словам, останутся только пофигисты. Да, возможно, это будут высококвалифицированные специалисты, но, по сути, они будут работать по принципу "день до вечера", без реальной заинтересованности и мотивации к прорывам.
Тот, Который Знал: Инженерная Судьба
Я сам через это прошёл. В 90-е, когда начался полный бардак (спасибо Ельцину, будь он неладен!), пришлось из инженеров идти в рабочие, чтобы семью прокормить. Потом снова был инженером. А потом опять рабочим. Так и дотянул до пенсии, всё прыгая туда-сюда. Одно понял точно: если работа не прёт, нечего тянуть — ищи новую. Вот у нас на заводе работал слесарем бывший инженер из КБ, почти кандидат наук. Представляете?
Николай Мочалин: Воровство Вместо Инженеров
Дело не в пенсионерах, они свою пенсию честно заработали. Дело в том, что воровство раздулось до космических масштабов. Раньше, на заводе в 2500 человек, сидели три бухгалтера с деревянными счётами. А сейчас? Отдел бухгалтерии – человек пятнадцать, плюс финансовый директор с замами, целый юридический отдел... Ещё десяток-другой "мажоров" и прочих. И зарплаты у них на порядок выше инженерных! При этом на заводе уже не 2500 человек, а от силы тысяча. Вот и вся математика.
Юрий Иванов: Инженер, который Выжил
Если ты настоящий инженер, а не просто обладатель диплома, то всегда сможешь найти выход и организовать своё дело. Я, например, ушёл с завода ещё в 1990-м и до самой пенсии работал на себя. Те, кто остался на заводе, на такое просто неспособны. Вот эта самая "серость" и плодила себе подобных последние 30 лет. А теперь удивляются, куда же инженеры подевались. Сами виноваты.
Артем Ветров: Сломанная Система
Эта проблема тянется ещё с совка, отлично показано в "Стариках-разбойниках". В СССР была система: в 60 на пенсию (это про мужиков), и так освобождалось место для молодёжи. А пенсионеру могли предложить какое-нибудь место вроде начальника архива или вахтёра. Молодой на такое не пойдёт – бесперспективно. А пенсионеру (или предпенсионеру) – самое то: работа спокойная, плюс пенсия, и вечером силы остаются на внуков или хобби. А что сделали сейчас с этой пенсионной реформой и диким капитализмом?
Предпенсионер теперь должен вцепляться в своё место зубами, потому что в 55 найти работу нереально. Ему деваться некуда, кроме как давить молодых и плести интриги, ведь в честной борьбе молодёжь "рвёт дедов как Тузик грелку". С другой стороны, надо бы взять "дедушку" на архивариуса или другую "неперспективную", но важную должность (контролёр ОТК, работа с внешними заказчиками). Эти места для молодых неинтересны, но и "дедушку" взять неоткуда, потому что человек, отработавший на предприятии, знает все "подводные камни", а со стороны новенький будет вникать минимум год.
После развала СССР первое, что сломали – это СИСТЕМА трудовых отношений. А новой так и не предложили, вот в чём проблема. Все эти либеральные теории про "эффективны только те, кто до 35" или "те, кому за 45 – отработанный материал" – это всё не работает. Я видел кучу тридцатилетних лентяев и бездарей, и столько же пятидесятилетних с таким опытом и энергией, что любому молодому фору дадут. Нужно восстанавливать СИСТЕМУ, и принцип должен быть такой: "ДАЙТЕ НАМ ЧЕЛОВЕКА, И МЫ НАЙДЁМ ЕМУ РАБОТУ". Вот тогда всё и заработает. И молодые, кстати, тоже разные бывают.
Сергей К.:
А вы думаете, в СССР было как-то иначе? То же самое! Инженеры тогда тоже были людьми второго сорта, а работяги — "получили премию, и кого волнует, что будет через 5-10 лет". А потом ещё и ноют, что их завод закрылся. Ничего нового.
Товарищ Шурик
Ну блин, зачем сразу с плеча рубить? Нет работы, мало платят – так сразу менять инженерную должность на курьера? А если эта работа НРАВИТСЯ? Много ли людей ходят на работу с удовольствием? Мне вот повезло с коллективом и адекватным начальством. Да, хотелось бы зарплату чуть повыше, не в разы, а чтобы хотя бы инфляцию покрывала (реальную, блин, а не ту, что Росстат рисует!). И не всё сразу наладилось, успел почувствовать на себе "тёплое" отношение непосредственного начальства (сейчас оно на пенсии). Не сразу въехал во все темы, а откуда, пардон, "опыт работы не менее 20 лет" у вчерашнего выпускника?
Но у меня было жгучее желание – понять, что я делаю, и делать это максимально качественно. Поэтому сейчас, помимо основной работы (отопление и вентиляция), я могу пробросить теплосеть по эстакаде, оснастить градирню системой водораспределения, и самое вкусное – заниматься пожаротушением резервуаров. Да, скорее всего, на мне неплохо экономят, но где ещё я получу такой разносторонний опыт? Что случись полный пипец, я просто встану и уйду со своим, без ложной скромности, богатейшим опытом? При этом никто не отменял: если пипец будет похож на 90-е, я и курьером пойду, если вопрос встанет, семью кормить или себя искать. Мне, конечно, чуть проще – я не живу в моногороде, куда езжу на работу. Но пока я инженер, я буду гордиться этим назло дефективным манагерам!
Xomaa: Где Логика?
Сижу я как-то, работал проектировщиком в одной строительной конторе (не в Москве). Зарплата, прямо скажем, так себе. Но я ж молодой, горячий, хочется там демографию поднимать, все дела. Ну и решил спросить, с наивной душой: а контора, мол, какие-нибудь льготные программы для сотрудников на жильё предлагает?
И знаете, что мне ответили? "Нет".
И вот спрашивается: какого чёрта вообще работать в таких конторах? Они же строят жильё для образованного населения, для людей с профессиями, а при этом это самое население с профессиями ни в грош не ставят. Ни материально, ни нематериально. Где логика, а?
Где теряются гении?
- На этапе рутинизации: Талантливые выпускники погружаются в бесконечный цикл черчения (CAD-оператор) без возможности проектировать и принимать решения.
- На карьерном скале: Технические специалисты упираются в "стеклянный потолок". Управленческие позиции занимают люди без глубокого инженерного бэкграунда ("Эффективные менеджеры").
- В системе ценностей: Рынок и менеджмент часто не готовы ждать глубокой проработки идей, требуя быстрых результатов, что губит сложные гениальные проекты.
- В потере престижа: Снижение общественного интереса к фундаментальным инженерным дисциплинам.
Выбор №1: Продолжать вот так жить. Ныть, жаловаться на несправедливость, биться головой об эту самую стену, обвинять всех вокруг – начальство, систему, отсутствие возможностей. И в конце концов просто сгинуть в этом болоте сожалений.
Выбор №2: Принять реальность такой, какая она есть. Принять, что жизнь – штука временная, что мы все тут гости, и рано или поздно нас не станет. Но сейчас, пока мы тут, это игра. И в этой игре, если хочешь что-то изменить, нужно сделать свою ставку. Рискнуть.
Рационально – выхода, может, и нет.
Чертеж... как много в этом звуке для сердца инженера слилось! (По Пушкину)
Ну вот нет другого предприятия, нет инвестиций, нет ничего. Но почему-то некоторые продолжают искать. Конечно, можно сказать, что это глупцы, переполненные тщеславием. Типа меня, наверное.
Но вот что странно: почему именно с такими "глупцами" интересно общаться, что-то придумывать, делать вместе? А вы как думаете, может ли "стабильность" действительно быть оправданием для стагнации, или это просто удобная маска для нежелания что-то менять?
Такая ситуация, увы, не редкость, хотя про это все молчат, особенно на предприятиях "старой закалки" или там, где отсутствует реальная конкуренция за кадры.
- Во-первых, исторически сложилось так, что после распада СССР многие производственные активы были либо распроданы, либо пришли в упадок. Фокус сместился на сырьевую экономику, где гораздо проще и быстрее получать прибыль, чем вкладывать долгие годы и огромные ресурсы в развитие высокотехнологичного производства. Согласны ли вы с тем, что этот "легкий путь" сырьевой экономики стал одним из главных тормозов для развития промышленности?
- Инерция мышления: Многие руководители, особенно те, кто давно сидит на своих местах, привыкли к старым моделям управления. Для них ФОТ — это просто цифра, которую нужно максимально сократить. Они не видят в инвестициях в персонал долгосрочной перспективы. Руководители, экономя на ФОТ, потом разводят руками: "Нет инженеров в стране!". Ну конечно, их нет! Вы же сами их выживаете! Это не дефицит кадров, это дефицит здравого смысла в управлении. Они не просто не создают условия, они активно отталкивают тех, кто мог бы стать основой будущего.
- Страх перемен: Боязнь "дестабилизировать" коллектив — это на самом деле страх перед необходимостью что-то менять. Повышение зарплат молодым — это не только финансовые затраты, но и возможное изменение статуса "старичков", пересмотр их роли, а это требует усилий и принятия сложных решений. Проще ничего не трогать. То, что происходит в конструкторском бюро, это своего рода "дедовщина", но не в плане притеснения, а в плане создания невыносимых условий. "Старички" сидят спокойно, их комфорт важнее развития. Это убивает конкуренцию внутри коллектива, а там, где нет конкуренции, нет и развития. В моногородах, где одно градообразующее предприятие, у молодых специалистов нет выбора. Руководство этим пользуется, не создавая конкурентных условий.
- Краткосрочное планирование: Ориентация на сиюминутную прибыль или выполнение текущих показателей часто довлеет над стратегическим развитием. Проблема «короткого горизонта планирования». Руководители предприятий, особенно в регионах, часто ориентированы на сиюминутную прибыль и выполнение текущих планов. Инвестиции в модернизацию оборудования, обучение персонала, научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР) — это долгосрочные вложения, которые не приносят быстрой отдачи. Многие просто не готовы ждать или не видят в этом смысла. Как вы думаете, что может заставить руководителей мыслить более стратегически и инвестировать в будущее, а не только в настоящее?
Руководство конструкторского бюро, после очередных жалоб на отток молодых специалистов, решило увековечить "бесценный" вклад молодежи. Выпущена корпоративная "Юбилейная монета Молодого Инженера" — ее номинал эквивалентен одной чашке чая и пирожку с повидлом из столовой, которой разрешили пользоваться вместо воды из кулера в обед. На обратной стороне выгравировано: "Спасибо за ваш энтузиазм!"
Да, на бумаге сегодня они сэкономят пару тысяч на зарплате молодого инженера. Но эта "экономия" — это как брать в долг под бешеные проценты. Завтра они потеряют гораздо больше, когда уйдут действительно толковые специалисты. Искренне хочется, чтобы таких историй становилось меньше. Ведь когда ты видишь, как талантливые люди ищут, "как бы вообще сбежать из профессии", это крик души. Это не "нестабильность в коллективе", это умирание будущего.
Давайте начистоту. Каждый, кто работает в производстве или в инженерном деле, знает настоящую цену вещам. Каждый на своем месте видит нестыковки, абсурдные решения, откровенную халтуру и системные проблемы, которые мешают делать работу качественно. Проблем в нашей сфере — вагон и маленькая тележка.
Но мы все также знаем, что говорить об этом вслух — опасно.
Действительно, люди редко считают себя "плохими парнями". Руководители, которые подавляют молодых инженеров, вероятно, искренне верят, что поступают "правильно" — экономят бюджет, поддерживают "мир" в коллективе, сохраняют старые порядки.
- Присутствие в офисе как главный показатель продуктивности.
- Покорность и согласие вместо свежих идей и критики.
- Готовность работать за копейки из-за страха потерять место.
- Слепое следование правилам вместо поиска оптимальных решений.
Их "правда" может заключаться в том, что "мы всегда так делали", "это работает", или "любые изменения приведут к хаосу". Они могут бояться возмущения пенсионеров, которые составляют костяк коллектива и, возможно, обладают неким неформальным влиянием. Их цель — минимизировать риски и сохранить текущее положение дел, что в их картине мира является спасением предприятия от "нестабильности". Возможно, они сами когда-то были молодыми и тоже сталкивались с подобным, но приняли эти условия как данность.
Попробуй открой рот и назови вещи своими именами. Не дай бог это увидят «сверху». В лучшем случае посмотрят косо, в худшем — накажут рублем, лишат проекта, а то и вовсе предложат поискать другую работу. И вот этот страх заставляет хороших специалистов молчать и терпеть.
Так вот, у меня ситуация другая. Я — независимый инженер и предприниматель. Надо мной не стоит начальник, которому я должен угождать, и я не боюсь, что меня «накажут» за правду.
Поэтому я хочу стать рупором для тех, кто не может говорить сам.
Если вы видите проблему на своем рабочем месте, если у вас есть история, которой вы хотите поделиться, но не можете сделать это от своего имени — присылайте её мне.
Я буду их публиковать, разумеется, без указания имен, должностей и названий компаний, гарантируя полную анонимность. Она даёт возможность "злодеям" (в глазах других) увидеть, как их "правильные" действия воспринимаются со стороны, и, возможно, "обернуться и сказать: черт, кажется, всё это время я делал какую-то страшную херню".
Что думаешь об этом? Может, у тебя есть еще какие-то наблюдения или идеи, как сломать эту порочную систему?
Почему программистам это удалось?
Действительно, на фоне стагнирующей промышленности IT-сфера выглядит оазисом возможностей и высоких зарплат. Здесь тоже есть несколько ключевых факторов:
Во-первых, глобальный рынок. Программисты работают не на внутренний, часто ограниченный, рынок, а на весь мир. Их продукция (программное обеспечение, сервисы) не требует больших затрат на логистику или сырье, её легко масштабировать и продавать за рубеж. Это открывает доступ к несравнимо большим финансовым потокам. Вы разделяете точку зрения, что именно глобальный характер IT-рынка позволил ему так быстро развиваться и привлекать инвестиции?
Во-вторых, постоянное развитие и инновации. IT-сфера по своей природе динамична. Новые технологии появляются постоянно, и специалисты вынуждены непрерывно учиться и развиваться. Это создает высокую конкуренцию, но и обеспечивает постоянный спрос на актуальные знания и навыки. В этой сфере нет места "пенсионерам, мирно спящим", потому что знания быстро устаревают. Какие, по вашему мнению, уроки из этой непрерывной инновационной гонки могли бы извлечь традиционные промышленные предприятия?
В-третьих, гибкость и удаленная работа. Многие IT-компании, особенно после пандемии, активно используют удаленный формат работы, что позволяет привлекать таланты со всего мира и не привязываться к конкретному местоположению. Это также уменьшает накладные расходы. Как вы думаете, насколько применим опыт удаленной работы и гибких условий труда в традиционной промышленности, где требуется физическое присутствие на производстве?
И в-четвертых, инвестиции в человеческий капитал. В IT-компаниях прекрасно понимают, что главный актив — это люди. Они готовы платить высокие зарплаты, создавать комфортные условия труда, инвестировать в обучение и развитие сотрудников. Они борются за таланты, потому что это напрямую влияет на их конкурентоспособность. Считаете ли вы, что признание ценности человеческого капитала — это то, чего катастрофически не хватает в отечественной промышленности?
Почему в экономике СНГ возможны такие перекосы?
Такие перекосы в экономике возможны из-за целого ряда системных проблем, которые накопились за десятилетия:
Во-первых, отсутствие четкой государственной промышленной политики. Если государство не определяет приоритеты, не создает стимулов для развития конкретных отраслей, не защищает внутренний рынок, то инвесторы уходят туда, где риски минимальны, а прибыль максимальна, как правило, в сырьевой сектор или торговлю. Поддерживаете ли вы идею о том, что без сильной и последовательной государственной промышленной политики невозможно преодолеть эти перекосы?
Во-вторых, коррупция и неэффективное распределение ресурсов. Проблема не в пенсионерах, а в "воровстве, раздувшемся до космических масштабов". Когда огромные средства утекают через неэффективные схемы, откаты и раздутые административные штаты, то на реальное производство и зарплаты денег просто не остается. Как вы это оцениваете? Есть ли у вас другие мысли на этот счет?
В-третьих, недостаток конкуренции и монополизация. В условиях, когда крупные государственные или квазигосударственные корпорации доминируют, а малый и средний бизнес не получает должной поддержки, здоровая конкурентная среда не формируется. Это приводит к отсутствию стимулов к эффективности и инновациям. Если нет угрозы со стороны конкурентов, зачем меняться? Как бы вы развили эту идею о важности конкуренции для стимулирования развития и устранения перекосов?
В-четвертых, образовательная система, оторванная от реалий. Из колледжей и вузов очень мало выпускников идут работать по специальности, а те, кто идет, сталкиваются с отсутствием опыта и низкими зарплатами. Система образования часто не успевает за потребностями рынка, выпуская специалистов, не востребованных промышленностью. Что, по-вашему, нужно изменить в системе образования, чтобы она готовила специалистов, нужных реальному сектору экономики?
И, наконец, общественная ценность профессий. В последние десятилетия престиж инженерных и рабочих специальностей значительно снизился. Молодежь видит, что инженеры получают мало, сталкиваются с бюрократией и отсутствием перспектив, в то время как "манагеры" или айтишники живут гораздо лучше. Это формирует соответствующие установки. Согласны ли вы с тем, что изменение отношения общества к инженерным профессиям — это не менее важная задача, чем экономические реформы?
Искать общие точки соприкосновения: Где ценят инженеров, способных решать сложные задачи и создавать ценность, а не просто выполнять инструкции. Найти те цели и ценности, которые могут объединить всех: развитие предприятия, повышение его конкурентоспособности, сохранение рабочих мест в будущем. Где уважают мнение каждого, поощряют честность и не прибегают к манипуляциям. Ведь, в конце концов, все заинтересованы в том, чтобы предприятие существовало.