— Твоя жена позорит наш род! — кричала Лидия Петровна, размахивая руками. — Представляешь, что скажут соседи?
Анна замерла в дверях, держа в руках пакеты с продуктами. Свекровь стояла посреди гостиной их маленькой квартиры и обличала ее в очередной раз.
— Мам, тише, — попросил Сергей, нервно поправляя очки. — Соседи услышат.
— А пусть слышат! Пусть знают, что жена моего сына работает простой лаборанткой на химкомбинате!
Анна поставила пакеты на пол. Три года замужества, и каждый визит свекрови превращался в допрос с пристрастием.
— Лидия Петровна, я не просто лаборантка. Я начальник отдела контроля качества.
— Подумаешь! — фыркнула свекровь. — На заводе! Среди рабочих! А могла бы защитить диссертацию, стать кандидатом наук!
Свекровь прошлась по комнате, как генерал по штабу. Седые волосы собраны в строгий пучок, костюм отглажен до блеска. В свои шестьдесят два года Лидия Петровна выглядела внушительно.
— Помню, как мой покойный муж говорил: "Образование — это единственное, что у тебя никто не отнимет". А твоя жена выбрала деньги вместо знаний!
— Мама, хватит, — устало сказал Сергей. — Анна работает. Зарабатывает. Что плохого?
— Плохого? — Лидия Петровна всплеснула руками. — Сын мой, ты же умный человек! Кандидат технических наук! А женился на... на...
— На ком? — тихо спросила Анна. — Договаривайте.
Свекровь повернулась к ней. В глазах плескалось презрение.
— На женщине без амбиций. Которая довольствуется малым.
Анна сжала кулаки. Довольствуется малым? Она работала по двенадцать часов в сутки, тащила семью финансово, оплачивала все счета.
А Сергей вот уже год искал работу по специальности. Резюме, собеседования, отказы. И каждый раз мать утешала его: "Не расстраивайся, сынок. Найдешь достойное место!"
— Лидия Петровна, — начала Анна, стараясь говорить спокойно. — Я понимаю, что вы хотели для Сергея жену-ученую...
— Не хотела! Мечтала! — перебила свекровь. — Представляла, как вы вместе будете работать над открытиями! А что вышло? Ты в цеху возишься с пробирками!
— Я не в цеху. И не возюсь. Я руководю отделом из пятнадцати человек.
— Ой, прости! — съехидничала Лидия Петровна. — Целый отдел! На заводике в провинции!
Анна почувствовала, как внутри закипает. Заводик? Нижегородский химкомбинат — один из крупнейших в стране!
— Мам, прекрати, — вмешался Сергей. — Ты несправедлива.
— Несправедлива? — свекровь развернулась к сыну. — Я тридцать лет проработала в НИИ! Защитила диссертацию! Получила звание! И хочу, чтобы мой сын не опускался до уровня...
— До какого уровня? — спросила Анна. — Скажите прямо.
Повисла тишина. Лидия Петровна смотрела на невестку сверху вниз.
— До уровня обычной работяги. Довольна?
— Мама! — ахнул Сергей.
Анна отвернулась к окну. За стеклом моросил дождь. Серые панельные дома, серое небо, серая жизнь. И свекровь, которая считает эту жизнь недостойной.
— Знаете что, Лидия Петровна? — Анна медленно обернулась. — Мне надоело извиняться за то, что я зарабатываю деньги.
— Никто не просит извиняться! Но можно же стремиться к большему!
— К чему? К тому, чтобы год искать работу по специальности? Как ваш сын?
Свекровь побледнела.
— Сережа ищет достойное место! Он не будет работать где попало!
— А я работаю где попало?
— А где ты работаешь? На производстве! Среди... простых людей!
— Простых людей? — Анна сделала шаг вперед. — Моя бригада инженеров "простые люди"? Химики с высшим образованием "простые люди"?
— Ты меня не так поняла...
— Поняла отлично. Для вас любая работа, кроме науки, — это позор.
Лидия Петровна выпрямилась во весь рост.
— Наука — двигатель прогресса! Ученые меняют мир!
— А кто производит то, что ученые изобретают? Кто контролирует качество? Кто следит за безопасностью?
— Это... это другое.
— Это не другое! Это тоже важно! Но вы этого не понимаете!
Сергей сидел на диване, опустив голову. Мать и жена ругались, а он молчал. Как всегда.
— Сережа, — позвала его Лидия Петровна. — Скажи что-нибудь! Неужели тебе нравится, что жена работает на заводе?
Сергей поднял голову. Посмотрел на мать, потом на жену.
— Мне нравится, что она работает, — тихо сказал он. — Что зарабатывает. Что у нас есть деньги на жизнь.
— Сережа! — ахнула мать.
— Что "Сережа"? Я говорю правду! Анна кормит нас обоих уже год!
— Как это "кормит"? — возмутилась свекровь. — Ты же не нищий!
— Мама, на что мы живем? На мою стипендию аспиранта? Двенадцать тысяч рублей?
Лидия Петровна растерянно моргала. Видимо, впервые задумалась о финансовой стороне.
— Ну... у вас же есть накопления...
— Какие накопления? — усмехнулась Анна. — Мы потратили все на свадьбу и мебель.
— Тогда... тогда я помогу! — решительно сказала свекровь. — Дам денег на первое время!
— Лидия Петровна, у вас пенсия четырнадцать тысяч. О какой помощи речь?
Свекровь замолчала. Анна вздохнула и прошла на кухню. Надо готовить ужин. Хотя аппетит пропал напрочь.
Из гостиной доносились приглушенные голоса. Мать что-то объясняла сыну, сын оправдывался. Привычная песня.
Анна достала из холодильника продукты. Котлеты, картошка, салат. Обычный ужин обычной семьи. Которую свекровь считает недостойной.
— Анечка, — в кухню заглянул Сергей. — Мама уехала. Хочет обдумать разговор.
— Понятно.
— Не сердись на нее. Она просто... привыкла к другому.
Анна резала лук и молчала. Не сердись. Легко сказать.
— Аня, ну скажи что-нибудь.
— А что сказать? Твоя мама считает меня неудачницей. И будет считать, пока я не стану доктором наук.
— Она не это имела в виду...
— А что? Что она имела в виду?
Сергей беспомощно развел руками.
— Она хочет лучшего для нас. Для меня.
— Для тебя. Не для нас. Для тебя.
— Аня...
— Сережа, твоя мать три года пытается меня перевоспитать. Три года объясняет, что я недостаточно хороша для ее сына. Как долго это будет продолжаться?
— Она привыкнет. Поймет.
— Когда? Через пять лет? Через десять?
Сергей молчал. Анна отложила нож, обернулась к мужу.
— Ты хоть раз защищал меня перед ней?
— Я... я сегодня сказал, что ты нас кормишь...
— После того, как я час терпела оскорбления.
— Аня, мне сложно. Это же мама...
— А я кто? Соседка?
— Ты жена. Самая любимая жена.
— Которая позорит род.
— Я так не считаю!
— Но и не говоришь этого матери.
Сергей сел за стол, обхватил голову руками.
— Что ты хочешь от меня? Поругаться с мамой? Обидеть ее?
— Хочу, чтобы ты меня поддержал. Хоть раз.
— Но я поддерживаю! Я же не ругаю тебя за работу!
Анна горько усмехнулась. Не ругает. Великодушно не ругает жену за то, что она зарабатывает деньги.
— Знаешь что, Сережа? Я устала оправдываться. Перед мамой, перед тобой, перед собой.
— Аня, о чем ты?
— О том, что я хорошая жена. И хороший специалист. И если кому-то это не нравится — это их проблемы.
Она вернулась к плите. Сергей сидел и молчал.
Через неделю Лидия Петровна явилась снова. На этот раз с подарком — книгой "Карьера в науке".
— Подумала тут, — начала она, усаживаясь в кресло. — Может, Анечка, ты все-таки попробуешь поступить в аспирантуру?
Анна отложила журнал, который читала.
— Лидия Петровна, мне тридцать лет. У меня хорошая работа и карьерные перспективы.
— Но наука! — воскликнула свекровь. — Ты же умная девочка! Способная!
— Спасибо за оценку. Но я выбрала свой путь.
— Какой путь? Всю жизнь на заводе?
— А что плохого в заводе? Мы производим продукцию, которая нужна людям. Лекарства, удобрения, бытовую химию.
— Но это не творчество! Это рутина!
— Лидия Петровна, а вы что делали в НИИ? Творили?
Свекровь замялась.
— Ну... разрабатывала методики...
— Какие?
— Методики анализа... химических соединений...
— А я эти методики применяю на практике. Получается, ваша работа была бесполезной?
— Как бесполезной? — возмутилась Лидия Петровна.
— Ну, если практическое применение — это рутина, то и разработка методик — ерунда.
Свекровь открыла рот, но ничего не сказала.
— Понимаете, — продолжила Анна, — наука без практики мертва. А практика без науки слепа. Мы с вами нужны друг другу.
— Я... я не так думала об этом, — признала Лидия Петровна.
— А зря. Мой отдел использует самые современные методы анализа. Мы сотрудничаем с НИИ, внедряем новые технологии.
— Правда?
— Правда. На следующей неделе у нас защита нового метода экспресс-анализа. Хотите посмотреть?
Свекровь растерянно кивнула.
— А Сережа? Он найдет работу?
— Найдет. Но не обязательно в науке. Может, в промышленности. Инженером-технологом, например.
— В промышленности? — ужаснулась Лидия Петровна.
— А что плохого? Зарплата больше, чем в НИИ. Перспективы лучше.
— Но престиж...
— Лидия Петровна, престиж не кормит. И квартиру не покупает.
Свекровь задумалась. Видимо, слова про квартиру попали в цель.
— А если... если он пойдет к тебе на завод?
— Будем работать вместе. Семейный подряд, — улыбнулась Анна.
— И ты не против?
— Почему я должна быть против? Главное, чтобы он нашел себя.
Лидия Петровна встала, прошлась по комнате.
— Знаешь, Анечка... Может, я действительно была не права.
— В чем?
— Думала, что работа на производстве — это... ну, не престижно. А оказывается, вы там серьезными вещами занимаетесь.
— Очень серьезными.
— И зарплата хорошая?
— Лучше, чем в НИИ.
— А перспективы?
— Через год-два могу стать заместителем главного технолога.
Свекровь присела на диван.
— Прости меня, Анечка. Я была глупой.
— Не глупой. Просто не знали.
— Не знала... А теперь знаю. И горжусь тобой.
Анна почувствовала, как внутри что-то оттаяло. Наконец-то. Три года ожидания — и наконец-то.
— Спасибо, Лидия Петровна.
— Зови меня мамой. Как раньше.
— Спасибо... мама.
Они обнялись. Осторожно, как после долгой ссоры.
— А теперь расскажи про этот ваш метод анализа, — попросила свекровь. — Интересно же!
Анна засмеялась. Кто бы мог подумать, что разговор о работе сблизит их больше, чем три года вежливого общения.
Вечером Сергей вернулся с собеседования. Усталый, но довольный.
— Взяли! — объявил он с порога. — Инженером на "Сибур"!
— Поздравляю! — Анна бросилась обнимать мужа.
— А мама как? Не расстроится?
— Наоборот. Она теперь считает, что промышленность — это престижно.
— Серьезно? Что с ней случилось?
— Мы поговорили. По душам.
Сергей недоверчиво покачал головой.
— Чудеса какие-то. Мама признала, что была неправа?
— Признала. И даже извинилась.
— Ну надо же... А я-то думал, она никогда не изменится.
— Люди меняются, Сережа. Главное — дать им шанс.
— А если бы не дала?
Анна задумалась. А если бы не дала? Если бы продолжала терпеть упреки и оскорбления?
— Тогда пришлось бы выбирать. Семья или спокойствие.
— И что бы выбрала?
— Спокойствие. Я слишком долго училась себя уважать, чтобы позволить кому-то меня унижать.
Сергей прижал ее крепче.
— Прости, что не защищал. Боялся конфликта.
— Знаю. Но теперь все хорошо.
— Теперь хорошо, — согласился он. — Мы оба работаем, мама нас принимает... Красота!
— Красота, — улыбнулась Анна.
А через месяц они втроем ездили на химкомбинат. Лидия Петровна с восторгом изучала лаборатории, задавала вопросы, фотографировалась с приборами.
— Представляете, — говорила она соседкам, — моя невестка заместитель главного технолога! А сын инженер на крупном предприятии! Такие молодцы!
Анна слушала и тихо смеялась. Свекровь теперь хвасталась ею так же горячо, как раньше критиковала.
— Не рано ли радуешься? — спрашивал Сергей. — Вдруг снова передумает?
— Не передумает. Она поняла главное.
— Что именно?
— Что важно не где работаешь, а как. И что семья — это когда поддерживают, а не критикуют.
— Мудро, — кивнул муж. — А от кого ты этому научилась?
— От жизни. Она хороший учитель.
Анна смотрела в окно на знакомые трубы комбината. Завтра снова работа, планерки, анализы. Обычная жизнь обычного человека.
И в этой обычности было что-то очень правильное.