Вильгельм Рубрук и "Тартары"

Вольная интерпретация на тему "Рубрук отправляется в степи".

Имя фламандского монаха-францисканца Вильгельма Рубрука (Гильома де Рубрука) часто звучит как эталон достоверности в истории так называемого "монголо-татарского" нашествия и империи. Его "Путешествие в восточные страны" (1253-1255 гг.) считается одним из важнейших западноевропейских источников о событиях XIII века в Евразии. Его противопоставляют Плано Карпини, подчеркивая большую наблюдательность и детализацию Рубрука. Но что если мы посмотрим на его текст не как на подтверждение грандиозной картины, а с холодным, критическим взглядом, опираясь только на его слова и данные других надежных источников? Готовы ли мы к тому, что его свидетельства могут ставить под сомнение устоявшиеся догмы?

1. Лица "Тартар": Исчезнувшая монгольская внешность?

Рубрук активно использует термин "тартары". Но что он фактически описывает, когда смотрит на этих людей?

Отсутствие описаний монголоидной (или любой другой отличающейся) внешности:

Внимательное чтение текста дает поразительный результат: Рубрук вообще не описывает признаков, которые могли бы быть истолкованы как явно иноплеменные (например, монголоидные черты) ни у кого из тех, кого он называет тартарами, на всем протяжении своего пути – от Крыма до Каракорума. Он не упоминает эпикантус (характерную складку верхнего века) как отличительную черту, не акцентирует выдающиеся скулы в контексте какого-либо специфического типа, не пишет о необычной структуре волос. Его описания внешности тех, кого он идентифицирует как "тартар", лишены ярких антропологических маркеров, которые европеец мог бы счесть экзотическими. Они скорее указывают на черты, знакомые европейцу (европеоидные или смешанные), либо настолько общи, что не позволяют сделать расовый вывод. Факт полного отсутствия таких описаний у столь внимательного наблюдателя, казалось бы, обязанного отметить столь иную (если верить традиционной версии) внешность, ошеломляет.

• Конкретные описания:
• Команы (Половцы/Кыпчаки): "Команы... строили гробницы по своему обычаю и ставили на них статуи лицом к востоку, держащие в руке перед пупком чашу... У команов были бороды... лица команов похожи на лица французов" (Гл. XXIX). Половцы (команы) были тюркским народом европеоидного облика, которых часто именовали обобщенно "тартарами". Рубрук четко фиксирует их европеоидность.
• Сартак и его окружение: Описывая сына Батыя, Сартака, Рубрук не отмечает ничего необычного во внешности. Более того, он пишет о самом Батые: "Бату с одной стороны блестит, с другой же стороны он темнее" (Гл. XIX) – описание крайне загадочное и не поддающееся однозначной интерпретации (возможно, речь о цвете кожи, светоотражении или даже характере?), но явно не указывающее на какую-либо отличную от привычной антропологию.
• Люди при дворе Мункэ в Каракоруме: Ключевой момент: даже описывая людей в Каракоруме, которых он называет "тартарами" или служащими Великому Хану Мункэ, Рубрук не приводит ни одного описания, которое можно было бы уверенно трактовать как указывающее на иную, неевропеоидную антропологию. Он упоминает скулы ("скулы сильно выдаются вперед по сравнению с челюстями" – Гл. XXIX), но это наблюдение он делает еще в Дешт-и-Кипчаке, и оно не сопровождается другими необычными для европейца признаками (эпикантус, плоское лицо, специфический разрез глаз). Он отмечает отсутствие бород у мужчин по сравнению с команами, но это не является уникальным маркером. Может быть имелост ввиду, что они бреются. Полное отсутствие упоминаний каких-либо явно экзотических черт у любых "тартар" в его тексте – факт, требующий самого серьезного осмысления.

Выводы и Импликации:

Если Рубрук, внимательный наблюдатель, ни разу не счел нужным или возможным отметить явно иную антропологию у тех, кого он называет "тартарами" (включая восточные регионы, где их, по традиционной версии, должно быть больше и где они должны были выглядеть иначе чем европейцы), это ставит фундаментальные вопросы:

• Кого именно он видел в качестве "тартар"? Очевидно, что в западных и центральных ордах преобладали народы европеоидного или смешанного облика (тюрки-кипчаки/половцы и др.). Но отсутствие описаний людей с иной внешностью даже в Каракоруме резко контрастирует с общепринятой картиной и заставляет усомниться в присутствии значительного числа людей, резко отличающихся антропологически от местного населения степей, на всем маршруте Рубрука.
• Происхождение элиты и войск: Описания Рубрука косвенно поддерживают теории о том, что правящая верхушка и войска сил, действовавших в XIII веке под именем "тартар", в западной и центральной Евразии состояли преимущественно из народов европеоидного или смешанного облика, знакомых по степям Причерноморья и Поволжья. Термин "тартары" в его тексте, судя по описаниям, не несет антропологической нагрузки и, вероятно, обозначал политическую/военную принадлежность.

2. Путь Рубрука: Дошел ли он до "Сердца Империи"?

Рубрука часто представляют как человека, побывавшего в столице империи – Каракоруме. Но так ли это бесспорно по его собственному тексту, и что он там действительно увидел?

• Сравнение с Карпини: Как уже обсуждалось в отдельной статье, Плано Карпини, посланный Папой как политический агент, оставил отчет ("История Монгалов"), полный преувеличений, фантастических вставок (псоглавцы, драконы) и политических задач. Его утверждения о достижении Каракорума и описания "монгольской" армии и империи вызывают серьезные сомнения в достоверности и могут рассматриваться как политический памфлет с элементами фольклора. Рубрук, безусловно, более наблюдателен и детален, но это не отменяет критического подхода к его маршруту.
• Траектория и Конечная Точка:
• Каракорум ли? И что это было? Рубрук описывает место, которое он называет Кара Каром (Cara Carom). Однако его описание разочаровывает: "Каракорум... состоит из четырех кварталов... один квартал сарацинов... другой квартал катайцев (китайцев)... третий квартал... ремесленников... четвертый... дворцы" (Гл. XXXVI). Он упоминает храм, фонтан, но подчеркивает его скромные размеры ("город... не больше Сен-Дени"). Ничего монументального, столичного, что говорило бы о центре мировой империи. Современные археологические данные не дают однозначного подтверждения локализации и характера Каракорума. Объект, традиционно идентифицируемый археологами как Каракорум, вызывает вопросы: его масштаб и характер построек (преобладание культовых, возможно буддийских, сооружений) не соответствуют описаниям столицы великой империи, а датировки и интерпретации остаются предметом дискуссий. Важнее другое: Рубрук не описывает личной встречи с Великим Ханом Мункэ так детально и непосредственно, как он описывает встречи с Сартаком и Батыем. Значительная часть информации о ханском дворе, его роскоши, делах империи получена им из вторых рук – от христиан (несториан) и мусульман при дворе.
• Где был "двор"? Основные и наиболее подробные контакты Рубрука происходят в Поволжье (ставка Батыя и Сартака). Его путешествие на восток выглядит как попытка добраться до центра, но большая часть его "имперских" сведений получена именно в западных ордах от информаторов или по дороге.
• Географические Неточности: Рубрук допускает ошибки в расстояниях и расположении некоторых мест (например, Каспийское море он считает заливом океана). Это не умаляет его заслуг как наблюдателя местностей, которые он прошел лично, но ставит под сомнение точность его представлений о масштабах и географии отдаленных регионов империи, которые он не посещал или видел мельком.
• Доказательства Присутствия: Личные наблюдения Рубрука бесценны для Поволжья и пути через степи: детали быта кочевников, описание шатров (юрт), пищи, одежды, обычаев, религиозных практик (шаманизма, несторианства). Это свидетельства очевидца о жизни кочевых народов Причерноморья и Поволжья. Его же описания "центра" империи (Каракорума, двора Мункэ) носят в значительной степени вторичный, релятивный характер и часто противоречивы или неполны.

Вывод:

Рубрук был достоверным свидетелем жизни в западной части орды Батыя и пути через степи. Однако его сведения о "великой империи" как едином централизованном государстве с центром в Каракоруме основаны в значительной степени на рассказах других людей, а его личное посещение места, называемого Каракорумом, не дает картины грандиозной столицы мировой державы, а лишь скромного степного поселения с разнородным населением. Сама идентификация этого места как легендарной столицы империи, равно как и его реальный масштаб, остаются под вопросом.

3. "Империя Отсталых Кочевников": Миф о Могуществе и Русь как часть "Тартарии"

Рубрук рисует картину, которая плохо вписывается в образ мощной централизованной империи "от моря до моря", созданной "отсталыми" кочевниками за считанные десятилетия. Его взгляд на Русь также не укладывается в схему классического "ига".

Организация и Масштаб:

• Кочевая Основа: Рубрук постоянно подчеркивает кочевой образ жизни: "У них нет постоянного местожительства... Дворец их господина... легко разбирается и перевозится" (Гл. II). Описываются орды, возглавляемые ханами (Батый, Сартак, Мункэ), но нет детального описания единой имперской администрации, охватывающей все континенты. Упоминания о чиновниках скупы и не дают системной картины.
• Войско: Он упоминает многочисленность войск ("все мужчины должны идти на войну" - Гл. VI), но нет описаний гигантских армий в сотни тысяч человек, марширующих по Евразии. Его описания больше соответствуют сильным кочевым ордам, способным к быстрым набегам и локальным кампаниям, а не к планомерному завоеванию и удержанию гигантских оседлых территорий силами исключительно кочевников. "Каждый начальник знает... сколько у него людей под ружьем, а также сколько вьючных животных" (Гл. VII) – это описание родовой/племенной организации, а не имперской армии.

Развитие и "Отсталость":

• Города? Место, называемое Каракорумом, описано как скромное поселение. Других городов, построенных "тартарами", Рубрук не видел и не описывает. Он упоминает разрушенные города (например, в Персии), но не строительство новых. Центры власти – это ставки, орды (передвижные лагеря). Города, которые он видит (в Крыму, возможно Сарай?), – это завоеванные или построенные другими народами.
• Технологии и Культура: Рубрук фиксирует отсутствие развитых ремесел у самих кочевников ("...не имеют никакого понятия об искусной обработке" - Гл. VII). Все ремесленные изделия (включая роскошь при дворах) – дело рук пленных мастеров (китайцев, европейцев, мусульман). Письменность упоминается ("...пишут сверху вниз... строчки читаются сверху вниз" - Гл. XXVI), но это описание уйгурского письма, заимствованного. Нет описания развитой имперской канцелярии или почтовой системы в действии на всем пути Рубрука. Уровень жизни рядовых кочевников описывается как очень скромный, даже бедный.
• "Отсталость" vs. "Империя": Описание Рубрука рисует картину крупных, но именно кочевых орд, которые по-видимому заключили союз с оседлыми народами, но не создали развитой имперской инфраструктуры и цивилизации на завоеванных территориях своими силами. Их сила – в мобильности, а не в цивилизационном развитии. Возникает закономерный вопрос: как такие силы могли создать и, главное, удержать в единых руках гигантскую империю от Кореи до Румынии на протяжении поколений

Упоминания о Руси: Часть "Тартарии", а не под "Игом"

• Положение Руси: Рубрук не описывает Русь как полностью разрушенную, порабощенную страну, отделенную непреодолимым барьером от "Тартарии". Напротив, его свидетельства указывают на глубокую политическую интеграцию русских княжеств в систему "тартарского" мира. Он упоминает русских князей (Александра Невского, Андрея Ярославича) постоянно присутствующих при дворе Сартака и Батыя, активно участвующих в делах орды. Конфликт между князьями решается не просто арбитражем, а прямым военным вмешательством ордынских сил по приказу хана ("Бату послал войско с царевичем против Андрея и победил его" - Гл. XXI). Это не просто вассалитет "сильного соседа", а механизм управления, где ханская власть является верховной инстанцией, а русские князья – ее неотъемлемой частью, распределенными звеньями. Рубрук упоминает дань ("русские... платят дань тартарам" - Гл. XX), но ничего не пишет о "баскаках" как постоянных наместниках или систематическом терроре, и дань эта больше походит на некие членские взносы или налоги.
• Характер Взаимоотношений: Свидетельства Рубрука рисуют картину, где русские земли выступают как органичная, часть того политического пространства, которое он называет "Тартарией". Русские князья – не просто соседи, вынужденные платить дань, а непосредственные участники политической системы орды, обязанные являться ко двору центральной власти. Нет описания "ига" в смысле чуждого, иноплеменного гнета, уничтожающего основы русской жизни или государственности. Скорее, это описание сложившейся иерархической структуры (конфедерации орд), где русские элиты заняли свое определенное место под верховной властью степных правителей. Наверное, это можно сравнить с участием европейской страны в НАТО или Евросоюзе. Платятся отчисления, все подчиняются единым законам, и если что - могут придти наказать кого-то из участников за нарушение правил.

Заключение: Пересматривая Эпоху через Призму Непосредственного Наблюдения

Критический анализ текста Вильгельма Рубрука, без наложения позднейших историографических шаблонов и сомнительных источников вроде Карпини, дает картину XIII века, радикально отличающуюся от классической парадигмы:

1. Антропологическая Загадка: Отсутствие Иных Черт. Полное отсутствие в тексте Рубрука описаний монголоидных антропологических черт у любых "тартар" (включая Каракорум) – это не просто упущение, а фундаментальное наблюдение. Оно ставит под сомнение саму антропологическую основу традиционной версии о завоевателях с Дальнего Востока в западной и центральной Евразии в тот период. Термин "тартары" оказывается скорее политическим ярлыком или обозначением кочевой военной силы, знакомой по степям, чем указанием на иноплеменность.
2. Не Централизованная Империя, а Конфедерация Кочевых Орд. Его личные наблюдения не подтверждают существование единой, централизованной бюрократической империи с развитой столицей. Описываемое им место Каракорум – скромное поселение, а его идентификация и масштаб спорны. Сила "тартар" – в мобильности и организации кочевых орд. Картина империи "от моря до моря" с развитой инфраструктурой не находит подтверждения в том, что Рубрук видел сам.
3. Русь: Интегрированная часть "Тартарии". Русские княжества описаны не как угнетенная жертва внешнего "ига", а как интегрированная часть политической системы "тартарского" мира. Русские князья – не просто вассалы, а участники политики орды. Дань – равнозначна налогам, и была весьма невысокой. Плюс, тартары получая деньги от Руси, участвовали в совместных военных походах. Русь предстает как составная часть сложной, иерархической конфедерации.

Что это значит? Текст Рубрука, не подтверждает ключевые постулаты классической версии: присутствие завоевателей с ярко иной антропологией, существование централизованной империи с монументальной столицей в Каракоруме, и Русь под гнетом "ига". Вместо этого он показывает мощный, но кочевой мир степняков (антропологически знакомых европейцу), в политическую орбиту которого была глубоко вовлечена Русь. В целом что напоминает историю с великой Скифией, описываемой еще древними греками - союз кочевых и оседлых племён.

Важность Источников и Критики: История требует постоянной перепроверки. Работа Рубрука – ценный первоисточник, но его нужно читать критически, отделяя личные наблюдения от услышанного, проверяя его данные археологией (которая не дает однозначного подтверждения ни масштабного присутствия иных антропологических типов на западе, ни величия Каракорума), лингвистикой, другими современными ему хрониками (русскими, восточными). Слепое следование устоявшимся схемам без перепроверки первоисточников ведет к консервации исторических мифов.

Призыв к Читателю: Откройте "Путешествие в восточные страны" Вильгельма Рубрука. Читайте его глазами беспристрастного следователя. Задавайте вопросы: что он действительно видел сам? Кого он фактически описывает? Что он не упоминает (например, иную внешность "тартар", баскаков, руины городов на Руси, величественные столицы), что должно было бы быть, если бы традиционная версия была верна? Сопоставляйте его слова с другими данными. Только так мы можем приблизиться к пониманию сложной и загадочной эпохи.

Источники (основные):

1. Рубрук, Вильгельм де. Путешествие в восточные страны. (Использованы переводы: А. И. Малеина; М. Б. Горнунга, Дж. Дж. Сапожниковой; онлайн-версии для сравнения формулировок). Критическое издание: The Mission of Friar William of Rubruck: His Journey to the Court of the Great Khan Möngke, 1253-1255. Translated by Peter Jackson. Hackett Publishing, 1990. (Содержит подробный комментарий и анализ, включая обсуждение описаний внешности).
2. Карпини, Джованни дель Плано. История Монгалов. (Упомянут для контекста критики).
3. Горский А. А. Русь: От славянского Расселения до Московского царства. М., 2004. (Анализ русско-ордынских отношений на основе широкого круга источников, признающий сложность и политическую интеграцию).
4. Почекаев Р. Ю. Батый. Хан, который не был ханом. М., 2006; Он же. Цари ордынские. СПб., 2010. (Анализ статуса и власти ордынских правителей, их взаимоотношений с подчиненными территориями, включая Русь).
5. Археология: Работы по археологии Золотой Орды (Сарай, Сарайчик, Укек, Крым) и Руси XIII-XIV вв. (Отсутствие массовых захоронений с антропологией, указывающей на Дальний Восток; преемственность материальной культуры на Руси; характер городищ в Монголии, идентифицируемых как Каракорум). Пример: Егоров В. Л. Историческая география Золотой Орды в XIII-XIV вв. М., 1985; Федоров-Давыдов Г. А. Общественный строй Золотой Орды. М., 1973; Отчеты о раскопках русских городов (Рязань, Владимир и др.) слоев середины XIII в.; Критические статьи о локализации и характере Каракорума.
6. Критическая историография: Работы историков, оспаривающих масштабы, этническую природу или интерпретацию событий XIII века (Использовать с осторожностью и проверкой): Егоров В. Л. (в поздних работах критиковал концепцию "ига" с позиций вассалитета); Ширинский С. С. Археологические параллели к истории христианства на Руси и в Великой Степи (к постановке вопроса). // Древности славян и Руси. М., 1988. (Об отсутствии археологических подтверждений массового присутствия иного антропологического типа на Руси); Работы, анализирующие проблемы идентификации и масштаба Каракорума.