— Вот так и скажи честно, что завидуешь. Я младше тебя, а уже вон как поднялась. Мы с мужем квартиру нормальную и иномарку купили, на курортах отдыхаем. А вы всё на даче родительской, и в студии своей до сих пор на головах друг у друга сидите.
— Алка, ты совсем меня, что ли, не слышишь? Я тебе же помочь хочу. Не нравится мне твой Эдик. Мутный какой-то.
— А он тебе и не обязан нравиться. Достаточно, что мне нравится. За своим Вовчиком лучше следи. Как бы он от такой жизни не свернул куда-нибудь налево. А Эдик крутой, умеет быть при деньгах, не то, что твой Вовик. Мы скоро опять в тур поедем.
— Сколько же он зарабатывает, чтобы так жить на широкую ногу? У него и образования толком нет. Кем он сейчас работает?
— Такие вопросы приличная женщина мужчине не задаёт. Я в его карман не заглядываю.
Алла посмотрела на часы в своем смартфоне и заторопилась, оглядываясь в поисках официанта.
— У меня запись на бровки, поправить пора. Не волнуйся, сестричка, я заплачу за тебя, бедненькую. А может, со мной? Тебе вообще лицо в порядок привести надо. Ну что это!
Алла смотрела на Ольгу с нескрываемым сожалением.
— Всё в порядке у меня с лицом. И я сама в состоянии оплатить чашку кофе, — Оля достала кошелёк. Но Алла её опередила, приложив свою карту к терминалу подошедшего официанта.
— Не мелочись. Я побежала. Чмоки-чмоки!
Ольга озабоченно посмотрела вслед сестре, но осталась сидеть за столиком.
Ей хотелось бы верить и радоваться благополучному замужеству младшей сестры, но она не могла понять, на чем оно было основано.
Ни Алла, ни Эдуард не могли похвастаться хорошей работой и высокими заработками.
Алла работала продавцом в полу-подвальчике. А Эдуард был не очень успешным менеджером в какой-то небольшой организации.
Сама Ольга не стала бы вмешиваться в дела сестры, с детства надоело с ней нянчиться. Но мать очень за неё волновалась и просила поговорить.
— Боюсь я, Олюшка, — вздыхала Татьяна Анатольевна, — чует сердце, нечисто там. Ты глянь вот цены на эти туры заграничные. А машина их сколько стоит? Я посмотрела в интернете. Откуда деньги у них? Наверняка Эдик промышляет чем-то незаконным. Поговори, расспроси. Мне точно не скажут, может тебе.
— А если и так, в полицию пойдёшь, что-ли? Они и мне не расскажут.
— Очень она скрытная стала. Болтает всякую ерунду, а по делу ничего толком не добиться. И живут без свадьбы. Почему по-человечески не жениться?
— Многие сейчас так. Мы тоже с Володей не сразу ведь поженились. Забеременеет, тогда может, зарегистрируются.
Татьяна Анатольевна только вздохнула. Не верилось ей, что получится хорошая семья у младшей дочери. И роскошная жизнь её совершенно не радовала. Больше всего беспокоилась, чтобы не вляпалась Алла в какой-нибудь криминал.
С самого детства Алла была вертлявой, хвастливой и своенравной. Ещё в куклы играла, а уже о женихе богатом мечтала.
Рано научилась краситься, наряжаться и бегать по клубам и ресторанам.
Хоть и не была особой красавицей, но парни толпами ходили за ней, посвистывали под окном, выманивая её на гулянки.
Отец даже ремнём не раз её по квартире гонял. Но, то ли мало гонял, то ли такая уж уродилась, а ничего на неё не действовало. Убегала втихаря на свидания, возвращалась под утро. Школу прогуливать начала очень рано. Еле-еле сдала экзамены за девятый класс. Пристроила её мать учиться в техникум на бухгалтера, но и там, кроме стыда и нервотрёпки, ничего не получилось. Бросила Алла учёбу, едва ей исполнилось восемнадцать, и стала жить с Эдуардом.
— Зачем мне ваши дипломы? Вон, Олька со своим универом много зарабатывает? Хорошо живёт, что ли? На троллейбусе ездит, как самая последняя. Не хочу так жить. И не буду.
— Ну пусть диплом не нужен тебе, но замуж выйти ты же хотела. Почему не регистрируетесь? Чего ждёте, если живёте вместе?
— Нам и так норм. Ты, мама, какая-то занудная слишком. Вечно пристаешь со своими устаревшими глупостями. Ольгу воспитывай, она послушная. А я сама знаю, как лучше.
Алла с Эдуардом продолжали жить, ни в чём себе не отказывая, и со временем мать успокоилась, перестала терзать себя переживаниями и подозрениями.
Живут же богато многие люди, почему её дочь не может?
Это Ольга слишком степенная не по годам, правильная. Даже скучная. А может быть, как раз Алла лучше в жизни устроилась? Вон, и выглядит, как картинка, нарядная и ухоженная. И живёт интересно. Не все же с образованием, кому-то и на простых должностях надо работать.
...
Но прошло несколько месяцев, и вдруг Алла пришла к матери, сама на себя не похожа. Ногти обломаны, лицо опухшее, глаза от слёз красные.
— Боже мой, доченька, что случилось? На тебя напали? Ограбили? Проходи, проходи, скорей, садись, чайку выпей. Рассказывай.
Алла села на табурет, поджала ноги, согнулась и замерла, глядя в одну точку перед собой.
Мать разогрела суп, поставила на стол тарелку, но Алла не обратила на это внимание.
— Что-нибудь с Эдиком? — спросила Татьяна Анатольевна. — Расскажи, не пугай меня. Ты здорова?
Алла перевела на неё взгляд и опять уставилась в одну точку.
— Я беременна, — наконец сказала она сквозь зубы.
— Так хорошо же. Давно пора. Радоваться надо.
— Чему? Чему радоваться? — крикнула Алла.
— Что ты так расстроилась? Ребёночек, это счастье. Ольга тоже, второго уже ждут. И тебе пора. Глядишь, и поженитесь наконец.
— С кем? — крикнула Алла, зло сверкнув глазами на мать. — С кем поженимся? Зачем мне этот ребенок? Я нищая, бездомная, без мужа, без денег! Чему радоваться?
— Он бросил тебя? Выгнал? Беременную! Вот мерзавец! Погоди, но квартира, машина, это ты ему, что ли оставила? В суд идти надо, разделить всё по закону.
— В суд? Ха-ха! В суд? — расхохоталась Алла мрачным смехом.
— Вместе сходим. Успокойся, на тебя смотреть невозможно. Что теперь, бывает, люди разводятся. Я сейчас позвоню тете Вале, она подскажет...
— Не вмешивайся, пожалуйста, если ничего не знаешь! И тётю Валю твою не надо. Что там делить? У нас ничего нет.
— Куда подевалось? — удивилась Татьяна Анатольевна.
— А ничего и не было.
— Как это?
— Вот так! В кредитах всё. В просроченных. Квартиру банк отбирает. Машину тоже. В суд меня и так вызывают. Знаешь, какие суммы на мне висят?
— На тебе? Почему? Какие суммы?
— В кредит у нас всё было, понимаешь?
— Не очень хорошо это, конечно. Но что? Многие кредиты берут. Почему на тебе висят?
— На меня много оформляли. То я созаемщик, то поручитель.
— И что теперь?
— Что? А он не платил, долгов накопилось с пенями и штрафами. И я теперь нескольким банкам должна, ещё и его другу, и брату...
— Почему ты? Сам пусть платит.
— А он сбежал! Сбежал, понимаешь?
— И тебе одной теперь все это выплачивать?
— Мне никогда не выплатить. Там миллионы, мама! И зачем я связалась с этим неудачником!
...
Эдуард смотрел на красивую девушку напротив себя — её звали Алла. Они познакомились в ресторане на свадьбе друзей, и между ними быстро вспыхнула искра взаимной симпатии.
Ей понравилось, как смотрит на неё этот красивый темноволосый парень.
А его покорил её весёлый бойкий характер, жизнерадостность и беспечность. Даже немного неправильные черты её лица придавали ей особую изюминку и вызывали у него восхищение.
Он готов был на что угодно, лишь бы угодить ей и вызвать её одобрение.
— У тебя есть машина? — спросила она.
— Да, драндулет наш, но ездит нормально, прокачу с ветерком.
Она поморщилась.
— На драндулетах я не катаюсь. А иномарку купить слабо?
— Ради тебя я всё сделаю. Вот увидишь.
Вскоре он оформил автокредит и встречал её после работы на новенькой иномарке.
— Карета подана, моя королева. Куда поедем?
— К морю хочу.
— Так сразу? У меня отпуск вообще-то скоро. Можем махнуть в Адлер, к примеру.
— Фу, Адлер... Хоть бы в Турцию для начала. А потом в Египет хочу, в Испанию, в эмираты. Давно мечтаю, — томно промурлыкала она, красивыми плавными движениями поправляя свои длинные светлые волосы и поглядывая на него сквозь ресницы.
В этот момент ему захотелось горы свернуть ради неё.
Он опять взял кредит, они съездили в Турцию. На некоторое время Алла успокоилась, хвастаясь подругам своим загаром и фотографиями в соцсетях.
Но прошло совсем немного времени и она спросила:
— А мы скоро свою квартиру купим? Надоело жить в съёмной. И побольше хочу, не такую конурку.
— Я узнаю, дадут ли мне ипотеку. Надо сначала эти кредиты погасить, наверное.
Он начал подрабатывать курьером по вечерам и в выходные.
И вскоре обрадовал Аллу:
— Одобрили мне ипотеку. Брат деньги в долг даёт на первоначальный взнос. Скоро сможем переехать в собственную квартиру.
— Оформи только и на меня её, чтобы я себя могла там хозяйкой чувствовать.
— Конечно, солнышко, — поцеловал он её.
Они въехали в новую квартиру. Пришлось взять ещё один кредит на покупку мебели и техники.
— Может, мы поженимся? — спросил Эдуард. — Узаконим, так сказать, наши отношения. Мы ведь уже семья.
— Я не такая дурочка, как другие. Не хочу себя связывать разными там законами. Свободу люблю. Может позже и соглашусь, — капризно отмахнулась Алла. — Вот если ты меня свозишь в Париж, в этом городе любви, возможно, я и решусь.
Влюбленный Эдуард назанимал денег у всех друзей и родных и купил тур во Францию.
Но и после этой поездки Алла тянула со свадьбой.
Она не была уже уверена, что Эдуард именно тот мужчина, который ей нужен. Жить постоянно в кредит не входило в её планы.
Тем более, что она познакомилась с Борисом, который имел собственный бизнес, и, хоть и был женат, начал проявлять к ней интерес, обещал развестись с женой и жениться на Алле.
...
Она продолжала жить с Эдуардом, встречаясь с Борисом и строя далеко идущие планы.
Но Эдуард вдруг понял, что его водят за нос, и не захотел терпеть такое к себе отношение.
— Скажи, ты любишь меня? — спросил он, глядя в упор ей в глаза.
— Что за вопросы? Конечно, люблю.
— А я что-то в этом совсем не уверен.
— А ты меня любишь? Почему такие вопросы мне задаёшь?
— Сомневаться что-то начинаю. С кем ты вчера встречалась? Кто это был?
— Ревнуешь? Терпеть не могу ревнивцев, — она сморщила нос, капризно надула губы.
А он, глядя на неё, вдруг заметил, что она совсем не красива. Её лицо показалось ему неприятным и грубым. Он стал всматриваться внимательнее и сам удивился — чем она его так приворожила, что он потерял голову, влез в долги, исполняя её капризы?
Ему было теперь всё в ней неприятно. Её ужимки, голос, движения...
Хотелось немедленно уйти, сбежать без оглядки куда угодно, лишь бы не видеть и не слышать её бесконечных претензий и требований.
Но он не сразу решился. Всё-таки, что-то его останавливало. Может привычка жить вместе, может его стремление к постоянству. А возможно, остатки нежных чувств к этой девушке и надежда, что они смогут быть счастливы вместе.
Алла была занята собой, своими заботами, и не обращала внимания на изменения в Эдуарде.
И когда однажды, вернувшись с работы,
она обнаружила, что Эдуард всё же исчез вместе со своими вещами, она не очень расстроилась. Все мысли её теперь были о Борисе и предстоящем свидании.
— Приходи ко мне сегодня, — позвонила она Борису. — Можно не прятаться больше, Эдик сбежал, квартира вся в нашем распоряжении.
Борис пришёл с коробкой конфет и шампанским.
— Хорошая квартира, — похвалил он, — твоя?
— Конечно. Ипотечная правда. Но ты же поможешь мне погасить ипотеку?
— Может быть, может быть... А муж...
— Он мне не муж, мы не были женаты.
— Почему?
— Я знала, что тебя встречу, вот и не соглашалась.
Вечер прошел приятно. Уходя, он оставил ей денег на один месячный взнос по ипотеке.
Она была этому очень рада.
Они продолжали встречаться и весело проводить время. Но их идиллию вскоре нарушили звонки из банков, сообщавшие о кредитных задолженностях, штрафах, и пени.
— Сколько их у тебя, этих кредитов? — удивлялся Борис.
— Мы много с Эдиком брали, но он сам обещал выплачивать, я только поручитель там, созаёмщик. Видимо, он перестал платить. Не ожидала, что он окажется таким предателем. Ты мне поможешь? Спасёшь меня от этой банковской кабалы?
— Н-ну... У меня свои обязательства... Бизнес, ты должна понимать. Немного смогу помочь, но...
Он оставил ей небольшую сумму, она оплатила, что смогла. Но долги нарастали, звонки из банков не прекращались.
А через несколько дней Алла поняла, что беременна и с радостью сообщила об этом Борису.
— Мы теперь ведь уже поженимся? Скажи своей старушке, что у нас будет ребёнок. Переезжай ко мне насовсем.
Он не сразу ответил. Молчание затянулось.
— Ты уверена, что этот ребенок мой? — спросил он наконец. — Какой срок? Может, не поздно принять меры.
— Какие меры? Твой ребенок, конечно, можешь не сомневаться. Мы же любим друг друга. Ты сам говорил...
— Знаешь, Алла, я давно хотел сказать тебе, у меня дел много, проблемы с бизнесом, и вообще... загружен работой, в общем. Сына в армию забирают, дочь к поступлению в институт готовится. Репетиторов нужно искать.
— Зачем мне знать эти проблемы твоей бывшей семьи? Приезжай, я тут курочку запекла по твоему рецепту любимому. Список имён нашла, для нашего малыша выбирать будем.
— Алла, ты умная девочка, должна понимать...
— Что?
— Не надо нам больше встречаться. Я скину тебе денег, сходи в больницу, там сами знают, что делать.
— Ты бросаешь меня? Сейчас, когда я в таком положении, когда меня банки трясут, требуют и пугают?
— Извини, но мне и своих проблем хватает. Сама там уж как-нибудь разберись. Сходи в банк, объясни ситуацию. Не ты первая, не ты последняя. Спишут, перекредитуют, банкротство оформят, может. Есть какие-то способы.
— Борис, Борис, что ты говоришь?...
— Извини, у меня звонок, должен ответить. Пока, милая.
Он отключился.
Она попробовала ему позвонить снова через несколько часов, но он больше не брал трубку.
На следующий день Борис скинул ей немного денег и окончательно перестал отвечать на звонки.
...
— А Эдуард? — спросила Татьяна Анатольевна, выслушав рассказ дочери, — он тоже не берет трубку?
Алла покачала головой.
— Все меня бросили, никому не нужна, — она опять разревелась. — Мам, можно я у тебя поживу? Мне так плохо.
— Спрашиваешь ещё. Неужели выгоню? Ох, Алка, ведь сколько говорила тебе, предупреждала...
— Я вообще не знаю, как разрулить с долгами.
— Насчёт долгов, думаю, Володю ольгиного подключить, чтобы поговорил с твоим Эдиком.
Владимир, хоть и не без труда, нашёл Эдуарда и после серьезного разговора, тот согласился выплачивать свою половину долгов банкам. Однако, с Аллой видеться отказался.
Ипотечную квартиру банк выставил на продажу, чтобы погасить долг.
Оставшиеся кредиты пришлось гасить всей семьёй.
Алла окончательно поселилась в квартире родителей.
— А с ребенком что мне делать теперь? Куда я с ним? Меня никто замуж теперь не возьмёт, — горестно вздыхала Алла.
— Возьмёт не возьмёт, жизнь покажет. А с ребенком ничего делать не надо. Только рожать. Воспитаем. Главное, чтобы не был с таким сквозняком в голове, как у мамы.
***
Автор: Елена Петрова-Астрова
Подписывайтесь на канал, друзья, читайте и другие мои рассказы в подборках на главной странице канала.До новых встреч!