Друзья, вашему вниманию представляется новое произведение автора канала. Приятного прочтения!
Хранитель башни. Мистическая повесть.
Часть первая.
Она была детищем неординарных родителей, возможно малоизвестных в широких кругах, но в своём роде бесспорно выдающихся. Отец – художник в своеобразном стиле… хокку (оказывается имеется не только поэзия подобного жанра), мать – танцовщица театра экстравагантного направления в прошлом и костюмер-постановщик ныне. А она…
Природа казалось какое-то время на ней «отдыхала», как бы присматриваясь и прикидывая, в какую область направить развитие талантов ребёнка таких предков и, только где-то на втором десятке словно решилась. И девушка начала писáть. Но, поскольку таланты родителей были своеобразны и проявлялись весьма нестандартным образом – она стала писать также в необычном ключе стиля панк. Да-да, предваряя ваш вопрос отвечу: такое направление есть не только в музыке. Точнее, в стиле «кибер-панк»... ещё точнее: «кибер-вуду-панк».
Пример? Ну, допустим: «горящие глаза, стальные поезда» – это рок. «Застывшие глаза, в полуметре гюрза» – это будет панк-рок. А вот, к примеру: «Стеклянные глаза глодают тормоза» – это уже magic people woodu people: тот самый кибер-вуду-панк.
Не удивительно, что у таких родичей и дочь звали необычно. Банши. О том, кто из родителей придумал так назвать единственное чадо, они дружно молчали, и ей никак не удавалось добиться ответа ни на этот вопрос, ни на другой – исключительно для неё важный: ну, зачем же так?
По малолетству ей не сильно докучали по поводу имени. Дети ведь ещё не сильны в подобных познаниях – просто странное слово – бывает. Однако, начиная с подросткового возраста и позже в институте… чуть ни каждый при первом знакомстве подзастывал со слегка отвисшей нижней челюстью, когда она представлялась. Степень и длина этого «зависания» зависела от тактичности и самообладания нового знакомца.
Девушка даже завела для себя такую игру: сосчитать длительность паузы собеседника и запомнить его первую фразу потом. Какое-то время она даже вела занятную статистику «ЧС» – нет, не чёрный список – она называла его «Что и Сколько». Сколько очередной визави простоит с выпученными глазами и что потом скажет. С огромным перевесом «победу» в этом сомнительном конкурсе одержал студент с параллельного потока Савка Столичный. Этот молодой человек с собственными неординарными ФИО, если учесть ещё и его отчество Родикович, что вкупе давало ССР – также предмет ироничных шуток однокашников – справился с управлением за четыре секунды. А первая фраза, что вырвалась у него потом, была: «Извини…» фраза, которой он, по-видимому, сразу и безоговорочно покорил сердце заносчивой, как все считали на их курсе, и странной красавицы, терпеть ненавидевшей собственное имя.
Да, Банши была не просто миленькой и привлекательной, какими зачастую бывают девочки из аристократических или богемных семей в юности – она светилась какой-то внутренней отвагой и бесшабашно-задорным обаянием. Огромные бирюзового цвета глаза (не, не те с гюрзой по соседству), чистая, словно даже сияющая кожа, изящная хрупкая фигурка подростка и спокойная сила в каждом движении. Казалось, что это не просто девушка, а впрямь, какая-то загадочная фея из ирландских саг.
Что бы она не думала о своём имени – «сидело» оно на ней, как влитое. Не удивительно, что сокурсники считали её странноватой и несколько опасались. По крайней мере, близко сойтись с этой эльфийкой никому не удавалось. У неё даже подруг детства или других каких не имелось. Потому ли, что она считала ровесниц глуповатыми и неестественными, потому ли что выросла в совершенно иной среде, чем большинство.
То ли дело Савка? Сразу после знакомства, покорённая его «извини» и неподдельным смущением, а потом ещё байками и прибаутками о собственных приключениях с именем-отчеством, которые он рассказывал с весёлым задором, а она слушала с неподдельным интересом – Банши с такой же лёгкостью, что ранее была ей несвойственна в подобных ситуациях и сама не заметив как, сразу согласилась пойти с новым приятелем в кино.
А потом, вечером, уже лёжа в постели, с удовольствием и каким-то приятным волнением, вспоминала и заново прокручивала в уме события дня. Первая любовь? Если кто бы её спросил тогда – навряд ли девушка сумела ответить, а вероятнее даже, послала вопрошающего по известному адресу. «Какая-такая любовь? Я никогда ни в кого не влюбляюсь» - сказала бы она. Или просто пожала плечами… Хотя, как оказалось впоследствии – это была она. Та самая.
«Бесподобно» - резюмировала Банши произошедшее, отправляясь в тот вечер на боковую.
А что же Савка? Он и того меньше. Перед сном, вспоминая встречу, молодой человек улыбался. Ему было легко и хорошо с новой знакомой, будто сто лет её знает или… видимо, у него с ней просто нашлось много общего. Опять же, необычные имена и связанные с этим шутки друзей. Кажется, она сказала, что у неё друзей нет, только приятели… Смешная. Разве бывает такое? Он посчитал девушку милой и забавной, с которой будет приятно проводить время и интересно общаться. Никакой влюблённости и в мыслях не наблюдалось.
Назавтра они просто сходили в кино, потом просто гуляли по утопающему в весенней зелени и сумерках городу, потом ещё и ещё, и на следующий день, и через. И каждый раз расставаться хотелось всё меньше. Обоим. Поженились они до начала следующего семестра.
Родители молодых не возражали: у девушки каждый из предков был занят собственным самовыражением, а дружная семья Саввы – отец еврей, мать армянка и куча-мала родни всех колен и национальностей – были рады новому члену, тем более в лице такой, как выразилась будущая свекровь, очаровательной «доси». И родители жениха с удовольствием взяли на себя все хлопоты по организации свадебного застолья.
Жить молодые всё же заблаговременно решили отдельно. Савва уже неплохо зарабатывал, подвизаясь на ниве оформления художественных выставок, а Банши начала получать гонорары за свои странноватые тексты от таких же чудаковатых заказчиков. И, как ребят не отговаривали родители жениха от опрометчивого в начале совместной жизни шага по самостоятельному ведению хозяйства и трат на съёмную жилплощадь, сразу после свадьбы они начали подыскивать себе жильё.
- Савчик, - спрашивала мужа молодая супруга при осмотре очередной квартиры, - ну… как тебе?
- Даже не знаю, - в раздумьях отвечал Савка, - даже не знаю… А тебе?
- Нет, не то.
Так как люди они были творческие, в средствах и желаниях ничем особо, кроме собственной фантазии, не ограниченные – им хотелось поселиться в какой-то атмосферной квартире. Первое жильё, считали молодожёны, должно остаться в памяти, как уютное гнёздышко, где начиналась история их семьи; рассказы, мемуары, фотографии, рисунки и прочее о котором станут передаваться детям и внукам по наследству. Арт-объект? Или что-то сродни.
И молодые супруги продолжали поиск: благо предложений различных вариантов жилья на любой вкус и кошелёк было предостаточно.
Продолжение уже здесь:
#пунинаорлова_проза
#мистика