Глава 6. Ипохондрик и себялюбец
Когда я смотрю на свою фотографию в паспорте, то вижу там дедушку Мишу. И чем старше я становлюсь, тем больше во мне проступают
его черты. Удивительная вещь — генетика.
Глубоко посаженные глаза, высокий лоб, цвет моих волос и даже
то, что я не лысею, как мой отец, — это все от деда. Я похож на маму,
а она — на своего отца. Моя бабушка до последних дней предъявля
ла претензии моей матери: «Как же ты похожа на этого Козаченко!
Я, когда смотрю на тебя, вижу его рожу. Стоишь как он, двигаешься
как он. Полная несправедливость. Ничего моего в тебе нет». Клавдия очень ревновала, когда моя мама Алла встречалась с папой (хотя
у мамы не было близких отношений с ее отцом). Вот так у нас в роду
все «любили» друг друга
Михаил родился на северо-западе Украины и был шестым ребенком
в зажиточной семье председателя колхоза. Всех семерых детей не баловали, воспитывали в строгости, приучали к тяжелой работе на земле. Поэтому после армии дед не вернулся в родную Житомирскую область, захотелось городской красивой жизни. Он уехал в Ростов, где и встретил мою бабушку — студентку-красавицу. Ради нее поступил в техникум, так как для института знаний не хватило.
Дедушка называл себя хохлом и говорил: «Я — Ко́зак!» (фамилия
у него Козаченко). В отличие от бабушки, он был не амбициозен,
не рвался к деньгам и карьерным вершинам. Работал в компании,
связанной с РЖД. Как только представилась возможность выйти
на пенсию, сразу ушел на заслуженный отдых.
Михаил был спокойный. Да, он ни к чему не стремился и ничего
грандиозного не добился, но его это нисколько не тяготило. Отцом
он был никудышным: с дочкой виделся редко, отделываясь скудны
ми алиментами. Его участие в воспитательном процессе закончилось
визитом на мамин выпускной вечер в 10-м классе.
Зато дед трясся над своим здоровьем: сдавал анализы каждые пол
года, бегал по врачам, особо никогда не пил. И дожил до 90 лет, между
прочим. От него я взял привычку следить за состоянием организма и
любовь к телу. Я тоже трепетно отношусь к своему здоровью, не пью
и регулярно проверяю все мои биосистемы.
Когда моя бабушка предчувствовала, что скоро умрет, то заранее
возмутилась: «Козаченко захочет быть похороненным со мной в одной могиле. Так вот, чтоб ноги его не было рядом с моей могилой ближе, чем на пушечный выстрел». И когда она умерла в 2019-м, дедушка
действительно сказал маме, что не против прилечь рядом с ней, когда
светлый день придет, хотя у него была другая жена, с которой он прожил много лет в счастливом браке. Но мы уважили бабушкино желание и прах деда (его кремировали) положили в могилу его второй жены.
Больше всего я с ним общался в последние пять лет его жизни. Тог
да уже ушли мои бабушки и другой дед. Когда мы праздновали его
90-летие, это была последняя наша встреча. Я прямо чувствовал, что
ему недолго осталось. Мы так и не стали близкими людьми и особо не
обсуждали его прошлую жизнь
Подробнее и про формирование установок и про то, что дает нам род я писал в книге “БогАдСтво”. Можно приобрести ее по ссылке