— Виктор, выбирай: или я, или твоя мамочка! — Марина швырнула на пол кухонную тряпку и развернулась к мужу.
Валентина Ивановна даже не подняла глаз от своего чая. Она знала — сын выберет её. Всегда выбирал.
А началось всё утром, как обычно.
Марина проснулась в шесть, как всегда. Виктор ещё спал, и она на цыпочках прошла на кухню готовить завтрак.
За три года совместной жизни она привыкла к такому распорядку. Свекровь вставала позже, но всегда находила к чему придраться.
— Марина, а почему яичница пересоленая? — первые слова Валентины Ивановны за завтраком.
— Я солила как обычно, — тихо ответила невестка.
— Обычно у тебя получается невкусно. Виктор просто молчит, чтобы не расстраивать тебя.
Виктор поднял глаза от газеты и неопределённо улыбнулся.
— Мам, всё нормально.
— Нормально для него — это когда мать готовит, — продолжила Валентина Ивановна. — А ты, Марина, только учишься.
После завтрака супруги разошлись на работу. Марина работала в банке, Виктор — инженером на заводе.
А Валентина Ивановна осталась дома. Пенсионерка, как она сама себя называла, хотя было ей всего пятьдесят восемь.
К обеду свекровь обычно наводила в квартире свой порядок. Перекладывала вещи, переставляла посуду, находила пыль там, где её не было.
— Нина, ты не поверишь, что я сегодня обнаружила! — вечером звонила она подруге. — Марина опять тарелки плохо помыла. Жирные!
— Ой, Валя, как тебе не повезло с невесткой, — сочувствовала Нина. — Хорошо, что мой Сергей ещё не женился.
— А знаешь, она сегодня в ванной свои колготки замочила? Представляешь? В нашей ванной!
— Ужас какой! А где же ей ещё их стирать?
— Да пусть в тазике на балконе! Или вообще в прачечную сдаёт. У неё же зарплата есть.
Такие разговоры происходили каждый день. Марина об этом не знала, но чувствовала холодное отношение свекрови.
Виктор же старался не замечать конфликт. Ему хотелось, чтобы две самые важные женщины в его жизни поладили.
— Мариша, может, ты мамино любимое пирожное купишь? — предлагал он жене. — Она обрадуется.
Марина покупала. Валентина Ивановна съедала пирожное молча, даже спасибо не говорила.
— А что, больше не было видов? — спрашивала она потом сына. — Я же больше заварные крема люблю, а не эти с повидлом.
Марина слышала из кухни и сжимала кулаки. Но молчала. Всегда молчала.
А потом случился тот день, когда терпение закончилось.
Марина пришла с работы уставшая. День был тяжёлый — сдавали квартальный отчёт. Хотелось просто поужинать и лечь спать.
— Марина! — крикнула свекровь из гостиной. — Иди сюда!
— Что случилось, Валентина Ивановна?
— Смотри, что ты наделала! — женщина указала на пол возле дивана. — Здесь крошки! Когда ты вчера пылесосила, всё плохо убрала!
Марина присмотрелась. Действительно, на полу лежали мелкие крошки от печенья.
— Но я вчера здесь убирала, крошек не было...
— Ты меня обманщицей называешь? — возмутилась Валентина Ивановна. — Виктор! Виктор, иди сюда!
Муж появился в гостиной, всё ещё в рабочей одежде.
— Что случилось?
— Твоя жена меня во лжи обвиняет! Говорит, что крошек здесь вчера не было!
— Мам, ну что ты... Марина же не хотела тебя обидеть.
— А кто тогда хотел? — Валентина Ивановна встала с дивана и подошла ближе к сыну. — Я что, сама крошки рассыпала, чтобы на неё наговорить?
Марина почувствовала, как внутри что-то взорвалось.
— Валентина Ивановна, а может, вы сами сегодня печенье ели? И крошки просыпали?
Повисла тишина. Виктор растерянно смотрел то на мать, то на жену.
— Ты как со мной разговариваешь? — прошипела свекровь. — Я тебе что, ровня?
— Извините, я не хотела... — начала Марина, но Валентина Ивановна перебила.
— Виктор, ты слышишь, как твоя жена мне хамит? Я в своём доме не могу печенье съесть без отчёта перед какой-то...
— Какой-то кем? — Марина побледнела. — Договаривайте!
— Мам, остановись, — тихо сказал Виктор.
— Я остановлюсь? А ты на кого голос повышаешь? На мать родную?
Валентина Ивановна села обратно на диван и приложила руку к сердцу.
— У меня давление поднимается от этих скандалов. Врач говорил нервничать нельзя. А тут каждый день...
— Каждый день что? — не выдержала Марина. — Каждый день я прихожу с работы и выслушиваю ваши претензии! То суп пересолён, то пол плохо помыт, то в ванной долго сижу!
— А разве это неправда? — удивилась свекровь. — Виктор, скажи ей!
Супруги посмотрели на Виктора. Он стоял посередине комнаты и молчал.
— Ну же, сын, — настаивала мать. — Или ты тоже против меня?
— Я ни против кого не настроен, — медленно произнёс Виктор. — Просто хочу, чтобы в доме был мир.
— Мир будет, когда твоя жена научится уважать старших, — отрезала Валентина Ивановна.
— А уважать нужно обеих сторон! — вспыхнула Марина. — Я вам что, прислуга? Работаю наравне с мужем, а дома должна отчитываться за каждый шаг?
— Ты забываешь, в чьей квартире живёшь!
— Это квартира вашего сына! И моего мужа!
— Которую я ему подарила!
— Мам, — попробовал вмешаться Виктор, но женщины его не слушали.
— Подарили и теперь попрекаете? — Марина чувствовала, как дрожат руки. — А знаете что? Заберите обратно!
Она развернулась и пошла в спальню. Достала из шкафа спортивную сумку и начала складывать вещи.
— Марина, ты что делаешь? — Виктор зашёл следом.
— Собираюсь. Твоя мама правильно сказала — это её квартира.
— Не говори глупости. Это наш дом.
— Наш? — Марина повернулась к мужу. — Тогда почему я здесь чувствую себя чужой?
— Ты не чужая...
— Виктор, — Марина села на кровать. — Три года я стараюсь наладить отношения с твоей мамой. Три года терплю упрёки и колкости. Думала, привыкнет ко мне. Но она не хочет.
— Она просто... — Виктор сел рядом. — Ей трудно принять, что я взрослый.
— А тебе трудно это доказать, — тихо сказала жена.
Из гостиной донёсся голос Валентины Ивановны:
— Виктор! Где ты там? Мне плохо стало!
Муж вскочил и побежал к матери. Марина слышала, как он суетится, предлагает лекарства, укладывает на диван.
— Ты видишь, что со мной делается? — всхлипывала свекровь. — А всё из-за неё! Она мне жизнь отравляет!
— Мам, успокойся...
— Как я успокоюсь? В собственном доме мне хамят! А ты молчишь!
Марина закрыла сумку и вышла из спальни. В прихожей надела куртку, взяла сумку.
— Ты куда? — Виктор появился в коридоре.
— К подруге. Поживу у неё, пока не найду квартиру.
— Какую квартиру? О чём ты говоришь?
— Виктор, — Марина развернулась к мужу. — Твоя мама никогда меня не примет. А ты так и будешь разрываться между нами.
— Я тебя люблю!
— Знаю. И я тебя люблю. Но любви мало, когда каждый день — война.
Марина открыла дверь.
— Подожди! — Виктор схватил её за руку. — Не уходи! Мы решим эту проблему!
— Как? Выселим твою маму?
— Я... я поговорю с ней...
— Виктор, ты уже три года с ней говоришь. Результат видишь.
Марина вырвала руку и вышла из квартиры. Дверь за ней закрылась с глухим щелчком.
Виктор остался стоять в прихожей. Из гостиной доносились всхлипывания матери.
— Сынок, иди ко мне, — позвала Валентина Ивановна.
Виктор медленно вошёл в комнату. Мать лежала на диване, приложив к глазам платочек.
— Она ушла? — спросила женщина.
— Да.
— И правильно сделала. Видишь, какая она? При первой трудности сбежала.
Виктор смотрел на мать и вдруг понял — Марина была права. Валентина Ивановна совсем не расстроена. Наоборот — довольна.
— Мам, ты специально её доводила?
— О чём ты? — удивилась женщина.
— Ты хотела, чтобы она ушла.
— Я хотела, чтобы ты женился на достойной девушке.
— Марина достойная.
— Для тебя — может быть. А для меня — нет.
Виктор присел на край дивана.
— Мам, а что для тебя достойная жена для сына?
— Красивая, из хорошей семьи, с приданым...
— Это прошлый век.
— А мне нравился прошлый век! — вспылила Валентина Ивановна. — Тогда невестки матерей уважали!
— И мужья от жён убегали к любовницам, — устало сказал Виктор.
— Что ты несёшь?
— Правду. Мам, ты хочешь, чтобы я был счастлив?
— Конечно!
— Тогда почему гонишь мою жену? Я её люблю.
— Полюбишь другую.
— В тридцать два года? — Виктор встал с дивана. — Мам, я не мальчик. Я сам выбираю, с кем жить.
— Значит, выбираешь её, а не мать?
— Выбираю нормальную жизнь.
Виктор пошёл в спальню и достал спортивную сумку. Начал складывать свои вещи.
— Ты что делаешь? — Валентина Ивановна стояла в дверях.
— Собираюсь. Еду к жене.
— А я? А как же я?
— А ты будешь жить, как жила до нашей свадьбы. Одна.
— Виктор! — женщина схватила сына за рукав. — Я тебя вырастила, училась экономила!
— Спасибо тебе за это. Серьёзно. Но я вырос. И у меня своя семья.
— Какая семья? Она же ушла!
— Потому что ты её выжила. А я был трусом и не защитил.
Виктор закрыл сумку и поцеловал мать в щёку.
— Не пропаду, мам. Буду навещать. Но жить буду с женой.
Он вышел из квартиры, оставив мать одну.
Марина сидела в кафе возле станции метро и пила кофе. Ехать к подруге не хотелось — поздно уже, да и объяснять ситуацию было тяжело.
Телефон зазвонил. Виктор.
— Алло?
— Где ты?
— В кафе на Тверской.
— Какой адрес? Я еду.
— Зачем?
— Мариша, мы поедем снимать квартиру. Вдвоём.
— А твоя мама?
— Мама будет жить в своей квартире. А мы — в своей.
Через полчаса Виктор стоял в дверях кафе с сумкой в руках. Марина поднялась ему навстречу.
— Ты серьёзно?
— Никогда ещё не был так серьёзен, — Виктор обнял жену. — Прости меня. Я должен был раньше это сделать.
— А как же мама?
— Мама поймёт. Или не поймёт — это её выбор.
Супруги вышли из кафе. На улице шёл мелкий дождь, но им было всё равно.
— Виктор, — сказала Марина, когда они сели в такси. — А вдруг она никогда не простит?
— Тогда это её потеря, — ответил муж и крепко сжал руку жены. — А мы будем счастливы без неё.
Через месяц Валентина Ивановна сама позвонила сыну.
— Виктор, как дела?
— Нормально, мам.
— Может, в гости придёте? Я борщ сварила...
— Приедем, — улыбнулся Виктор. — Но только если будешь с Мариной вежливо разговаривать.
— Постараюсь, — тихо сказала мать.
А когда они приехали, Валентина Ивановна действительно была другой. Вежливой, сдержанной. Она поняла — сын выбрал жену. И если хочет видеть его, придётся принять этот выбор.
За столом было тихо и мирно. Марина помогала накрывать, свекровь благодарила. Виктор смотрел на них и думал — вот так и должно быть в семье.
Как вы думаете, смог ли Виктор наладить отношения между женой и матерью? Поделитесь в комментариях своим мнением!