В мире есть заметный разрыв: при равном вероисповедании одни страны процветают, а другие годами остаются бедными. К странам с преобладающим мусульманским населением, испытывающим тяжёлые экономические трудности, относят Пакистан, Йемен, Судан, Сомали и некоторые другие. В 2024 году, например, ВВП на душу населения (по ППС) в Пакистане составлял лишь около 7 000 $, в Судане – ~3 400 $, а в Сомали – около 2 000 $. Для сравнения, в богатых нефтяных странах и устойчивых экономиках он измеряется десятками тысяч. Так, Малайзия – ~39 000 $, ОАЭ – ~96 800 $, Катар – ~112 000 $. Почему же складывается такая ситуация? Ниже – разбор основных причин.
Исторический контекст
Во-первых, экономическая система в исторически мусульманских обществах складывалась иначе, чем в Западной Европе. Так, исламские законы о наследовании с долевым разделом имущества между многими родственниками препятствовали накоплению капитала в одних руках. По замечанию экономиста Тимура Курана, «исламская система наследования… сдерживала рост торговых предприятий Среднего Востока» – в отличие от Европы, где закон о примогенитуре (главенстве старшего) позволял сохранять крупные компании. Кроме того, в мусульманском праве практически не было корпоративной формы организации: средневековые предприниматели могли использовать только вакуф – религиозный траст, по которому собственность «неподвижна» и передаётся только заранее определённым лицам. Из-за этого без чёткой корпорации и свободного рынка инвестиций сложно было развивать крупный бизнес.
Налоговая система тоже отличалась. В классическом исламе основным обязательным «налогом» для частных лиц является закят (благотворительный сбор), а многие государственные доходы шли с добычи земельных налогов (кхарадж) или военных трофеев. Такой подход защищал бедных, но не формировал устойчивые бюджеты: у государства часто не было широких источников дохода. При этом крупные земельные наделы и вакуфы уходили из частного оборота. Всё это вместе означало: до колониальной эпохи в экономике не сформировались институты свободной торговли и развития капитала, аналогичные европейским.
Наконец, колониальная история региона оставила свой отпечаток. Большинство государств Ближнего Востока и Северной Африки образовались лишь в середине XX века после десятилетий британского или французского протектората. Колониальные власти часто устанавливали искусственные границы и опирались на лояльных, но «коррумпированных» местных лидеров. В таких условиях формирование сильной экономики и национальных институтов откладывалось на послевоенный период.
Современные проблемы
Сегодня в экономике описанных стран наблюдается ряд серьёзных затруднений:
- Коррупция и непрозрачность. Многие институты остаются слабыми: контроль над властью низкий, теневых схем много. Как следствие, инвестиции в экономику отталкиваются нестабильностью. Например, Transparency International отмечает, что регионы Ближнего Востока и Африки имеют одни из самых низких в мире показателей по индексу восприятия коррупции. Это означает, что бизнес и граждане сталкиваются с массовыми взятками, уклонением от налогов и барьерами при открытии дела.
- Политическая нестабильность и конфликты. Непрерывные кризисы разрушают инфраструктуру и пугают инвесторов. Йемен уже почти десять лет воюет – в результате свыше 80% населения живёт в нищете, экономика фактически коллапсировала. Сомали переживает гражданскую войну с 1990-х гг., отсутствует центральное правительство: ВВП там на душу населения едва достигает пары сотен долларов. Судан пережил несколько военных переворотов и отделение нефтеносного юга (Южный Судан), что ослабило доходы. Пример Пакистана: здесь политическая нестабильность сменяется экономическими кризисами (напр., всплесками инфляции) практически каждые несколько лет. Всё это подрывает развитие.
- Слабое образование и инвестиции. Больше половины населения некоторых стран остаётся малообразованным, хотя данные разнятся. Государства недовложили в образование. Так, только Пакистан тратит на образование около 2–2,5% ВВП (для сравнения, развитые страны выделяют 5–6%). В Узбекистане и Иране этот показатель чуть выше, но во многих исламских странах слабо развита общая и профессиональная подготовка кадров. Низкие инвестиции в человеческий капитал сказываются на производительности труда и инновациях. Плохая школа – прямая причина бедности миллионов семей.
- Экономическая специализация. Многие страны региона сильно зависят от одного-двух секторов (нефть, сельское хозяйство или помощь извне). Такой узкий профиль делает их уязвимыми к внешним шокам: падение цен на нефть серьёзно ударит по государственным бюджетам, а засуха или военные действия разрушают агросектор.
Например, по данным МВФ, ВВП на душу населения (ППС) в мусульманских странах колеблется в десятки раз. Пакистан – ~$6,955, Йемен – ~$1,996. В Египте – ~$17,614, а в стабильной Малайзии – ~$39,030. Это подчёркивает: у многих малообеспеченных мусульманских стран ВВП в разы ниже, чем в тех, кто сумел диверсифицировать экономику. Из-за низкой производительности и малого «подушки безопасности» их экономический рост постоянно угрожают кризисы.
Успешные примеры
Однако далеко не все страны с большинством мусульман живут в бедности. Среди удачных примеров – высокодоходные нефте- и газодобывающие государства и диверсифицированные экономики. Так, ОАЭ и Катар в прошлом резко увеличили свои доходы за счёт нефти, а потом направили их на развитие инфраструктуры, образования и туризма. ВОС (ВВП на душу по ППС) ОАЭ ≈$96,800, Катара – ~$112,300, что ставит их в десятку самых богатых стран мира. Для сравнения: в Пакистане этот показатель в 2024-м примерно в 14 раз меньше.
Малайзия – пример другой модели: здесь нет гигантских запасов нефти, но есть грамотная индустриальная политика. Страна инвестировала в образование и производство электроники, химии, пальмового масла. В результате ВОС Малайзии около $39,030 – гораздо выше, чем у большинства соседей. Такие страны сделали ставку на стабильное управление, диверсификацию экономики и глобальные инвестиции.
Таким образом, точки роста улавливаются: прозрачные институты, инвестиции в образование и здравоохранение, эффективное использование ресурсов позволяют отрываться вперёд.
Глобальные факторы
Кроме внутренних проблем, на экономику мусульманских стран влияют и мировые обстоятельства:
- Колониальное наследие и неоколониализм. Как уже говорилось, до середины XX века многие страны находились под чужим управлением. После обретения независимости им часто не хватало опыта в эффективном госуправлении. Колониальные границы разбросали этнические и религиозные группы по новым государствам, что провоцирует конфликты (пример – Ирак, Судан). Даже после формального ухода бывших империй сохраняется экономическая зависимость: крупные державы порой диктуют свои условия в обмен на кредиты и помощь. Например, бывшие метрополии продолжают контролировать ключевые отрасли (нефть, газ, сфера услуг) в рядах бывших колоний. Это превращается в фактор ограничения суверенитета и инвестиций.
- Мировые рынки и цены. Большинство стран с мусульманским населением – поставщики сырья: нефти, газа, сельхозпродукции. Волатильность мировых цен сильно бьёт по их бюджетам. Падение нефтяных цен в 2014–2016 годах, например, обвалила доходы России и Ирана. Аналогично, падение цен на кофе или хлопок ударяет по африканским экспортерам (например, по Судану). И наоборот, когда цены поднимаются, это дает временный рост, но без реформ он быстро теряется. Жёсткая привязка к сырьевым рынкам мешает устойчивому развитию.
- Геополитика и конфликты. Перекрестки геополитических интересов создают напряжённость. На Ближнем Востоке соперничают региональные и мировые державы, что часто приводит к военным вмешательствам (например, войны в Сирии, Йемене, Ливии). Эти конфликты разрушают экономику и отталкивают инвесторов. Также многим странам мешают санкции и эмбарго (пример – Иран, Турция после 2018 года), которые ограничивают торговлю и технологический прогресс. Обострённые конфронтации в регионе (постоянные кризисы на границах Израиля, ситуации вокруг Ирана и Саудовской Аравии) – всё это формирует среду нестабильности.
Все эти факторы в комплексе объясняют, почему часть мусульманских стран оказалась в экономическом кризисе. Это не «вина» религии сама по себе, а сочетание исторических институтов, слабости управления, плохих инвестиционных условий и тяжёлых внешних обстоятельств. Зачастую успех определяется умением интегрироваться в мировую экономику и адаптировать старые традиции к современным реалиям. Например, страны Персидского залива сумели использовать свои нефтяные доходы для модернизации, а Малайзия внедрила инновации в производстве. Напротив, у многих бедных стран не было ни ресурсов, ни устойчивой политики, ни мира – и они застряли в ловушке невысокого роста.
Источники: Анализ основан на данных Всемирного банка, МВФ и UNDP, а также исследованиях учёных. В частности, экономист Тимур Куран указывает, что «исламская система наследования… сдерживала рост торговых предприятий». Данные Всемирного банка по ВВП на душу демонстрируют колоссальную разницу: в 2024 г. Малайзия – ~$39 030, Катар ~$112 283 на душу, в то время как Пакистан – лишь ~$6 955. Факты по Йемену, Судану и Сомали подтверждают: там, где идут войны и царит коррупция, большинство населения оказались в нищете. Эти и другие статистические показатели (ВВП, расходы на образование, индекс коррупции и т.п.) взяты из открытых источников (World Bank, UNDP, Transparency International и др.).